Отдел странных явлений: Обмануть Богов - Котенко А. А. - Страница 2

Часть 1. КАК ПОВЕРИТЬ В ЧУДЕСА

Отдел странных явлений (Department of Strange Affairs) организован в 1917 году большевиком Зверовым Семеном. Тогда он назывался отрядом по борьбе с нечистью и был призван разработать законы и подзаконные акты о правах нечеловеческих существ. В 1936 году входил в состав НКВД, далее — КГБ и ФСБ, где и получил свое нынешнее название. Главой отдела назначается человек, способный общаться с нелюдями. Маги, по сути тоже являющиеся людьми, по уставу не имеют право занимать этот пост. ОСЯ следит за соблюдением изданных еще в советское время законов, имеет санкцию на арест нарушителей, даже если те являются представителями кланов антропоморфов (список состоящих в них приведен в приложении). Каждый сотрудник ОСЯ не имеет права рассказывать людям, не состоящим в ОСЯ о специфике своей работы. Начальник, агентурная служба, отряд быстрого реагирования и прочие сотрудники в случае увольнения немедленно ликвидируются. К 1985–1987 годам отдел устанавливает связи с американскими коллегами из ФБР, а также Трансильванским комитетом защиты ведьмовства и вампиризма.

Сочи, 1994 год

Морские волны, окрашенные закатным солнцем в алый цвет, бережно ласкали бетонный волнорез, на котором, скрестив на груди руки, стояла девочка лет десяти. Тонкая, словно тростинка, она даже при таком слабом ветре, казалось, с трудом держалась на ногах. Ее короткое платьице развевалось на сильном ветру.

— Мама, — шептала девочка себе под нос, и по ее щекам текли слезы, — когда ты придешь, мама?

В свои десять лет она не хотела верить в смерть. Единственным ее желанием было забыть произошедшее в последние дни, убедить себя в том, что мама просто уехала далеко-далеко и не может вернуться. Так говорил папа про дядю Юру, который уехал в Хайфу три года назад. Мамин брат никогда не вернется в Москву, но он временами звонит, поздравляет ее и папу с днем рождения. А когда была жива мама, то с ней он мог разговаривать часами. Правда, вся эта болтовня сводилась к приглашениям переселиться в Израиль, но папа был против, и поэтому мама всегда вежливо отказывала брату.

А теперь мамы нет. Память ребенка, говорят, недолговечна. Он очень быстро забывает плохое, но перед глазами десятилетней Юли уже три месяца стоял тот страшный майский день, когда они с мамой возвращались с дачи. Мама всегда аккуратно водила машину. Дочка прекрасно это знала. И надо же было пьяному водителю на уазике выехать на встречную…

— Мамы больше нет, — сказал ей отец, когда она очнулась после недельной комы.

Кома. Знакомое состояние. Юля не пропускала ни одну серию 'Санта-Барбары' и 'Просто Марии', и прекрасно знала, что творится с человеком в этом состоянии. Он лежит на кровати, его держат за руку и просят не умирать. Но ни один автор сериала почему-то не написал о том, что душа больного бродит по нескончаемому лесу, в котором растут высоченные фиолетовые деревья, и встречается там с духами умерших, разговаривает с ними. Конечно же, человек не слышит ни слова из того, что говорит ему расстроенный родственник.

Юля запомнила последнюю встречу в лесу. Напротив стоял мальчишка ее возраста и слезно умолял забрать у него колдовской дар. 'Я стану ведьмой! — подумалось тогда девочке, и она согласилась. Никаких ощущений: ни боли, ни радости. Юля только почувствовала, как призрак (а призрак ли?) взял ее за запястья теплыми руками. И ничего особенного, казалось, не произошло. Мальчик, вообще, быстро отвернулся и сказал, что Юля теперь его должница, и через много лет ей придется спасти ему жизнь. Где, как, когда… девочка не успела даже спросить. Мир перед ней пошел кругом, она зажмурилась, а когда открыла глаза, то лежала в больничной палате. Только спустя несколько дней, когда девочка немного окрепла, отец и сказал ей, что мама умерла.

Плакать не хотелось. Перед глазами плыли яркие воспоминания. Ее мама, веселый жизнерадостный человек, все время улыбалась девочке. А еще мама очень любила ирисы. Желтые ирисы с фиолетовыми пятнами.

