Недотрога - Грей Амелия - Страница 52

Даже несмотря на то что убийством Трокмортена уже занимался нанятый Дэниелом сыщик, Коулбрук ощущал настоятельную потребность предпринять какие-то шаги самому. У лорда Гленингуолда, несомненно, была причина заявиться к Дэниелу в дом и предъявить пропажу. Он ясно хотел дать понять, что ни он сам, ни кто-либо из его прислуги никакого отношения к убийству Трокмортена не имеют, и это невзирая на то, что Трокмортен был заколот ножом, выкраденным из дома самого графа.

Желание Дэниела как можно скорее выдать Гретхен замуж росло с каждым часом. Он никак не хотел провести еще один великосветский сезон в беспокойстве за нее и за то, что она может вопреки общепринятым правилам снова назначить какому-нибудь ловеласу тайную встречу и поставить свою репутацию под угрозу. Он поговорил о сестре с Томасом Райтом и с Гарри Пепперфилдом. И тот, и другой мог бы стать для нее прекрасным мужем.

Неожиданно кто-то хлопнул Дэниела по плечу, и тот моментально развернулся, чтобы увидеть, кто посмел это сделать.

Брэдфорд довольно расхохотался, застав кузена врасплох.

– Полегче, братец! Я вовсе не хотел тебя напугать, – сказал он с усмешкой.

Единственной причиной, по которой Дэниел не дал воли своим эмоциям и не проучил наглеца, была та, что он сам искал встречи с Брэдфордом.

– Здесь слишком шумно, вот я и не услышал, как ты подошел.

Брэдфорд пожал плечами:

– А мне показалось, ты очень крепко о чем-то задумался.

– Вечно ты вообразишь бог знает что.

– А по-моему, это наша общая семейная черта. Ты подскочил сейчас, словно человек, у которого рыльце в пушку. Что, совесть заела?

– С чего бы это? – парировал Дэниел. – Может, это у тебя совесть нечиста?

Дэниел пристально смотрел на Брэдфорда. Тот выглядел весьма импозантно, одетый, как всегда, по последней моде. Но кое-что в его облике разительным образом переменилось. Впервые со времени своего приезда в Лондон Дэниел заметил, что темные круги, неизменно оттенявшие глубоко посаженные глаза Брэдфорда, пропали. Асами глаза не налиты кровью, как бывало обычно. И что самое удивительное, Брэдфорд не был навеселе.

– О нет, испытывать муки совести – это не для меня, – ответил Брэдфорд. – Это скорее удел тех, кто наделен немалой ответственностью не важно за что. Мне стало известно, что ты искал меня, пока я был в отъезде.

– Совершенно верно, – ответил Дэниел. – Я как раз хотел проверить журнал, куда записывают ставки. Пойдем со мной, и я угощу тебя выпивкой.

Брэдфорд взглянул на кузена с недоверием:

– Ты собираешься поставить мне выпивку? Такого еще никогда не бывало.

– Лови свой шанс! Кто знает, может, другого не представится.

– Раз ты платишь, как тут не выпить! Пошли. Сделав ставки, Дэниел и Брэдфорд вошли в комнату, где разливали напитки, и присели за столик. Вскоре Брэдфорду принесли высокую кружку с пивом, и тот сделал большой глоток.

Не желая сразу переходить к делу и позволить Брэдфорду занять оборонительную позицию, Дэниел решил потянуть время и прежде расспросить кузена о здоровье его отпрыска, а после они обсудили последний скандал, разразившийся в парламенте.

И вот, поговорив о том о сем, Дэниел как бы между прочим спросил Брэдфорда:

– Слышал ли ты последние подробности, касающиеся убийства Трокмортена?

Брэдфорд кивнул:

– Ну разумеется! Мы как раз стояли вместе, когда Чилтон принес газету, в которой и было написано про то, что беднягу зарезали.

Дэниел пристально смотрел на кузена, надеясь заметить хоть малейший признак того, что Брэдфорд имеет какое-то отношение к этому делу.

– Появилась новая информация, ноты, вероятно, ее не слышал, поскольку был в отъезде.

– Очень любопытно. И какая же?

– Стало известно, что нож, который торчал в его груди, был взят из дома лорда Гленингуолда.

– Да ты что! Я просматривал «Тайме», но, верно, пропустил сообщение.

– Не думаю, что известие об этом уже попало в газеты. Это рассказал мне лорд Гленингуолд. Он признал, что нож и в самом деле его и что он обычно пользовался им по назначению – для разрезания бумаг.

