Ведьмачье слово - - Страница 14

— Облачайтесь! — сказал рулевой уверенно. — Мигом дойдем!

Когда ведьмаки упаковались в гидрокостюмы, навесили баллоны и надели маски, швертбот успел пересечь более половины лимана.

— Мы вон там встанем. — Рулевой показал, где именно. — Бычка потягаем пока.

— Угу, — промычал в ответ Ламберт. — Сбрось-ка ход, друже.

«Спокуса» ненадолго замедлилась; ведьмаки попрыгали за борт, а затем синхронно ушли в глубину.

Вода была мутноватая, однако ориентироваться это почти не мешало. Что делать — оба прекрасно знали, где предстоит снять акваланги с ластами и притопить до возвращения — тоже давно обсудили. Поэтому заплыв представлялся Геральту не слишком привлекательной, но неизбежной частью сегодняшней затеи.

Проем в защитном моле они преодолели на задержке дыхания, уже без масок, ласт и громоздких баллонов. Прежде чем соваться за мол, некоторое время понаблюдали за берегом; ничего настораживающего не отметили. На Майском вовсю хозяйничали птицы — чайки, глосеры, бакланы, реликтовые кулики с Кинбурна. Живых ведьмаки и не рассчитывали здесь встретить. Опасались только дикой военной машинерии. Если она на острове и сохранилась, то пока ничем своего присутствия не выдала.

Первым на сушу выбрался Геральт. Пока напарник страховал из воды, Геральт подтянулся и выкатился на бетонную набережную. Вскочил, метнулся к торцу ближайшей двухэтажки. Вжался в стену у двери, взял на ствол пятачок перед набережной, кивнул Ламберту. Через полминуты тот был уже рядом, с противоположной стороны от двери.

Двухэтажку они прошерстили минуты за четыре. Никого, разумеется, — запустение, пыль и тлен. На втором этаже (судя по всему — еще зимой) побило стекла, поэтому птичьего помета хватало и в помещениях, а не только на подоконниках. Если здесь и было что красть, все было украдено давным-давно, лет двадцать-тридцать назад, и с тех пор строение приходило во все больший и больший упадок.

Во втором здании картина ничем кардинально не отличалась. Если первое когда-то явно было административным — в нем и сейчас угадывались кабинеты и аудитории, — то второе прежде служило жильем, казармой. Ничего примечательного ведьмаки не отыскали и тут.

Меньше чем за час они прочесали весь остров. Ни во вспомогательных постройках, ни в зарослях колючих трав — нигде не крылось ничего опасного. Остров Майский, возможно, когда-то и был местом, куда не стоило соваться. Но эти времена давно прошли. Теперь это был просто остров-пугало — пустой, унылый и совершенно безобидный.

Честно говоря, Геральт морально оказался не готов к такому повороту событий. Дурная слава не возникает на пустом месте, да и причины ее никогда не исчезают бесследно. «Наверняка мы что-то проглядели, — думал Ге-ральт слегка растерянно. — Кстати, а ведь в подвалы мы не спускались!»

— Позвоню-ка я Весемиру, — решил вдруг Ламберт. — По-моему, самое время.

Геральт не нашел, что возразить. Ситуация действительно складывалась щекотливая: третий день они с Ламбертом ковыряются на объекте и ближайших окрестностях и ни на шаг не продвинулись к заключению контракта. Ничего подобного Геральт не мог припомнить, хотя пытался — никто из коллег доселе не сталкивался с неведомым.

Точнее, никто из выживших. С чем сталкивались некоторые из погибших ведьмаков, узнать уже никогда не удастся.

— Фигня какая-то, — озадаченно сообщил Ламберт, глядя на мобильник. — Вроде сеть есть…

Геральт поглядел — мобильник Ламберта действительно видел сеть, хотя индикатор показывал всего одно деление из четырех.

— А не звонит! — Ламберт показушно утопил ногтем кнопку вызова.

«Сеть недоступна», — тут же высветилось на экране. Заранее зная, чем это закончится, Геральт все же попробовал набрать Весемира со своей трубки. «Сеть недоступна».

— Не отголоски ли это былой славы Майского? — спросил Геральт глухо.

Ламберт зябко двинул плечами и поудобнее перехватил помповуху. Напарник тоже чувствовал себя неуютно здесь, на пустом острове.

