Большая Советская Энциклопедия (СС) - Большая Советская Энциклопедия "БСЭ" - Страница 174

  В крупной обрабатывающей промышленности на рубеже 70—80-х гг. большая часть продукции производилась машинами. Крупные фабричные предприятия текстильной промышленности, составляя 16,4% промышленных заведений отрасли, концентрировали 68,8% рабочих и давали 75,7% продукции. В металлообрабатывающей промышленности предприятий с паровыми двигателями было 24,8% всех заведений, однако они сосредоточивали 77,5% всех рабочих и давали 86,3% общего производства отрасли.

  В России была смещена характерная для развития Западной Европы последовательность складывания системы крупно-капиталистического производства — от лёгкой промышленности к отраслям, производящим средства производства, а затем к паровому транспорту. Интенсивное сооружение железных дорог в Европейской России развернулось до завершения промышленного переворота: к началу 80-х гг. протяжённость железных дорог превысила 20 тыс. км, средний годовой прирост за 1865—75 составил 1,5 тыс. км. Во время промышленного подъёма 90-х гг. в год строилось более 2,5 тыс. км. С 1893 по 1902 вступило в действие 27 тыс. км, общая протяжённость железных дорог превысила 55 тыс. км. В 1891 началось строительство Сибирской магистрали, которая была в основном закончена к началу 20 в.

  В сжатые сроки сложилась в стране и кредитная система, основой которой сразу стали акционерные банки (в Европе создание акционерных банков было итогом длительного процесса развития капиталистического кредита): уже в 1875 действовало 39 акционерных банков, в 1900 — 43. Протекционизм являлся общей политикой всех министров финансов пореформенной России, особенно С. Ю. Витте (в 1892—1903). В 1882, 1884 и 1885 повышались таможенные пошлины, и доход от этого за 1881—86 возрос более чем на 30% (с 85 763 тыс. руб. до 112 447 тыс.). Непрерывное повышение таможенных ставок закончилось введением в 1891 протекционистского таможенного тарифа. За 1891—1900 таможенное обложение составило для всех ввозимых товаров 33% их стоимости. Дальнейшее увеличение косвенного обложения связано с введением при Витте во 2-й половине 90-х гг. винной монополии, ставшей вскоре одним из основных источников бюджета: в 1897 валовой доход от продажи водки составил 52 млн. руб., а к 1903 достиг 365 млн. руб. в год. Эти мероприятия сопровождались усиленным вывозом за границу хлеба в целях создания активного торгового баланса. В 1887—92 торговый баланс дал сальдо в пользу России в 1535,8 млн. руб., использованных на покровительство промышленности, увеличение золотого запаса, платежи по займам. Огромные средства для развития крупной промышленности были получены из-за границы, благодаря чему правительству удавалось покрывать непроизводительные расходы. За 1861—80 все вложения в ценные бумаги составили 4,5 млрд. руб., из них около 2,5 млрд. внутренние и 2 млрд. заграничные. Однако при удельном весе вложений русских капиталов в 53% их доля в производительных вложениях равнялась 28%, тогда как соответствующая доля иностранного капитала достигала 72%.

