Бегущий За Ветром - Белозеров Антон - Страница 42

— Не спорьте! Я знаю, что Мувлан-батар не испытывает ко мне никакого уважения. Но я не обидчив и не злопамятен. Тем более я не могу сердиться на человека, которого указали духи. Да, да! Именно Мувлан-батар сможет победить злого колдуна и разрушить его чары. Так сказали мне духи!

С подобным утверждением трудно было поспорить. Старые охотники почтительно ждали дальнейших слов шамана. И слова прозвучали:

— Если бы Мувлан-батар пришел ко мне вместе с вами, то я бы уже сейчас рассказал ему, где найти злого колдуна и как его победить. Теперь вы должны вернуться в стойбище и передать Мувлан-батару наш сегодняшний разговор. Если этот молодой человек хочет спасти от холода, голода и смерти весь наш край, то он должен поторопиться ко мне. Время идет, а тепла все нет. И его не будет до тех пор, пока Мувлан-батар не убьет колдуна!

— А если Мувлан-батар откажется? — осторожно спросил Угулак.

— Если откажется?… — шаман вновь прищурился. — Тогда мы все умрем: и я, и вы, и ваши семьи, и все окрестные стойбища на тридцать дней пути. Умрет и сам Мувлан-батар, и его жена, луноликая Таркендай, и их пока еще нерожденный сын, которого Таркендай носит под сердцем. Вот так и скажите Мувлан-батару!

Ошеломленные и подавленные охотники поняли, что на этом разговор окончен. Жены Куманкула приняли из рук гостей пустые пиалы, помогли им подняться. Пятясь к выходу, Коргалай собрался с духом и задал вопрос, который мучил его на протяжении всего разговора:

— О, мудрый Куманкул! Позволительно ли мне будет спросить у тебя, как имя того злого колдуна, что остановил приход весны своими чарами?

— Его имя вам ничего не скажет, — с оттенком легкого пренебрежения ответил шаман. — Впрочем, я удовлетворю твое любопытство. Злой колдун носит прозвище Бегущий За Ветром.

Угулак и Коргалай с поклонами покинули чум Куманкула, встали на лыжи и поспешили в свое стойбище. Имя Бегущего За Ветром, действительно, было им незнакомо. На далеком побережье Северного океана, на самом краю Центрального континента никто не слышал о знаменитом волшебнике. Вернее, легенды о нем были давным-давно забыты.

Через шесть дней в ущелье Большого Белого Медведя возле чума шамана Куманкула появился молодой охотник Мувлан-батар. Несмотря на дальний лыжный переход он, казалось, ничуть не устал. Вся его стройная жилистая фигура излучала силу и кипучую жизненную энергию. Мувлан-батар был одет и снаряжен для дальней дороги. При нем были пальма (Пальма — копье, распространенное у северных народов, отличается толстым древком и широким колюще-режущим наконечником.), многослойный мощный лук, запас длинных стрел, большой нож длиной в два локтя и малый нож длиной с ладонь.

Куманкул, похоже, знал о приближении Мувлан-батара. Навстречу молодому охотнику из чума вышла его средняя жена Калока и почтительно пригласила Мувлан-батара внутрь. Несмотря на то, что Угулак и Коргалай постарались достаточно подробно пересказать Мувлан-батару свой разговор с Куманкулом, тот не поменял своего отношения к шаману. Он не принес даров, не трепетал от священного страха в жилище шамана, смотрел на Куманкула без особого почтения, да и разговаривал не слишком-то уважительно.

— Вот он я! Пришел! — с порога заявил Мувлан-батар, даже не поприветствовав, как полагается, почтенного шамана.

— Хорошо, я давно ждал тебя.

— Старики сказали, что тепла нет из-за какого-то там колдуна. Это правда?

Куманкул сделал паузу, осмотрел с ног до головы крепкую фигуру молодого охотника и только потом произнес:

— А сам-то ты что об этом думаешь?

— Я?! — Мувлан-батар вытянул перед собой руки. — Я думаю, что сила человека во много раз сильнее силы колдовства. Я — лучший охотник в нашем стойбище, и, пожалуй, на всех землях на тридцать дней пути вокруг. Но я не могу поворотить реку вспять и не могу заставить ветер дуть в другую сторону. Поэтому я не верю, что какой-то колдун может навести злые чары на нашу землю.

