БРЕНД. Повод для убийства - Орлова Лидия Витальевна - Страница 18

Марина сняла дубленку, повесила ее на вешалку возле двери и сказала нейтральным, почти будничным тоном:

– Надя, попытайтесь успокоиться… Прошу вас… И давайте зайдем в кабинет Николая Андреевича, надо поговорить…

Надя приподняла голову, откинула назад длинные иссиня-черные волосы и внимательно посмотрела на Марину.

– Вы что-то знаете, Марина Петровна? – с надеждой спросила она.

Марина ничего не ответила. Вслед за Надей она прошла в просторный серегинский кабинет и сразу же направилась к письменному столу. Села в высокое вращающееся кресло – «кресло руководителя», как называлось оно в магазинах офисной мебели. У нее в кабинете было точно такое же…

Марина почувствовала, что Надя как-то странно смотрит на нее – осуждающе, ревниво, удивленно?

– Не осуждайте меня, Надя, за то, что я села на его место, – сказала Марина, стараясь снять возникшее напряжение. – Я хочу попытаться найти хоть какие-то следы, которые позволили бы объяснить причины странного исчезновения Николая Андреевича, понять, что же случилось… Я не меньше вас встревожена! Давайте вместе проанализируем ситуацию и решим, что делать…

Надя слегка успокоилась и тоже присела к столу.

– Не будем предпринимать ничего, что могло бы повредить делу… Сначала попробуем разобраться сами, – еще раз повторила Марина – не столько для Нади, сколько для себя.

– Попробуем, – согласилась Надя. И вздохнула.

Марина не поняла, чего было больше в этом вздохе – облегчения или безнадежности…

Стол Серегина был свободным от бумаг – как у всякого опытного руководителя, привыкшего хранить свои секреты от случайного любопытного взгляда. Марина и сама поступала так же, хотя ее – редакционные – секреты трудно было сравнить с тем, что называют «коммерческой тайной». Марина попыталась открыть ящики стола – они были заперты.

– А ежедневник он всегда носит с собой, – понимающе откликнулась Надя.

– Это я знаю, – ответила ей Марина. – Давайте посмотрим ваши записи, проверим, что у Серегина было намечено на этот день…

Надя стремительно поднялась из-за стола и вышла в приемную. Через минуту она вернулась с толстым потрепанным блокнотом в руках.

– Вот, – сказала она. – Вчера… С утра он должен был провести переговоры с поставщиками тканей, после обеда к нему пришли байеры – один московский, два – из Тюмени и один приехал из Самары… Все они думали, что Серегин опаздывает и вот-вот придет, но так и ушли ни с чем… Еще его ждали наш главный бухгалтер, экономист и начальник производства… А сегодня… Сегодня я позвонила Николаю Андреевичу домой, потом на мобильный и затем отменила все назначенные встречи…

– А что он планировал на сегодня? – спросила Марина.

– С утра – визит в банк, потом к нему должны были прийти из благотворительного фонда, позже – главный инженер швейной фабрики из Воронежа, вслед за ним – один известный модельер… Я всем уже позвонила… Сказала, что сообщу, когда ситуация прояснится…

– Вы так и сказали – «ситуация прояснится»? – уточнила Марина.

– Нет, конечно! – взволнованно воскликнула Надя. – Я просто сказала, что встреча переносится, принесла извинения, обещала, что обязательно позвоню…

– Вы все сделали правильно, – похвалила ее Марина. – Вы не дадите мне ваш блокнот – я хотела бы сделать кое-какие выписки…

– Пожалуйста…

Надя протянула Марине блокнот, и Марина переписала в свою записную книжку расписание Серегина на последние два дня. Перелистала несколько предыдущих страниц. На что она надеялась? Думала, что найдет ссылки на ЗАО «Эндшпиль»? Фамилии Говорова и Костина? Их в записях не было. Не было в блокноте и ее собственной фамилии – в планах на тот день, когда Серегин приезжал к ней в редакцию…

– Он сообщал вам о всех своих встречах? – спросила она Надю.

– Нет, что вы! – воскликнула Надя. – Он был такой таинственный…

– Таинственный? – удивилась Марина. – Что значит таинственный?

