«Sacred: Кровь ангела» - Виттон Стив - Страница 28

Зара спокойно выдержала его взгляд.

– Я не ответственна за этих людей, – заметила она. – Но я сделаю все, что в моих силах, чтобы им помочь.

Грегор д'Арк мягко улыбнулся:

– Большего я не смею и просить.

Он провел рукой по подбородку и церемонно осведомился:

– Предполагаю, что излишний труд предлагать вам помощь, мадам?

Зара кивнула:

– Вы не ошиблись.

– Тогда не стану вас дольше задерживать.

Он отошел в сторону, чтобы освободить ей путь.

– Берегите себя, и ни пуха вам ни пера, как говорят охотники.

Грегор развернулся и размашистым шагом направился к одной из карет, еще стоявших на площади. Зара некоторое время оставалась на месте, поборов в себе желание посмотреть ландграфу вслед. Затем отбросила все мысли в сторону и, слегка покачивая головой, отправилась в путь. Заносчивое высокомерие и наглая дерзость, с которой д'Арк использовал ситуацию в своих целях, ее рассердила. Но в действительности она злилась больше на себя, так как самым очаровательным образом он сумел ее подчинить своей воле. Она хотела разозлиться на ландграфа, но не могла, и Зара поймала себя на мысли, что д'Арк ей нравился. Как противоположности, их притягивало друг к другу.

Двигаясь по площади, Зара пробовала усмирить свои противоречивые чувства. Некоторые жители еще остались на площади или выглядывали из окон домов, но Зара ни на кого не обращала внимания. Ее взгляд был направлен внутрь, она сосредоточилась на своих мыслях и чувствах и начала их отлаживать и регулировать, как настраивают самые точные весы.

Наконец ей показалось, что она уже может схватить холодный ветер, дувший ей прямо в лицо, Зара стала воспринимать запахи, краски и шумы вокруг себя гораздо острее, чем обычно. Все оказывало на нее более интенсивное и живое воздействие. Она воспринимала малейший шум рядом, и когда, проваливаясь по щиколотку в снег, направилась к опушке леса, то ощутила сладкий до приторности запах духов Друзиллы фон Дрейк, перед внутренним взором тянувшийся, словно зримая ярко-красная лента: вода «флёрдоранж», жасмин и ваниль с ноткой гвоздики.

Если бестия не привидение, а создание из плоти и крови, оиа наверняка оставит после себя где-нибудь в лесу след, и если Заре удастся его найти, она легко по нему пойдет. Она должна сосредоточиться на главном, отбросив все впечатления, которые обрушились на нее.

Решительными шагами Зара прошла несколько метров до опушки леса и беззвучно исчезла меж деревьев.

Охота началась.

ГЛАВА 15

Мурбрукский лес был сродни тому сумрачному лесу, через который они приехали сюда, – бесчисленные километры, заросшие огромными елями, пихтами и лиственными деревьями, с валунами, множеством полян и утоптанных тропинок, прорезанные путаной сетью ручьев, пропадающих в обширных бурых торфяниках; один за другим, снова и снова они возникали между древними деревьями-исполинами и для неосторожного путника могли оказаться злой неожиданностью. С высоты птичьего полета лес, должно быть, казался огромным ковром из зеленых и коричневых лоскутов, простиравшимся в каждую сторону света до горизонта и дальше, куда-то в бесконечность. Долина, в которой раскинулся Мурбрук, утопала среди необузданной зелени, словно камушек-голыш на дне моря. В этой части мира природа бдительно охраняла свое господствующее положение, и попытки людей отвоевать у леса хоть немного земли казались смехотворно жалкими.

В лабиринте ущелий, долин, деревьев, скал и болот могла исчезнуть без следа целая армия, а две другие ее даже не нашли бы. Искать в этой местности тварь величиной с волка было все равно что искать иглу в стогу сена. Дело осложнялось еще тем, что зверь прекрасно ориентировался в лесу, так что, можно сказать, они вели войну на вражеской территории. Во всех отношениях чудовище было в более выгодном положении.