Шаман сделал вид, что крайне удивлен словами молодого охотника:

— Раз ты не веришь в колдовство, не веришь мне, то зачем же ты сюда явился?

Этот вопрос слегка поубавил самоуверенности Мувлан-батара.

— Я пришел к тебе, потому что вижу, что в мире что-то нарушилось. Тепла нет, зима задерживается намного дольше положенного срока. Животные уходят с насиженных мест. Рыбу из-за льда ловить тяжело. Если ничего не измениться, то может начаться голод. Раз опасность грозит моей семье, моему стойбищу и моей земле, я должен что-то сделать!

— И что же ты собираешься сделать?

— Я убью того колдуна, которого ты мне укажешь!

— Но ты же не веришь, что все беды происходят из-за него!

— Не верю. Но это не важно. Важно, что люди в это верят.

— Так чего же ты боишься больше? Того, что наступит голод и мор, или того, что люди назовут тебя трусом, который в тяжелое время не встал на защиту родной земли?

Мувлан-батар поник головой. Шаман знал все его тайные мысли и страхи.

Куманкул понял, что смог утвердить свою власть над строптивым и независимым охотником, и сменил тему:

— Ты, я слышал, добыл более дюжины медведей?

Мувлан-батар оживился:

— Шестнадцать медведей взял я в одиночку, с помощью одной только пальмы и большого ножа.

— Значит, справиться с обычным человеком для тебя будет нетрудно?

— С человеком? Я еще не встречал человека, который был бы сильнее медведя. Хотя… Мне еще не доводилось убивать людей. Вот Губакал-батар из стойбища Хитрой Лисы, говорят, некогда убил на поединке оскорбившего его Макамуна из стойбища Красного Лосося. Надо бы спросить у него, каково это — убить человека.

— У Губакал-батара уже никто ничего не спросит.

— Почему это?

— Он был первым, кого я послал убить злого колдуна.

— Ну?

— Ты что, не понял? — нахмурился шаман. — Губакал-батара больше нет в живых!

Это известие ничуть не испугало Мувлан-батара. Молодой охотник лишь задумчиво произнес:

— Видать, этот колдун и впрямь очень силен. Как там его зовут? Бегущий С Ветром?

— Бегущий За Ветром. И он победил Губакал-батара не оружием, он уничтожил его силой своего колдовства.

— Колдовство не может повредить смелому и сильному человеку! — гордо заявил Мувлан-батар.

— Это хорошо, что ты так говоришь! — довольно улыбнулся Куманкул. — Значит, духи не зря указали на тебя, как на единственного избранника, который сможет победить Бегущего За Ветром.

— Если я единственный, то зачем ты посылал вперед меня Губакал-батара?

— Я хотел узнать, какие ловушки установил Бегущий За Ветром вокруг своего логова. Это дало мне возможность с помощью духов изготовить амулет, который защитит тебя от чар колдуна. Вот этот амулет. Одень его себе на шею.

Мувлан-батар принял из рук Куманкула кожаный мешочек на кожаном же шнуре. Мешочек был украшен разноцветным бисером и не завязан тесемкой, а зашит тонкой серебряной проволокой.

— А что внутри? — спросил молодой охотник.

— Внутри заключена самая сильная магия, которую я только смог противопоставить Бегущему За Ветром, — значительно произнес шаман. — Не открывай мешочек, если не хочешь потерять защиту и вызвать гнев духов!

— Ладно, не открою… — Мувлан-батар одел на шею мешочек и заправил его под одежду. — Но ты еще не сказал, где найти колдуна и как избежать расставленных им ловушек.

— Сейчас расскажу. Итак, Бегущий За Ветром устроил свое логово в Уракских горах…

Когда Мувлан-батар получил от Куманкула достаточно подробную инструкцию и покинул чум, шаман с чрезвычайно довольным видом откинулся на груду меховых подушек за спиной и коротко приказал:

— Манагана, еды!

Старшая жена тотчас же поднесла своему мужу серебряный поднос, изготовленный в одном из далеких западных королевств. Прежде чем попасть на север он, наверняка, прошел через десятки, а то и через сотни рук. На подносе находились пиала с горячим чаем и глиняная тарелка с копченым оленьим окороком.