Сердце не лжет - Маккарти Моника - Страница 37

Глава 12

Алекс видел, сходя с ума от страсти, как порозовели ее шеки. Как вырывается дыхание через полуоткрытые губы. Как выгнулась ее спина и приподнялись бедра.

Никогда Алекс не видел девушки прекраснее, чем Мег. Она была такой крошечной, нежной и необыкновенно женственной. В груди поднималась волна тепла, и Алекс понимал, что никогда не испытывал подобного. У него не было слов, соответствующих счастью этого момента.

Ему казалось, что он держит в руках драгоценный подарок. Страсть Мег была, как и все остальное в ней, открытой и честной.

Она была так близко, разгоряченная и страстно желающая удовлетворения, как и он сам. Алекс наклонился и коснулся языком ее напряженных сосков, вызывая новую волну желания, которая пронзила его уже и без того напряженную плоть. Его тело жаждало утоления страсти, но Алекс старался не думать об этом. Сейчас его главной заботой была Мег.

Его пальцы вновь скользнули во влажные глубины. Алексу хотелось вдохнуть ее женский запах, коснуться губами пылающей плоти, исследовать каждый дюйм тела этой очаровательной девушки.

Дыхание Мег стало прерывистым и быстрым, с губ срывались едва слышные стоны. Наслаждение пронзало ее сладкой болью, а тело таяло и стонало от еще не изведанного желания.

– Алекс…

В ее голосе слышались умоляющие нотки.

– Просто расслабься, дорогая. Я здесь.

Все ее тело замерло в неподвижности, и волна неизвестных ощущений накрыла ее с головой. Алексу хотелось продлить ее удовольствие, заставить ее запомнить это навсегда. Он коснулся ртом ее соска, горячего и влажного, продолжая ласкать рукой ее плоть.

Он почувствовал, как забилось его сердце, когда крик Мег эхом прозвучал в его ушах. Желание обладать ею было настолько велико, что Алекс ощутил готовность взорваться. Она хочет принять его. Кровь болезненными точками пульсировала в паху, тело замерло от неимоверного напряжения. Одно прикосновение, одно невинное касание ее руки, и он не справится с собой.

Алексу хотелось погрузиться в нее, слиться в мучительных и желанных объятиях, запутаться навсегда в вихре каштановых волос, захлебнуться прерывистым дыханием. Сделать ее своей.

Ни одна женщина не доводила его до такого состояния, не заставляла сгорать от опасных желаний. Это была не просто страсть, а что-то намного сильнее и глубже.

Дьявол немилосердно дразнил его, подгоняя взять то, что предлагалось с такой невинностью. Мег тоже хотела его, и Алекс знал, что может доставить ей удовольствие. Это будет так легко…

Мег открыла глаза. На лице девушки сияла очаровательная, хранившая накал пережитой страсти улыбка. Она смотрела на Алекса с таким изумлением и доверием, что у него что-то перевернулось в груди.

Но реальность постепенно вернула все на свои места.

Что он делает? Он едва не позволил себе забыть, что она девственница. Когда Мег остыла от страсти, Алекс заметил, как к ней возвращается понимание действительности. Во взгляде появились осторожность, неуверенность. Он почувствовал, как она почти незаметно отодвинулась от него.

Все происходящее – безрассудство, всепоглощающий порыв. Мег была потрясена увиденным во время боя. Алекс понимал, насколько она сейчас уязвима, и не должен был трогать се в таком состоянии. Но ее поцелуй вызвал в нем такой огонь, как поднесенная к сухой листве спичка. Его охватило желание обладать ею, но при этом в глубине души Алекс понимал, что это сейчас неправильно. Неужели сейчас, после боя, наспех, на грязных листьях, она потеряет свою невинность? Здесь должна быть постель из лепестков роз. Она заслуживала намного большего, чем мог предложить Алекс. Элементарный разум требовал, чтобы он остановился, остыл.

