БРЕНД. Повод для убийства - Орлова Лидия Витальевна - Страница 21

– Сколько людей – столько мнений! – сказала Ольга. – Кому-то нравится Диор, кому-то Гальяно, а кому-то – нестареющая хулиганка Вествуд…

– Нет, Ольга, вы меня не поняли, – возразила Марина. – Я не это имею в виду… Демина каждый сезон показывает две маленькие коллекции… Из сезона в сезон она предлагает свой фирменный розовый, но не того замечательного оттенка, который сделала модным Эльза Скиапарелли, а оттенка Барби, пошлого в своей общедоступности…

– Но в этом есть свой смысл! – воскликнула Ольга. – Даже свой подтекст… Своеобразная ирония, насмешка над тем, что востребовано массовой культурой…

– Вот-вот! Вы угодили в самую точку! – воскликнула Марина. – Мы склонны все преувеличивать и пытаемся везде обнаружить какой-то второй, скрытый смысл… Какой здесь может быть подтекст? Да кому он нужен, этот подтекст… Демина обслуживает очень узкую, очень закрытую тусовку – вы же знаете, она не тиражирует свои модели, их можно купить только в ее мастерской – и весь этот флер недосказанности, весь так называемый подтекст нужен ей исключительно для пиара…

Марина еще раз взглянула на снимки.

– Сейчас многие пытаются понять, чем вызвано на Западе падение интереса к русскому современному искусству, – сказала она. – Есть разные версии… Но на одну из них стоит обратить внимание: оно перегружено подтекстом!

Неожиданно Ольга улыбнулась.

– Мода всегда связана с подтекстом, – сказала она. – «Код, заложенный в костюме» – разве не вам принадлежит эта формула, Марина Петровна?

Марина рассмеялась.

– Вы хотите сказать, – ответила она, – что мне просто не нравится тот подтекст, который предлагает Мира Демина? И нравится подтекст в коллекциях Жарова… Наверное, вы правы… Меня раздражает фирменный цвет мира Барби… Розовые унитазы, розовые кухни, розовые домики, розовые автомобили и розовые платья! Перебор розового… Это становится пошлостью…

Безобидный спор оживил Ольгу, да и Марина почувствовала, что за разговорами о моде забывает неприятности последних дней.

Глава 19

«Что-то мы слишком долго возимся с этими фотографиями», – подумала Марина и посмотрела на часы.

– Вы куда-то торопитесь? – Ольга поймала ее взгляд.

– Ничего срочного у меня на этот вечер нет, – успокоила ее Марина.

Она вновь вспомнила о странном молчании Игоря, но решила, что нет смысла гадать о мотивах его поступков. Сам все объяснит. «С ним по крайней мере не соскучишься!» – утешила она себя.

Отбор фотографий с презентаций шел гораздо быстрее: в первую очередь давали фотографии тех, кто устраивал встречи, это были хозяева бутиков или топ-менеджеры компаний, перед которыми у журнала были свои обязательства, затем – влиятельные друзья хозяев. И в последнюю очередь личности, составляющие так называемую московскую элиту. Высший свет…

– Все-таки очень странное впечатление производит наш так называемый «высший свет»… – сказала Марина.

Она смотрела на фотографии, лежащие на столе.

– Весьма пестрая публика, – добавила она. – Политический активист и обожающая бриллианты студентка Сомова… Баронесса из Белгорода и пошлый телевизионный ведущий… Хозяйка московских химчисток и представитель московского дворянства… Вертлявая дама с голой кошкой на руках и любовница известного финансиста… Странно, что нет Мирославы, раньше она любила ходить на показы мод… Опять же популярные звезды сериалов и владельцы художественных галерей… Что их может связывать?

– Как что? – удивилась Ольга. – В одном случае – интерес к новой коллекции Армани, в другом – желание приобщиться к миру дорогих коньяков…

– Вот именно! – воскликнула Марина. – Стремление к публичности, которая, как считают, дает деньги и власть… Но все же по-настоящему серьезные люди на такие тусовки не ходят. Они просто купят костюм от Армани и выпьют тот напиток, который им нравится… А общаются – в своем кругу, узком кругу людей, с которыми их связывают деловые или личные обстоятельства… А эта светская жизнь, о которой нам с вами приходится писать, кажется мне насквозь фальшивой и лицемерной… Все эти светские львы и светские львицы только демонстрируют свою значительность… По-настоящему значительных людей я здесь что-то не вижу!