— Она жива, — прошептала пришедшая в себя Юля. — Она ушла в тот лес с фиолетовыми деревьями, чтобы вырастить там цветы. И она вернется.

Девочка не понимала, почему она говорила именно так. Папа и врачи сочли сказанное за бред. Юля быстро шла на поправку, и вскоре перестала, закрывая глаза, нашептывать сказки про маму и ирисы. И только таинственный незнакомец из леса изредка приходил, чтобы проведать свою знакомую.

— Как там мама? — спросила Юля, когда гость из потустороннего мира появился в квартире.

Он сидел на столе.

— Я не знаю, — грустно ответил мальчик, пряча печальный взгляд серых глаз, — я вижу только тебя, потому что я — это ты, а ты — это я.

— Но мама живет в том же лесу, что и ты, неужели тебе сложно найти ее? — Юля сжала крохотными кулачками одеяние гостя-привидения.

— У меня слишком много дел в мире живых, и я не могу искать ее. Я вообще мало на что способен после того, как передал тебе силу. А ты не пользуешься ей…

Юля нахмурилась, но отпустила своего ангела-хранителя, или как там его…

Она отошла к окну и попробовала прищелкнуть пальцами, в надежде зажечь хотя бы маленький огненный шарик. Она пыталась дуть на ладони, желая вызвать смерч. Широко расставив руки, она ожидала, что сейчас ее окатит как из ведра. Но ничего не происходило, а ее гость, грустно улыбаясь, следил за тщетными попытками девочки.

— Ты желаешь использовать разрушительное чародейство, — наконец, сказал он и спрыгнул со стола. — Давай подскажу. Приложи руку к стене, и ты увидишь, что происходит в соседней комнате. Возьми мешок с вещами, и ты поймешь, что там лежит. Даже закрыв глаза, ты сможешь в момент опасности увидеть, как к тебе крадется убийца.

Последнее он сказал чуть слышно и подернул плечами, будто сам совсем недавно пережил это и не хотел вспоминать. Девочка вздрогнула, но робко положила руку на валявшуюся на диване книгу и начала читать. И надо ж было в этот момент отцу зайти в комнату.

— Юля, ты знаешь Есенина наизусть? — удивленно спросил он.

Девочка вздрогнула от неожиданности и посмотрела на гостя, научившего ее читать книжки, не листая. Папа, нахмурившись, смотрел на сервант как на пустое место, но Юля тогда еще не понимала, что он видит только чашки и блюдца, изящную фигурку Дон Кихота с книжкой в правой руке и вышитую несколько лет назад мамой салфетку. Папа не замечал лысого мальчишки в белой то ли футболке, то ли рубахе, что, дрожа, спрятался за спину Юли.

— Я умею читать книжки через обложку! — полная счастья, похвасталась девочка. — И моему другу, — она оглянулась, чтобы встретиться взглядом с призраком, — очень нравятся эти стихи!

Отец покачал головой, взял дочь за руку и вывел из комнаты. Он не верил ни одному слову! Девочка почувствовала себя героиней 'Малыша и Карлсона'. Только вместо чудака с пропеллером к ней приходил дух и учил ее колдовать.

Юля однажды решилась и рассказала отцу о неведомом пришельце и магии. Но после этого папа вдруг стал приглашать домой разных врачей, которые подолгу разговаривали с ней, показывали страшные черные пятна на белых картонках, а потом она пыталась подслушать из-за двери, о чем так долго говорили доктора с отцом. Дар, конечно, помогал расслышать все, но понять уйму незнакомых слов было тяжело. Юля отыскала и 'Словарь иностранных слов' и 'Медицинский справочник', которые тайком читала, пока папа не видел, уйма сложновыговариваемых выражений угнетала, и вскоре девочка запуталась. Она поняла одно — доктора пытались узнать, безумна ли она, или, как многие фантазеры, выдумывает сказки про мальчика и магию. Юля прекрасно знала, что она не безумна, а ее призрак существует и помогает ей сберечь его сокровище.

Интересный дар — можно, положив руку на учебник, прочитать любую его страницу. Юле очень понравилось шпаргалить. Когда одноклассники мучились, доставая помятые бумажки из колпачка шариковой ручки и пытаясь подглядеть в учебник или тетрадку, Юля спокойно клала руку на книгу и читала все, что ей было нужно.