«Sacred: Кровь ангела» - Виттон Стив - Страница 10

Фальк уже собрался возразить, но Зара резко вскинула указательный палец, призывая его к молчанию.

– Предупреждаю тебя, паренек: мне начинает казаться, что было ошибкой спасти тебя от толстяка и его собутыльников. Но эту ошибку можно легко исправить.

С этими словами она демонстративно положила руку на рукоять одного из мечей; чтобы удобнее было ехать, она отстегнула пояс с мечами и укрепила его на седле.

Фальк сухо сглотнул, веселая ухмылка исчезла с лица, уступив место смешанному выражению сожаления и отчаяния. Зара слишком хорошо знала это выражение. Выражение человека, у которого украли надежду и выбили почву из-под ног. Но как она могла дать кому-то надежду, если сама ее не имела? Какое право она имеет учить других, как им жить, если сама не в состоянии справиться с собственной жизнью?

Она видела печальное выражение лица Фалька, он напоминал побитую собаку с поджатым хвостом, которая, забившись в угол, пытается спастись от очередного удара. Где-то внутри нее зазвучала долгое время молчавшая струна, и хотя она приложила все усилия, чтобы проигнорировать ее, ей это не удалось. Глубоко вздохнув, она смирилась. Одно мгновение она молча смотрела на Фалька. Затем чуть слышно сказала:

– Зара.

Пораженный Фальк уставился на нее.

– Что ты сказала?

– Зара, – повторила она. – Так меня зовут.

Прежде чем Фальк смог что-нибудь ответить, Зара прищелкнула языком, пришпорила Кьелля и устремилась вперед. Фальк продолжал скакать позади спокойной рысью, глядя вслед Заре, которая во весь опор неслась лесом, и так же внезапно, как только что с его лица исчезла ухмылка, так теперь расползлась широкая, от уха до уха, улыбка.

– Итак, Зара, – довольный, пробормотал он. – Поскакали!

Улыбаясь, он пришпорил коня и последовал за Зарой.

Если бы в этот миг он мог предвидеть, какой драматичной, полной опасностей станет его жизнь в течение следующих дней и недель, он, вероятно, не решился бы сопровождать Зару.

Но он этого не знал – и последовал за ней…

ГЛАВА 6

Высоко над верхушками деревьев солнце постепенно приближалось к зениту, но под плотным пологом ветвей все еще царил тусклый полумрак. Только кое-где отдельные солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, косыми светлыми полосами падая на землю, в которых под неслышную мелодию кружились пылинки и насекомые. Воздух был сух и прохладен, папоротники на обочине дороги покачивались на легком ветру, который налетал отовсюду и ниоткуда. В нескольких шагах впереди по стволу сосны сновала белочка с пушистым огненно-красным хвостом, и, если бы не непрерывная глуповатая болтовня Фалька, картина была бы просто идиллической.

Но, похоже, язык Фалька не простаивал ни минуты, как будто что-то внутри заставляло его говорить, чтобы непрекращающимся бормотанием ввергнуть окружающих в безумие. Чувство времени подсказывало Заре, что еще не прошло и трех часов с того момента, когда Фальк своим преданным собачьим взглядом вынудил ее не прогонять его, но казалось, будто с тех пор прошла вечность. На любую тему у него имелось собственное мнение, которое он высказывал громко и многословно, безразлично, шла ли речь о разнообразных возможностях применения лобковых вшей или о том, как на торговле мочой яка сделать состояние, продавая ее как магический лечебный сок аристократам. При всем разнообразии тем оставалось неизменным лишь нескрываемое стремление Фалька к земным благам. Будь то земля, золото или скот – он был просто очарован всем материальным и страстно желал избежать жалкого существования шулера и начать жить в свое удовольствие. Он как раз начал заливать о том, как в одной легенде говорится, что где-то в Темных областях скрывается древний дракон, охраняющий еще более древнее сокровище, и что если он его найдет, то с этим неисчислимым богатством сможет позволить себе все, что угодно… Но тут Зара, не сдержавшись, выразила свое неудовольствие громким вздохом.

– Ради всех богов, – раздраженно проворчала она. – Ответь, ты когда-нибудь закрываешь рот хоть на минуту?