– Вы сегодня просто не в настроении, Марина Петровна, – сказала Ольга и стала собирать фотографии, в беспорядке лежащие на столе.

– Подождите, не убирайте, – остановила ее Марина. Она взяла листочек с контрольками и стала внимательно разглядывать снимки.

– А это кто такие? – спросила она, показывая на один из снимков, отмеченных синей галочкой.

Ольга наклонилась поближе, чтобы разглядеть фото.

– Насколько я понимаю, это хозяева обувного бутика, который недавно открылся в «Крокус-сити»… Как же их фамилии? Сейчас уточню…

Она заглянула в текст, который прилагался к фотографии и сказала:

– Да, я права… Это именно они… Эдуард Говоров и Олег Костин…

«Хозяева ЗАО «Эндшпиль»… – вспомнила Марина слова пропавшего Серегина. – Инвесторы…» Ее охватила паника. «Значит, и обувь их тоже интересует… А почему бы нет? Торговля одеждой, обувью, аксессуарами – дело прибыльное… Бандитов это может привлекать как прекрасная возможность отмывать любые грязные деньги…» Марина попыталась успокоиться и взять себя в руки.

– И давно они занимаются обувным бизнесом? – поинтересовалась она.

– Понятия не имею! – ответила Ольга. – Их имена мне ни о чем не говорят…

«Зато мне они говорят о многом», – подумала Марина.

– Эту информацию мы печатать не будем, – решительно заявила она. – Как-нибудь в другой раз…

Последние слова Марина добавила исключительно ради того, чтобы не давать никаких объяснений…

– Но тогда у нас образуется дырка… Полполосы… – Ольга выглядела растерянной и не решалась задавать вопросы, будто чувствовала, что Марине сейчас не до них.

– Разгоните другие сюжеты… Поставьте еще парочку фотографий студентки Сомовой – у вас их много, она ни одной презентации не пропускает! Пусть народ посудачит насчет того, кто и за какие заслуги дарит ей драгоценности…

– Зачем же так! – возразила Ольга. – Есть же другой выход – приличные люди, друзья журнала, наши авторы и наши герои…

Ольга торопливо собрала материалы и стремительно вышла из кабинета. Фотографии Говорова и Костина она оставила на столе, так же как и текст с комментариями к ним.

«Обиделась, – поняла Марина. – Зря я так резко…» Она чувствовала, что не права, и пыталась найти оправдание своей несдержанности. «Незачем ей вникать в дела, которые связаны с опасными последствиями!» – успокаивала себя Марина. Аргументы показались ей достаточными, но все-таки она решила позвонить и извиниться перед Ольгой.

– Оля, простите меня за резкость, – сказала она. – Когда-нибудь позже я объясню вам, почему я сняла этот материал…

– Ну что вы, Марина Петровна, это ваше право… – скучным голосом ответила Ольга. – Вы же главный редактор и не обязаны ничего объяснять…

И все же голос Ольги дрожал, и Марина почувствовала, как в ней вновь нарастает раздражение. «Ох уж эти бабские штучки…» – подумала она. Но ей удалось сдержаться и она пошутила:

– Эта светская хроника каждый раз заставляет нас нервничать…

Шутка получилась хилой, не шутка даже, а едва замаскированное извинение, но это сработало. Голос Ольги повеселел.

– Главное, было бы из-за чего… – откликнулась Ольга. И добавила: – Не держите в голове… Забудьте!

«Забудешь, как же…» – подумала Марина, вешая трубку.

Она внимательно посмотрела на лица, запечатленные фотографом. Высокий брюнет с короткой модельной стрижкой в светлом, не по сезону костюме, галстук с мелким, неброским рисунком, лицо одутловатое, нездоровое. Это и есть, похоже, Говоров Эдуард. Второй – блондин, волосы прямые, до плеч. Лицо длинное, худое, острый немаленький нос. Одет в черное – хотя это необязательно, фотография не цветная, и костюм может быть и синим, и темно-коричневым. Светлая водолазка. Значит, Костин Олег. С ними женщина – эффектная блондинка в мехах и драгоценностях. Что-то знакомое… Ах да, конечно, специалист по связям с общественностью, PR-менеджер Рина, Рина Семина. Все трое весело смеются… А чего бы им не смеяться? Открыли еще один магазин… Удачная инвестиция… Только вот кто на сей раз стал их жертвой?