Бегущий За Ветром - Белозеров Антон - Страница 73

— Так вот как ты хотел узнать истину? — задумчиво произнес Бегущий За Ветром. — Весьма оригинальная идея. Мне она никогда не приходила в голову.

— Просто ты никогда особо не интересовался этим вопросом, — со слабой улыбкой сказал Баганган. — Кстати, в работе мне помогал юный Могбана, сын Мазула, внук Могонги.

— Могбана — нынешний Верховный Вождь? — уточнил Бегущий За Ветром.

— Да. Он был способным учеником. Поначалу мне даже казалось, что у него имеется магический талант. Я обучил его многим наукам и рассказал о том, для чего строю огромную печь. К сожалению, Могбана оказался слишком слабым волшебником.

— И на него не действовал эликсир бессмертия?

— Совершенно не действовал.

— Наверное, это очень обидно — находиться рядом с магом, участвовать в его работе и при этом осознавать, что ты простой смертный человек.

— Ты совершенно прав, Бегущий За Ветром. Но я не догадывался, что Могбана затаил обиду не только на меня, но и на весь наш мир, пронизанный магическими силами. Не знал я и того, что Могбана окажется так умен, что сумеет разобраться в моих книгах и записях. Я даже предположить не мог, что Могбана попробует использовать мою печь, чтобы с ее помощью собрать и воплотить в себе магическую составляющую природы.

— Но он попробовал, и у него получилось?

— Увы. Он внес в состав ингредиентов волшебного расплава некоторые изменения. Я их не заметил, потому что мне даже в голову не приходило, что на это кто-то способен.

— Могбана добавил в расплав свою кровь?

— Да. Когда я приступил к эксперименту над материей и магией, поначалу все шло хорошо. Мои помощники загружали в печь нужные ингредиенты вовремя и в нужных пропорциях. Но когда дело дошло до жертвенных животных… Я сперва даже не понял, в чем дело. Животные были заранее умерщвлены, а их кровь помещена в серебряные сосуды. И вот, когда в печь попал сосуд, где вместо жертвенной крови находилась кровь живого человека…

— Этот человек стал частью твоего магического расплава, — докончил фразу Бегущий За Ветром.

— Это было ужасно! — голос Багангана дрогнул. — Внешне ничего не произошло. Не было ни грома, ни молний, ни грохота. Но я почувствовал, как жизненная сила, именуемая магией, покинула меня. Я мгновенно превратился в обычного человека. Я даже сначала не понял, что катастрофа распространилась на весь остров, ведь я утратил все сверхчеловеческие магические ощущения.

Бегущий За Ветром понимающе кивнул головой. Он тоже испытал нечто подобное, только магия ушла из него не в один миг, а по капле вытекала в течение всего пребывания на острове.

— Что произошло с Могбаной? — спросил Бегущий За Ветром.

— Он… преобразился. Он перестал быть человеком.

— У него выросли рога и клыки? Он оброс шерстью? Он превратился в чудовище?

— И да, и нет. Могбана воплотил в себе все ингредиенты магического расплава. Он стал похож… на все, что ты видишь вокруг себя, на все, что являлось ингредиентами моего расплава.

— Я не понимаю.

— Это невозможно объяснить. Надо увидеть своими глазами. Чаще всего Могбана выглядит, как обычный человек. Но в решительные мгновения он может превратиться… во что угодно. Ему подвластна любая магия.

— Но на острове не осталось магии.

— Я знаю. Однако Могбана может преобразовывать сам себя. Он обрел могущество, о котором мечтал в детстве, однако его владения ограничиваются всего лишь одним островом. Наверное, он чувствует себя, как запертый в клетке дикий хищник, вокруг которого пасутся мирные стада. Я имею в виду другие страны.

— Он всерьез собрался завоевать весь мир?

— Да. Он стал бессмертным. Он почти без труда захватил власть на острове, уничтожил и своего отца Мазула, и дядю Малабада. Ни один человек не может его убить, хотя поначалу многие пытались. Он неуязвим для обычного и, я не сомневаюсь, для магического оружия. Правда, его силы не безграничны. Поэтому для завоевания мира ему потребовалась армия, вооруженная паровыми ружьями и пушками. Сейчас весь остров превратился в гигантский военный лагерь. В порту Великой Миссии создается флот Могбаны, несколько десятков пароходов, на которых он перевезет армию на Центральный континент и начнет чудовищную бойню.