Надя смутилась.

– Я, наверное, неточно выразилась… Просто он никогда ничего не говорил о своих планах… О том, куда едет, с кем встречается… Говорил, если что-то срочное, звоните на мобильный… Или – буду после трех… И все. Никто ничего не знал. То ли Николай Андреевич никому не доверял, то ли просто не любил говорить о своих делах…

– У него ведь и зама не было?

– Не было. Каждый вел свой участок работы, а за все отвечал он сам… Только он и знал реальное положение дел… – В словах Нади чувствовалась некая давно отболевшая обида.

– Прелестная картина! – горько заметила Марина.

Ситуация казалась тупиковой. Скорее всего она и была такой – во всяком случае, для самого Дома моды. Он не просто остался без хозяина, что не так уж редко случается в нашей беспокойной, с криминальным оттенком жизни, он лишился общего руководства, что со временем несомненно парализует работу предприятия. «Умный, осторожный, а этого не предусмотрел», – Марина понимала, что и сама она – всего лишь человек со стороны.

Она вернула Наде блокнот.

– Ему кто-нибудь звонил? – спросила Марина, уже ни на что не рассчитывая.

– Звонков было много… Но все обычные, я даже перестала записывать… – Надя стремилась поскорее завершить разговор. – По личным вопросам ему звонят напрямую, минуя меня… Или на мобильный…

– Ясно… – сказала Марина. – Никакой информации! Думаю, завтра надо обращаться в милицию, объявлять Николая Андреевича в розыск… Если за это время ничего не прояснится…

– Скорей бы уж… – снова вздохнула Надя. – Я просто не знаю, что говорить людям… И навредить боюсь – сами понимаете, в бизнесе надо уметь соблюдать спокойствие. Да и Николай Андреевич не простит мне паники…

– Если случится что-то необычное, звоните… – сказала Марина. – У вас есть все мои телефоны…

– Спасибо, Марина Петровна, – поблагодарила Надя. – Буду ждать вашего звонка…

Марина накинула дубленку и вышла из серегинского офиса.

Да, все оказалось хуже, чем она могла предположить.

Глава 17

Марина села в машину и запустила двигатель. Ехать она не спешила – было неясно, что же теперь делать. Достав мобильник, Марина набрала номер Магринова и вскоре услышала его хрипловатый голос.

– Докладывайте! – сказал следователь таким пугающе требовательным тоном, что первым желанием Марины было как можно скорее прервать связь.

– Ну и шуточки у тебя, Александр Иванович! – сказала она, пытаясь изменить интонацию разговора. – Звонить расхочется…

– Правильно, – ответил Магринов. – На то и рассчитываю… Как съездила?

Марина вздохнула.

– Съездила… Никаких следов… Как в воду канул… – сказала она. – Вот сейчас стою возле его Дома…

– Ясно. Подъезжай ко мне…

– В Следственный комитет?

– А куда же еще…

– А конспирация?

– Какая еще конспирация! Его надо срочно объявлять в розыск… Если он жив, конечно…

– Даже так?

– А как же еще… Пропуск я тебе закажу…

Магринов отключился.

«Два визита в милицию – многовато для одного дня! – раздраженно подумала Марина. – Когда-то ведь и работать надо…»

Она решительно выехала со стоянки и направилась в центр. «Опять придется стоять в пробках», – Марина понимала, что день не задался, что впереди ее ждут и другие неприятности, и знала теперь – с Серегиным случилась беда, все пошло совсем не так, как они рассчитывали…

Ей повезло – пробок не было. Уже через полчаса она сидела в кабинете Магринова на третьем этаже Следственного комитета. Александр Иванович был готов к разговору – очевидно, успел проинформировать начальство о случившемся. «Случившемся? – спросила себя Марина. – Может быть, все это – просто недоразумение, и Николай Андреевич, «таинственный» Серегин, как говорила о нем Надя, просто не счел нужным проинформировать нас о своем внезапном отъезде?»

Этот вопрос она сразу же задала Магринову.

– Мы не дети… – возразил Магринов. – И в прятки давно уже не играем… Лучше расскажи, что тебе удалось выяснить у него на работе…