Сердце гор (Сборник) - Крес Феликс В. - Страница 18

Она вскинула неприязненный взгляд. Серые глаза странным образом выглядели чужими на ее лице.

— Не твое дело, солдат. Мне нужно видеть коменданта гарнизона. Исполняй свои обязанности и доложи кому следует. А может, у вас приказ отправлять назад каждого, кто появится у ворот, без выяснения причин? — В ее голосе слышалась насмешка.

Солдаты переглянулись.

— Пойду, — резюмировал старший, направляясь к узкой двери в широком крыле ворот. — Следи за ней, — добавил он по-громбелардски, обращаясь к товарищу. Военное снаряжение незнакомки не внушало ему доверия. Вдруг оно добыто незаконно?

Женщина только презрительно фыркнула.

Оставшийся стражник медленно прохаживался вдоль ворот, время от времени испытующе поглядывая на нее. Молодая женщина с правильными чертами лица. Можно было бы сказать, что она красива, если бы не странное выражение свинцово-серых глаз.

— Может быть, придется подождать, — буркнул солдат. — Сначала нужно…

— Я знаю, — оборвала женщина. — Сначала — к начальнику стражи.

Он вскинул брови, недоуменно пожал плечами и снова начал ходить у ворот.

— Откуда ты? — не выдержав, спросил он, но, предвидя, что она не ответит, добавил: — Ты не говоришь по-громбелардски… а здесь мало кто знает Кону. Ночлег найти будет непросто.

— Ты же заканчиваешь службу, значит, сегодня ты свободен. Вот и поможешь мне найти какой-нибудь постоялый двор, — сказала она на его языке, презрительно надув губы. — С каких это пор в Громбе мало кто владеет Кону?

Солдат обиженно промолчал.

Прошло еще немало времени, прежде чем его старший вернулся с подсотником.

— К коменданту? — коротко спросил пожилой офицер с широким шрамом на лбу.

Она слегка склонила голову.

— По какому делу?

Женщина огляделась по сторонам, словно пыталась найти свидетелей. Ее злила тупость военных.

— Ради Шерни, я что, прошу аудиенции у императора? — с нескрываемым раздражением ответила она. — Я по поводу пропавших без вести несколько дней назад пятерых ваших людей.

Солдаты остолбенели. От спокойствия офицера не осталось и следа.

— Значит, все-таки разбойница… — прорычал он, кладя ладонь на рукоять меча. — Выкуп?

В удивительных глазах девушки вспыхнула ярость.

— Ради Шерни! — спокойно сказала она. Неожиданно плавным движением она подняла ногу и пнула старшего из часовых в живот, прямо в солнечное сплетение. В следующую секунду ее колено воткнулось между ног второго. Подсотник хотел было вытащить меч, но она перехватила его движение, уцепившись скрещенными в запястьях руками за мундир. Резко сдавила у шеи и рванула на себя. Офицер захрипел, глаза полезли из орбит. Он пытался освободиться от хватки, но ее руки, казалось, были вылиты из железа. Спустя мгновение она сама отпустила его, дав пинка; когда он упал, накинула по пинку стонущим на земле стражникам, открыла дверь в воротах и вошла на территорию гарнизона.

Внутренний двор был полон солдат, но девушка пробралась стороной. Она хорошо знала, куда идти. Вскоре она уже поднималась по ступеням здания, расположенного в углу казарм. На скамье в передней сидел молодой парень — дежурный.

— Старик у себя? — спросила девушка.

Парень машинально кивнул. Прежде чем он успел что-либо сообразить, она прошла мимо и открыла дверь в комнату коменданта.

На широком столе лежал разостланный пергамент. Сидевший за столом пятидесятилетний мужчина с пером в одной руке и бараньей лопаткой в другой, удивленно поднял голову. Мгновение он смотрел ей в глаза, затем бросил лопатку в стоявшую рядом миску и потянулся к бокалу.

— Ради Шерни, — спокойно сказал он, отставляя в сторону вино, — что там за вопли за окном?

— Меня не хотели впускать, — с легкой улыбкой ответила девушка.

Комендант бросил на нее суровый с укоризной взгляд.

— Жди здесь, — буркнул он на выходе.