— Как я заметил, многие островитяне разделяют его взгляды и помогают ему по доброй воле.

— Уже выросло новое поколение, которое с младенчества слышит восхваления Верховному Вождю Могбане. Люди просто не знают, что можно думать и действовать по-другому.

— А как удалось выжить тебе? Почему ты оказался в тюрьме, где разносил пищу заключенным?

— Могбана почему-то не убил меня сразу. Должно быть, решил, что я не представляю для него опасности. У него в то время имелись более серьезные враги: отец, дядя, местные вожди, желающие верховной власти. Я же поспешил скрыться из его вида. Я все время находился рядом с Могбаной, но он не догадывался о моем существовании. Скорее всего, Могбана уверен, что я давно умер без поддержки эликсира бессмертия. Но я знал, что рано или поздно ты вновь навестишь меня, поэтому не имел права умирать. Я понял, что, разыскивая меня на острове, ты либо сам меня найдешь, либо окажешься в тюрьме, где тебя встречу я. Поэтому я устроился в тюрьму на самую грязную и презираемую работу — разносил пищу иноземным рабам Могбаны… и ждал.

— А ты не боялся, что я появлюсь слишком поздно, когда армия Могбаны уже высадится на материк?

— Боялся. А что мне оставалось делать?

— Хороший вопрос. Его задают все ученые, которые сначала ставят мир на грань уничтожения, а потом бегают и кричат: «Что делать? Что делать?…» Ладно, Баганган, не обижайся. Я чувствую вину не меньше, чем ты. Если бы я не рассказал тебе об использовании силы пара…

— Знания не должны попадать к непосвященным, — сказал Баганган. — Это первый закон тех, кто ступил на путь магических и прочих наук.

— Мы оба нарушили этот закон. Нарушили совсем чуть-чуть, но наши ошибки разрослись до чудовищных размеров. Я надеюсь, что все еще можно исправить.

— Именно поэтому мы едем в порт Великой Миссии. Ты сотворишь бурю и потопишь флот Могбаны. Это даст нам немного времени, чтобы собрать против Великого Вождя всех магов нашего мира.

— Собрать всех магов? — эхом отозвался Бегущий За Ветром. — Ты собираешься всем рассказать о том, что произошло на острове?

— Да… Разве ты не планировал то же самое?

— Ты собираешься объяснять, как Могбана обрел сверхчеловеческие способности при помощи смешения своей крови с магическим расплавом?

— Ну… Пожалуй, нет. Но про силу пара рассказать надо, чтобы люди на материке смогли создать паровое оружие для защиты от вторжения армии Могбаны.

— А если люди не объединятся против Могбаны? Если они используют новое оружие для войн друг с другом? Если некоторые маги захотят повторить твой эксперимент, пусть даже из простого любопытства? Если кто-нибудь из правителей решит выступить на стороне Могбаны?

— Неужели найдутся такие безумцы?

— А почему бы и нет? Ведь островные вожди подчинились Верховному Вождю? А разве мы с тобой, пусть даже по незнанию, не стали причинами появления в мире Могбаны? Вот, Баганган, к чему приводит распространение знаний — к катастрофам и к рождению чудовищ!

— Тогда как мы победим Могбану? Как остановим его армию?

Бегущий За Ветром посмотрел на своего спутника. Эликсир бессмертия заканчивал свое действие раньше, чем рассчитывал Баганган. Лицо чернокожего волшебника вновь покрылось глубокими морщинами, тело лишилось сил, глаза близоруко сощурились. Баганган выглядел крайне подавленным и растерянным. Долгие годы он продумывал план борьбы с Могбаной, но Бегущий За Ветром разрушил их до основания.

— Мы можем свернуть с этой дороги на север? — спросил Бегущий За Ветром.

— Зачем?

— В одной из бухт я оставил свой корабль. Лаверийский катамаран. На нем мы покинем остров.

— Значит, ты все-таки решил собрать армию?

— Можно сказать и так. Только моя армия будет состоять не из воинов и магов.