Но,- думала Зара, беззвучно пробираясь темным лесом в стороне от протоптанных троп, – возможно, и не во всех…

Уже два часа, как она покинула Мурбрук и не встретила ни одной человеческой души, хотя шум доносился отовсюду – непрекращающиеся крики, собачий лай и гул голосов, время от времени прерываемый мушкетными выстрелами. Хотя Зара старалась держаться подальше от охотников, которые неуклюже и громко, как стадо кабанов, брели по лесу, все же она получила даже больше представления о происходящем, чем ожидала. Совсем недавно с холма как на ладони неожиданно предстала живописная картина: загонщики с трещотками и колотушками вместе с псарями образовывали авангард и замкнутым строем прочесывали подлесок, вспугивая в зарослях каждую тварь, пешие с копьями и вилами держались на двадцать шагов сзади, при этом несколько человек пытались осветить полумрак леса горящими факелами. Шагах в двадцати следом за ними двигались охотники верхом, а далее болтающие и смеющиеся дворяне, сопровождаемые слугами и крепостными, которые несли господское оружие. В самом арьергарде – кареты и телеги с продовольствием, и телеги для забитой дичи, добычи удачливых охотников. Ничего удивительного, что мурбрукцам до сих пор не удавалось загнать зверя; они продвигались так неловко и неуклюжее, что даже слону при желании удалось бы без труда избежать встречи с ними.

И все-таки охота достигла одной из своих целей: среди лесных обитателей начался жуткий переполох. Вспугнутые шумом трещоток и лаем рвущихся со свор гончих, животные пустились наутек. С высоты Заре было видно, как весь лес словно ожил. Испуганные белки неслись к верхушкам деревьев, гуси и цесарки, пронзительно гогоча, взлетали в воздух из густого кустарника, две молодые косули зигзагом понеслись глубже в лес… Но не важно, сколько животных вспугнули охотники, бестии среди них не было.

Покачивая головой, Зара понаблюдала минуту-другую за действиями охотников, развернулась и, спустившись с другой стороны холма, углубилась в лес. Но хотя Зара была опытным следопытом и вся обратилась в зрение и слух, она не обнаружила следов зверя – ни отпечатков лап, ни помета, ни шерсти – ничего, что могло бы оставить такое крупное животное.

Чем ближе время приближалось к полудню, тем горше становилось разочарование.

Зара подошла к границе большого болотистого участка, где перекошенные деревянные хижины с дырявыми гонтовыми крышами и наполовину сгнившие деревянные каркасы указывали на то, что здесь когда-то добывали торф. Зара остановилась у одной из хижин для короткой передышки и краем глаза заметила какое-то движение в кустах. Похоже, через подлесок пробиралось какое-то крупное животное. Но, проверив, обнаружила лишь огромного со щетинистой шкурой кабана, искавшего в листве своими чуть изогнутыми клыками желуди.

Она оставила кабана за его занятием и обошла вокруг болота, но напрасно: похоже, в этой части леса зверь не оставил никаких следов, а если они и были, то непогода их уничтожила. Зара постаралась не слишком расстраиваться и другой дорогой вернуться, откуда пришла. При этом она обратила внимание на то, как необычно тихо стало вокруг. Всю первую половину дня фоном служил нескончаемый шум трещоток и колотушек загонщиков и лай собак, а теперь все стихло. Доносились лишь слабый шепот ветра в листве деревьев и бормотание небольшого извилистого ручья неподалеку. Даже лесных животных не было слышно.

В первый момент она с облегчением вздохнула, но через несколько минут необычная тишина начала действовать на нервы. Заинтересовавшись, что означает столь внезапный покой, она сменила курс и отправилась в направлении, где в последний раз слышала компанию охотников. Между тем наступил полдень, но хотя солнце где-то по ту сторону плотного слоя облаков высоко стояло в небе, эта часть мира все еще была погружена в неопределенный полумрак, как будто день не осмелился наступить. Ветер крепчал и раскачивал верхушки елей.

Зара следовала по тропинке вблизи покрытого льдом небольшого пруда и замерла на краю поляны, на которой компания охотников разбила лагерь. Неподалеку протекал маленький ручей, из которого слуги черпали ледяную воду, чтобы поить лошадей и мыть тарелки. Посреди поляны стояла телега с продовольствием; перед ней на огромном треножнике на цепи над огнем висел внушительных размеров медный котел, от которого разносился запах супа.