Она огляделась кругом. Все было точно так, как и несколько лет назад. Тогда ее прислали сюда из Армекта, чтобы она обучала громбелардских солдат владеть луком. В этом кабинете ей не раз приходилось выслушивать из уст Аргона, коменданта легиона в Громбе, суровые нотации. С возрастом она поняла его правоту и то, что тогда она была никудышным солдатом да неудачливым офицером.

Крики за окном стихли. Послышался спокойный суровый голос Аргона. Девушка улыбнулась, расстегнула пояс с мечом и стянула с себя плащ. В камине горел огонь, в комнате было жарко.

Хлопнула дверь.

— Хотел бы я знать, — с обычным для него спокойствием произнес комендант, — что все это значит?

Она вытянулась по стойке смирно:

— Так точно, господин!

Впервые в жизни она увидела, как дрогнули его губы в подобии улыбки.

2

Она задумчиво поглаживала ладонью бокал. В горах она уже успела отвыкнуть от подобных предметов.

— Странно, — повторил Аргон.

— Ради Шерни, — устало сказала девушка, — я-то что могу поделать? Стервятники много раз нападали на людей… — Она замолчала, прикусив губу.

— Меня удивляет не то, что они напали, а то, что захватили в плен. Ты же знаешь, что они так никогда не поступают. Как правило, они довольствуются… — Он поколебался, заметив морщинку у нее на лбу.

— …слепотой поверженного. — Она угрюмо завершила фразу. — Сейчас все иначе.

Аргон метался по кабинету, расхаживая туда-сюда.

— Почему я должен тебе верить?

Она нахмурилась:

— Это уже слишком! А зачем, во имя Шерни, мне лгать?

Молчание затягивалось.

— Стервятники лишили меня зрения, — пристально глядя на коменданта, сказала девушка. — Ты эту историю знаешь? Солдат из твоего гарнизона отдал мне свои глаза и жизнь, а величайший среди Посланников утратил свою силу, передав мне дар зрения. У меня остались долги, и вот уже несколько лет как я их исправно плачу.

Она смотрела ему прямо в глаза.

— Это был твой солдат, господин. И — насколько я знаю — добрый солдат. Так, может, мне только кажется, что и на тебе кое-что висит.

Аргон выдержал ее взгляд.

— Я здесь поставлен не для мести, — спокойно возразил он. — Это может себе позволить подсотник легиона, если ты понимаешь, о чем я говорю. Можешь лазать по горам и истреблять все, что летает. Я этого не одобряю. Это тебя зовут Царицей Гор? — спросил он с ноткой сарказма в голосе.

— Не я выдумала прозвище, — со злостью парировала девушка. — Наверняка тебе чаще приходилось слышать об Охотнице. Впрочем, хватит об этом, комендант. Довольно говорить о мести. Я пришла в надежде, что тебя волнует судьба пятерых зеленых мундиров Громбелардского Легиона. Если я ошиблась, жаль.

— Сядь, — приказал Аргон.

Комендант подошел к окну и открыл его. В комнату ворвался холодный воздух.

— Сядь, говорю. Еще раз, все по порядку.

Она набрала в грудь воздуха.

— Есть место недалеко отсюда, к востоку от Ладоры, которое называют Черным Лесом. Карликовый лес окаменевших деревьев. Деревья и скалы там действительно черные — легко понять, как появилось название, — это уже в легендах, как и то, откуда он взялся.

— Дальше.

— Недавно там обосновалась стая стервятников. Мне известно, что именно там удерживают твоих людей.

— Связанных, взаперти?

Она тяжелым взглядом посмотрела на коменданта:

— Человека, оказавшегося во власти стервятников, незачем вязать по ногам и рукам. Он просто подчиняется их воле. В Громбе есть люди, которым стервятники выклевали глаза. Прикажи найти кого-нибудь из них и порасспроси, как это происходит, если мне не веришь.

Аргон задумчиво потер лоб рукой:

— Я знаю, где это. Два дня пути — самое меньшее. Объясни-ка, что мой патруль мог делать в тех краях?

— Ты меня спрашиваешь, господин?

Он сверлил ее глазами, и ей снова почудилось недоверие во взгляде.

— Ну хорошо… Как я понимаю, у тебя есть какой-то план?

Она поднесла бокал ко рту.

— Послезавтра будет полнолуние. В день перед полной луной стервятники не летают. Это один из их странных обычаев.