– Но каким образом разбойнику удалось заполучить нож лорда Гленингуолда?

– На этот вопрос ответа пока нет.

Брэдфорд задумался, его лоб перерезала глубокая морщинка.

– Уж не подозревают ли самого Гленингуолда в этом убийстве?

– Нет, я так не думаю.

– Постой-ка, ведь Трокмортен был на балу у лорда Гленингуолда. Думаю, тогда-то я и виделся с ним в последний раз.

Дэниел не сводил пристального взгляда с лица кузена, пока тот говорил. Если он и имел отношение к убийству Трокмортена, то был отменным актером, поскольку по его виду догадаться о чем бы то ни было не представлялось возможным. Брэдфорд изобразил полнейшее неведение, когда Дэниел сообщил ему последние новости о кровавом деле. Он не проявил ни малейших признаков беспокойства или даже неловкости от разговора, который завел Дэниел, его рука не дрогнула, когда он подносил к губам тяжелую пивную кружку.

Брэдфорд откинулся на спинку стула и принялся смотреть на Дэниела столь же пристально, как и тот на него.

– Хочешь сказать, что власти полагают, будто кто-то из гостей лорда Гленингуолда выкрал из кабинета хозяина нож, затем подкараулил жертву, всадил в него нож, а после оттащил его и столкнул тело в реку?

– Полагаю, одна из версий этого убийства именно такова.

– А убийца был весьма неглуп! Как ловко все обстряпал! Совершить убийство оружием, принадлежащим другому человеку.

Дэниел кивнул. Брэдфорд поднял пивную кружку и отпил солидный глоток. И опять рука его при этом нисколько не дрогнула. Разговор, по-видимому, ничуть его не встревожил. Указывало ли это на То, что он был не виновен в преступлении? Или, возможно, ему было просто наплевать, жив этот человек или мертв, как он и сказал когда-то? Или он просто не способен чувствовать за собой никакой вины?

– Вы ведь были друзьями с Трокмортеном? Брэдфорд поставил пивную кружку на стол.

– Мы неплохо ладили, это верно – если это то, что ты хочешь узнать. Мы прикрывали друг друга во время игры, ссужали друг другу деньги, когда это требовалось. Да, можно сказать и так, мы и в самом деле были с ним друзьями.

– А скажи, незадолго до его смерти ты, случайно, не брал у него деньги в долг?

Брэдфорд задумчиво посмотрел на Дэниела, но не сказал ни слова. Он молчал так долго, что Дэниел уже не был уверен в том, что тот вообще собирается отвечать на его вопрос.

Наконец Брэдфорд вздохнул и сказал:

– Да, я задолжал ему немало денег. Но он знал, что получит назад все до единого пенни. Я свои долги всегда возвращаю.

– Уверен, что так и есть.

– И уж конечно, убивать друга за пару сотен фунтов стерлингов я не буду.

– Я и предположить не мог, что ты на такое способен, – ответил Дэниел. Он взял свой бокал и отпил густого портвейна. Теперь он был абсолютно уверен, что кузен не имеет отношения к совершенному преступлению.

– Но чем тебе не угодил Трокмортен? – спросил Брэдфорд.

– Я просто в ужасе от того, что преступление было совершено. Убийство человека, каким бы тот ни был, страшный грех, – ответил Дэниел.

Полуденное небо, по которому плыли редкие белые облачка, было необыкновенно ясным и ярко-голубым. Солнце грело не по-весеннему жарко.

Изабелла наслаждалась теплым деньком в саду с книжкой стихов в руках. Она сняла шляпку и подставила лицо солнцу. Молодые девушки не жаловали, как они их называли, замарашек – это тех, у кого щеки были загорелые. Но Изабелле было ровным счетом все равно. Ей доставляло удовольствие ловить кожей солнечное тепло.

В саду девушка нашла желанное уединение. Она сделала вид, будто читает томик стихов, хотя на самом деле книжка была всего лишь прикрытием. Единственное, что она видела на страницах, – это яркий отраженный свет солнца. Но не могла же она поведать тетушке Пифани о своих переживаниях! Ей никак нельзя было рассказать тетке о том, что она постоянно, буквально каждую секунду думает о Дэниеле и о том, как замечательно он танцевал вчера на балу с леди Кэтрин. Каким же красавцем он тогда выглядел! И как же хотелось ей самой оказаться на месте леди Кэтрин!