БРЕНД. Повод для убийства - Орлова Лидия Витальевна - Страница 60

– А кстати, ты у него спрашивала, есть ли у него какие-нибудь документы за этот период? – поинтересовался Рябинкин. – Наверняка он хранит компромат на них…

– Может, и хранит, – согласилась Марина. – Но вряд ли сейчас решится воспользоваться им. Сам понимаешь – риск слишком велик.

Марина видела, Сергей буквально преобразился, в нем появился интерес к тому, что они обсуждали, можно было подумать, его вновь потянуло на приключения, связанные с риском для жизни. «А может, – остановила себя Марина, всегда опасавшаяся поспешных выводов, – он просто поел, выпил кофе, вот и повеселел».

– Ну и работенку ты мне подбросила, – заметил Рябинкин, – теперь придется всю ночь ковыряться в архиве… А я терпеть не могу залезать в прошлое, вспоминать забытое, сожалеть о вчерашнем дне…

– А кто же любит? – согласилась с ним Марина. – Мне нравится читать чужие мемуары, но не думаю, что когда-нибудь стану писать свои…

– Не зарекайся, – предостерег ее Рябинкин.

– Я и не зарекаюсь! – поддержала его Марина. – Но у нас с тобой речь идет даже не о сегодняшнем – о завтрашнем дне…

– Только не будем больше говорить об этом, – Рябинкин не выносил долгих назидательных разговоров, которые презрительно называл «публицистикой», считал, что люди – не дураки и прекрасно сами разберутся в ситуации, смысл которой им пытаются разъяснить.

– Я все понял, – сказал он, вставая из-за стола. – Собираю все, что есть по нашей теме… Сроки мне не устанавливай, как сделаю – сразу позвоню. За перекус – спасибо…

Он подхватил кофр с аппаратурой и вышел.

Марина осталась одна. В разговоре с Рябинкиным больше всего ее поразила история с ключами от машины, которую, оказывается, Ершову подарили не кто-нибудь, а Говоров и Костин. И самое удивительное – этот факт зафиксировал фотограф Рябинкин! Вот так, думаешь, события давно стерлись, забылись, ушли в прошлое, и вдруг обнаруживается, что – нет, ничего подобного. Они сохранились не только в памяти людей, на которую надежда плохая, но и на вполне материальных носителях информации, таких как фотопленка, фотография. Надо искать, поняла Марина, и найдешь факты, которых сейчас так не хватает. А что со всем этим делать, она решит позднее.

Марина подумала: пора заглянуть к Слуцкой, посмотреть, чем занята Лиза Семенова, которую она – может быть, несколько легкомысленно – отправила в свободное плавание. Не дала ни инструкций, ни установок…

Ни Слуцкой, ни Семеновой на месте не оказалось. Марина нашла их у художников – Антон Северин на своем «Макинтоше» показывал им готовые полосы текущего номера. Они тихо разговаривали, обсуждая детали оформления. Миронова на месте не было, и Марина не стала спрашивать, где он. Ушел – значит, так надо. Она ему доверяла, как себе самой.

Марина подсела к компьютеру и уже намеревалась присоединиться к обсуждению, как вдруг позвонила Лена. Пришел Суржиков и ждет ее в кабинете. «Что-то он быстро приехал», – подумала Марина и поспешила вернуться к себе.

«Седой мальчик» сидел в ее кабинете и с интересом листал последний номер «Воздуха времени».

– А мне еще не принесли этот номер, – заметил он, после того как поздоровался с Мариной.

– Принесут! – пообещала она. – Я не меняла список обязательной рассылки, а вы в нем значитесь…

– Спасибо, – Суржиков выглядел озабоченным, но Марина почувствовала, что ему не терпится узнать у нее, по какому поводу ей потребовались его материалы.

– Марина Петровна, я все привез, – сказал он и подчеркнул, – все, что просили…

Он достал из вместительного портфеля несколько папок и положил их на стол.

– Зачем вам это, Марина Петровна?