— Давай еще подвалы прошерстим, — предложил Геральт. — Какое-то у меня предчувствие нехорошее…

В известной мере предчувствие Геральта не обмануло — в подвале административного корпуса наткнулись они на достаточно нетривиальную картину. В подвал, кстати, попасть оказалось не так-то легко: бронированная входная дверь была не просто заперта, а вдобавок заварена. А чуть позже выяснилось, что еще и завалена изнутри. Штурмовать ее, имея на руках только ружья да по паре гранат, было бессмысленно. Ведьмаки и не стали штурмовать. А в подвал они проникли таким же путем, что и те, от кого пытались обороняться боевые механизмы острова Майский, — через пролом в стене соседней котельной. Пролом, несомненно, сделали нападавшие, хотя чем можно выжечь продолговатую дыру в двух состыкованных капитальных фундаментах — ни Геральт, ни Ламберт снова не поняли.

Кто-то ворвался в подвал, где собралось несколько десятков боевых роботов. Вполне на тот момент боеспособных. И стрельба поднялась нешуточная — бетон и штукатурка хранили бесспорные следы шквального огня. Только оборонявшимся это не очень помогло — все они полегли здесь. При виде покореженных, но до сих пор не заржавевших металлических остовов даже ведьмакам стало малость не по себе. Роботы Майского были четырех типов: стационарные спаренные турельки-треножники (большой убойной силы агрегаты!); гусенично-эффекторные универсалы; РИПы, похожие на жутковатых пауков, и многоцелевые роботы-диверсанты, более всего смахивающие на донельзя модернизированные газонокосилки. Геральт даже не собирался представить, какие были нужны силы, чтобы заставить эту феерическую свору забиться в подвал, заварить и забаррикадировать входные двери и в конечном итоге все равно принять и проиграть вчистую последний бой. Роботы валялись как попало, почти все имели сквозные отверстия, причем не пробитые пулями, а вроде как проплавленные. И метили неизвестные стрелки не куда придется, а с умом — главным образом в огневые и управляющие центры роботов.

— Эй, Геральт! — позвал вдруг напарника Ламберт из дальнего угла, где мертвых роботов громоздилась особенно величественная куча. — Гляди-ка!

Геральт подошел поближе и подсветил фонарем. Под напластованием РИПов и универсалов угадывалось что-то одновременно знакомое и незнакомое.

Не сговариваясь, ведьмаки несколько минут методично растаскивали битых роботов Майского в стороны, пока под целой их грудой не открылся двояковыпуклый диск.

Он не был так помят, как собрат из комбинатской будки, — поверхность найденного кругляша осталась сравнительно гладкой. Но если мятый диск с комбината диаметром вряд ли превышал восемьдесят—восемьдесят пять сантиметров, то этот был явно крупнее — метра полтора, может, немного меньше. Он тоже состоял из двух бронеплит со щелью-углублением по экватору; в эту щель и угодила то ли микрограната, то ли кумулятивная бронебойная пуля. Удачно попала, он навеки спекся.

Но это был единственный пострадавший диск. А вот роботы Майского явно были перебиты все до единого.

— Не утащим, — оценил Ламберт с сожалением. — Давай-ка учиним ему первичный осмотр…

Учинили. По правде говоря, осмотр мало что дал: снаружи ничего толком и не было, сплошная броня. А внутрь заглянуть не получилось — возможно, при правильном подходе диск и удалось бы разобрать, но сейчас ни инструмента серьезного под руками не имелось, ни приборов — ничего.

— Вот ведь зараза! — пожаловался Ламберт. — Что за дрянь — неизвестно, как функционирует — непонятно, что за оружие несет — неясно, как разобрать — кобольд ногу вместе с мозгами сломит! Тьфу!

— В Арзамас его надо, — зло процедил Геральт. — Там точно развинтят… Что делать-то будем?

— Думаю, отступать, — предложил Ламберт. — Во второй подвал заглянем — и прочь отсюда. Если этот диск столько лет после побоища тут провалялся, никуда не денется еще недельку. А там и бригада из Арзамаса подоспеет, они и вывезут.

Напоследок Ламберт несколько раз сфотографировал диск и общую картину результатов побоища в подвале.