– Время от времени, – весело ответил Фальк. – Большей частью, когда сплю. Но чаще всего никогда. Так было всегда, даже когда я был еще ребенком. Моя матушка всегда мне говорила: «Фальк,- говорила она, – когда ты откинешься и станешь действовать древним богам на нервы, первое, что им придется сделать, так это прищемить твой язычок».

Фальк весело ухмыльнулся, но его спутница не собиралась разделять с ним веселье. Некоторое время Зара с недоверием пристально смотрела на него, затем рассеянно покачала головой.

– Все из-за этого, – разочарованно пробормотала Зара в тени своего капюшона, скорее самой себе, чем Фальку.

Она проклинала себя за то, что заступилась за него в Хоэнмуте. Ей следовало посоветовать одноглазому с его собутыльниками отрубить Фальку не руку, а отрезать язык, тогда, по крайней мере, сейчас она наслаждалась бы покоем. Нет, ей непременно понадобилось разыгрывать из себя добрую самаритянку, и теперь Фальк прилип к ней, как клещ на месте, до которого нельзя дотянуться, и пьет ее кровушку. Со смиренным вздохом она покачала головой, поскакав дальше по тропинке, которая через несколько шагов впереди сужалась и делала поворот.

Едва они достигли поворота, как Кьелль неожиданно испугался и тихо заржал.

Коротким рывком повода Зара остановила лошадь и правой рукой инстинктивно ухватилась за рукоятку прикрепленного к седлу меча. Но, проследив взглядом дальше по тропинке, успокоилась. Опасность угрожала не им, а юноше примерно лет двадцати, схваченному группой грабителей. Старая лошадь, на которой юноша ехал – по всей видимости, откуда-то из глубины леса, – лежала на боку, пронзенная десятком стрел. Но в то время как для клячи все худшее уже осталось позади, такое нельзя было сказать про ее хозяина. Пятеро негодяев дали волю своей злобе – смеясь и воя, они налетели на молодого человека, который извивался между ними на земле и отчаянно пытался защитить голову руками. Разбойники даже не посчитали необходимым применить оружие, хотя оборванцы были неплохо вооружены. Для измученного юноши они посчитали достаточным и пинков.

Сквозь смех и улюлюканье мучителей Зара смогла различить его голос, правда, слабый и надтреснутый, но все же довольно внятный.

– Пожалуйста, – умолял он и протягивал руки к маленькому кожаному кошельку, который один из мерзавцев, забавляясь, вертел перед самым его носом, и с язвительным смехом отдергивал. – Пожалуйста, не отнимайте у меня это золото. Оно принадлежит не мне, а жителям городка, откуда я еду! Мы бедны и нуждаемся в помощи!

– Мы тоже бедны и нуждаемся в помощи! – заметил один из грабителей, коренастый парень в металлическом помятом шлеме.

Его сообщники разразились смехом. На некоторых были рваные солдатские мундиры, и Зара предположила, что шайка состоит из дезертиров, скрывающихся в лесах от преследований королевской гвардии и добывающих средства к существованию грабежом и убийствами мирных путешественников.

Фальк подъехал к Заре и остановил лошадь. Грабители еще не заметили новоприбывших, так как были целиком заняты своей жертвой, но такое положение могло измениться в любую минуту, и тогда, Зара не сомневалась, их присутствие вызовет гнев.

Объятый ужасом Фальк смотрел, как грабители пинают юношу, и с ужасом прошептал:

– Черт побери, они выбьют из парня последнюю искру жизни!

Зара никак не отреагировала на его слова.

Мужчина в шлеме решил, видимо, что пора уже заняться серьезным делом, и вынул меч из ножен. Другие мерзавцы отступили на несколько шагов. Широко расставив ноги, грабитель в шлеме встал над лежащим на земле юношей, ухватился за меч обеими руками и весело сказал:

– Не волнуйся, паренек. Будет не больно – или, по крайней мере, не долго будет болеть.

Он злобно рассмеялся, и его сотоварищи тоже.

– Ради всех богов, они убьют его! – прошептал Фальк. – Мы не можем этого допустить! Мы должны ему помочь!