– Хочу понять, что это за компания такая – «Эндшпиль»… Как вы когда-то справедливо заметили, слишком много всякого с ней связано. Сейчас вот откуда-то появились слухи, что они собираются купить – а может быть, захватить – наш журнал. А я точно знаю – Азаров продавать его не собирается…

– Понимаю, – Михаил кивнул головой, соглашаясь с Мариной. – Но вы же знаете, я располагаю только тем, что они сами готовы рассказать о себе широкой публике. Это их официальная информация. Я, конечно, догадываюсь и о том, о чем они предпочитают не говорить, но все это непроверенные факты…

– Давайте считать их версиями, нуждающимися в проверке! – предложила Марина. – Главное – определить направление поисков…

– И вы хотите, чтобы я этим занялся? – решил уточнить Суржиков.

– Я бы очень этого хотела, – подтвердила Марина. – Вы можете действовать на условиях полной анонимности…

Суржиков задумался.

– Вы же понимаете, Марина Петровна, это опасное расследование… Рейдеры – люди непредсказуемые, я бы даже назвал их отморозками. Если им понравился какой-то объект, можете быть уверены – они его получат! И именно за ту цену, на которую рассчитывали. Людские судьбы их не волнуют…

– Все так, Михаил, и я ни на чем не настаиваю, – Марина не собиралась просить Суржикова заняться расследованием, которое может стать опасным для него. И давить на Суржикова не хотела.

– Знаете вы, Марина Петровна, все мои слабости, – сказал Суржиков без всякой интонации, даже как-то уныло. – Как я ненавижу всех этих золотостарателей, золотоискателей, охотников за чужим добром!

Он сделал паузу, явно не решаясь принять Маринино предложение.

– Честно говоря, я плохо себе представляю, чем могу быть вам полезен, – сказал он, как показалось Марине, удрученно. – Расследования – не по моей части. Вот написать какие-то тексты я могу, если у меня будут факты, точные данные, которые я готов проанализировать и подать в эмоционально-публицистической форме…

– Это же замечательно! – обрадовалась Марина. – Так, как вы, никто не напишет…

Суржиков скромно потупился, он любил комплименты – кто их не любит! Особенно если они отвечают представлениям человека о себе самом.

– Я бы только попросила вас, Михаил, сделать для меня короткую справку о тех криминальных историях, к которым – предположительно – имеет отношение «Эндшпиль». Обозначить версии, которые нуждаются в проверке. Это возможно?

– Без проблем, – согласился Суржиков. – Я могу вечером переслать эту информацию по электронной почте…

– Только об «Эндшпиле» никаких упоминаний! – предупредила Марина.

– А то! Сам знаю – не первый год замужем. – Суржиков наконец успокоился и закурил.

Он подвинул свои папки Марине и, заканчивая разговор, спросил:

– Вы думаете, получится?

– Посмотрим, – уклончиво ответила Марина. – Но попытаться надо.

Она хотела сказать, что терпеть, мириться с рейдерским террором и опасно, и унизительно, но побоялась вызвать у Суржикова ответную реакцию. Его полемический азарт ее пугал, хотя иногда ей и нравилось с ним спорить на некие отвлеченные темы. Сегодня на подобную забаву у нее просто не было времени.

– Я жду, – сказала она.

Суржиков попрощался и ушел. Марина открыла принесенные им папки.

Глава 43

Как она и предполагала, открывалось досье статьей Суржикова. «Технологии ХХI века» – так она называлась. Оформление было броским, как и положено рекламной публикации, даже если она и была замаскирована под редакционную статью. Суржиков написал ее без особых изысков, но язык материала отличался чистотой, привычных газетных штампов почти не было, и интонация казалась задушевной. Он всегда писал так, не мог иначе.

В статье излагалась десятилетняя история холдинга. Название ему придумали друзья – инженеры Эдуард Говоров и Олег Костин, любители шахматной игры. Оставшись без работы в середине 90-х, они пытались заниматься торговлей. Что только они не продавали – и пиво, и помидоры, и компьютеры… Несколько сделок оказались удачными, и у них появился первый капитал. «В комнате стояли мешки денег, и мы не знали, что с ними делать», – рассказывает Олег Костин. Эта сцена явно понравилась Суржикову, потому что он вынес ее в своеобразный эпиграф и выделил жирным шрифтом. Дальше в статье рассказывалось о том, как к друзьям пришло озарение – они решили создать инвестиционную компанию, которая была призвана, по их словам, помочь российским бизнесменам создать свой бизнес, поддерживать их материально.