  Все эти суммы и составили основу, с одной стороны, финансового благополучия, позволившего царизму ввести в стране золотое обращение (1897), а с другой — политики «насаждения» капитализма «сверху», как определил В. И. Ленин систему экономических мероприятий царизма по форсированному развитию железнодорожного транспорта и некоторых отраслей тяжёлой промышленности (см. там же, т. 20, с. 38). Во 2-й половине 80-х и в 90-е гг. было огосударствлено около 2/3 железнодорожной сети; государство само строило железные дороги, финансируя их за счёт не только заграничных займов, но и общебюджетных поступлений. С 1893 по 1903 в железнодорожное, промышленное и городское строительство было вложено до 5,5 млрд. руб., что на 25% превысило вложения за предшествующие 32 года. В Донбассе и Криворожье действовало 17 новых металлургических заводов, созданных при участии французского, бельгийского, а также немецкого и английского капиталов (крупнейшие — Днепровский завод Южнорусского днепровского металлургического общества, Дружковский завод Донецкого общества железоделательного и сталелитейного производства, металлургия, завод Донецко-Юрьевского общества) и несколько машиностроительных предприятий (крупнейшие — Харьковский завод Русского паровозостроительного и механического общества, Луганский завод Русского общества машиностроительных заводов Гартмана и Николаевский завод общества Николаевских судостроительных, механических и литейных заводов). С появлением южного горно-металлургического района завершилось складывание системы крупнокапиталистического производства, в продукции которого существенно повысился (до 30%) удельный вес тяжёлой промышленности. С 1860 до 1900 объём промышленной продукции в стране увеличился более чем в 7 раз. В 1900 по добыче минерального топлива (1019 млн. пудов каменного угля и 706 млн. пудов нефти в 1901), выплавке чугуна (177 млн. пудов, из них 92 млн. произведено на Ю.), производству стали (133 млн. пудов, из них 70 млн. произведено в южных районах), продукции машиностроения (на 227 млн. руб., в том числе транспортного на 109 млн. руб.) Россия вышла примерно на уровень промышленного развития Франции.

  В годы промышленного подъёма возросла и концентрация производства. В 1894—95 крупные фабрики (свыше 100 рабочих) производили 70,8% промышленной продукции и занимали 74% всех фабрично-заводских рабочих; к 1903 на них концентрировалось до 76,6% рабочих. Наибольшей концентрацией производства отличалась металлургия Юга, заводы которой возникли сразу как крупнейшие предприятия, минуя мануфактурный период производства. В стране появились предпосылки для перехода к империалистической стадии развития.

  В сельском хозяйстве развитие капитализма происходило как в помещичьем, так и в крестьянских хозяйствах и выражалось в колонизации южных и восточных территорий, интенсификации и торговой специализации, разложении крестьянства и постепенном переходе помещиков от отработочной системы ведения хозяйства к капиталистической. На Ю. и Ю.-В. Европейской России были расширены посевные площади, возросло население за счёт притока из центральных  губерний, эксплуатировалось всё большее число сезонных рабочих — полупролетаризованных крестьян других районов. В Чернозёмной полосе, на Ю. и Ю.-В. увеличивались посевы зерновых экспортных культур — пшеницы и ячменя; за 20 лет объём перевозок хлебных грузов по железным дорогам возрос вдвое (с 311,9 млн. пудов в 1876—78 до 620,5 млн. пудов в 1898—1902). Другие районы специализировались на технических культурах — производстве свёклы (юго-западные и в меньшей мере южно-чернозёмные губернии), картофеля для винокурения, льна (19 губерний Нечернозёмной полосы), хлопка (Туркестан и Закавказье), торговом животноводстве (район молочного скотоводства охватывал прибалтийские, западные, северные и центральнопромышленные губернии); Ю. и Ю.-В. Европейской России представляли собой район экстенсивного нагульного мясного скотоводства. Прогрессировала агротехника, главным образом у помещиков и кулаков, переходивших на капиталистическое ведение хозяйства. Весь поземельный строй русской деревни к началу 20 в. пришёл в непримиримое противоречие с потребностями дальнейшего экономического развития. Несмотря на сокращение помещичьего землевладения на 1/3, помещикам принадлежало 70 млн. десятин — более 1/2 всего фонда частновладельческих земель. Сохранялись и даже укреплялись латифундии огромных размеров. 155 земельных магнатов имели 16,2 млн. десятин, т. е. более 1/5 всего частного земельного фонда. Помещичьему землевладению противостояло мелкое надельное землевладение крестьян. В Европейской России им принадлежало 124 млн. десятин, а с землями казаков — 138 млн. десятин. В связи с ростом населения размер среднего надела на мужскую душу с 4,8 десятин в 1861 уменьшился к 1900 до 2,6 десятин. Вследствие малоземелья крестьянские земли оказались более выпаханными и истощёнными, чем помещичьи; сохранялись все пороки дореформенного крестьянского землепользования — чересполосица и дальноземелье; уменьшилось количество леса и лугов в наделе; значительная часть крестьян не имела лошадей, инвентаря.