Взяв себя в руки, Алекс лег на землю рядом с Мег и слепо уставился в зеленую крону деревьев. Все тело было страшно напряжено и ныло от неутоленной страсти. Он вздрогнул, когда Мег дотронулась до его руки.

– Алекс, все в порядке? Я сделала что-то не так?

В ее голосе он услышал неуверенность.

– Все хорошо, – резко ответил он, боясь смотреть на нее.

– Но я вижу, ты переживаешь. Ребра болят? Почему ты ничего не сказал? – тревожно воскликнула Мег, положив ему руки на грудь, намереваясь успокоить его боль. Но ее прикосновение только обострило болезненные ощущения там, где действительно болело.

Алекс сел, убрав ее руки со своей груди.

– Это не ребра, – сказал он сквозь зубы. – Подожди минутку.

Их взгляды встретились, и Алекс увидел, что Мег поняла происходящее.

– Почему ты остановился? Я… я знаю, что должно было произойти.

Вряд ли Алекс когда-нибудь забудет сегодняшний день. Его тело не позволит ему забыть, что случилось здесь сегодня.

– Да, но не здесь и не так. – Он убрал ей за ухо локон, упавший на лицо. – Это было бы неправильно. – Алекс встал, собираясь готовиться к возвращению во дворец. Мег одернула платье и тоже встала, опираясь на его руку.

– Спасибо, Алекс.

– За что?

– За все, что ты сделал сегодня. За то, что убил этих негодяев. За то, что поступил так благородно.

Алекс почувствовал тревогу. В ее голосе прозвучало нечто большее, чем простое восхищение. Возможно, сегодня он сделал что-то не так. Но что именно? Конечно, такая, как Мег, не отдаст себя столь легко независимо от того, какой бы силы страсть ни захватила ее, пока не… Алекс не мог думать об этом. Он даже не станет рассматривать для себя возможность стать ее мужем, несмотря на охватившее его ощущение счастья. Он не подходит ей, и настало время прямо сказать об этом.

– Я не тот, каким ты меня представляешь, Мег.

– Если ты не мужественный воин, превосходный стратег и благородный человек, тогда кто ты, Алекс? Это имеет какое-то отношение к Макгрегорам? Томас сказал правду? Ты все эти годы провел с Макгрегорами?

– Не будем говорить об этом, Мег.

– Ты все еще не доверяешь мне, – грустно заметила Мег. – Поэтому ты остановился? – В ее голосе звучала боль, но Алекс заставил себя не обращать на это внимание.

Доверял ли он ей? Алекс не знал. В какой-то миг ему показалось, что он доверяет Мег. В конце концов, она была из горной Шотландии, даже ее отец был вовлечен в план брата. Но что-то удерживало Алекса. Ее прагматичный подход к политике в отношении к горной Шотландии, особенно в отношении короля Якова к Макгрегорам, разозлил его. Она была не права. Они не могли стоять и смотреть, как разрушают их жизнь. Надо было бороться, практично это или нет. Как она отнесется к тому, что он поднимет меч против людей короля?

Его беспокоило кое-что еще. Ее близкие отношения с Кемпбеллами. Джейми Кемпбелл и его кузен Аргайлл были тесно связаны с королем. Можно ли верить, что она ничего не скажет друзьям? Можно, но только не тогда, когда на карту поставлено слишком многое.

– Доверие не имеет к этому никакого отношения, – отрубил Алекс. – Я остановился, потому что невинность – подарок для твоего мужа в брачную ночь.

Этот подарок не принадлежит ему, и здесь ничего не зависит от его желания. Алекс услышал глубокий вздох Мег. Хотелось успокоить ее, но он сдержался. Ему показалось, что в уголках ее глаз блеснули слезы. У него сжалось сердце, но он молчал. Так лучше. Никаких иллюзий в отношении будущего.

Подарок для мужа. Слова Алекса эхом отдавались в ее ушах.

Мег чувствовала неловкость. Смысл сказанного был понятен. Алекс не собирался занять это место, чтобы в будущем быть рядом с ней. После всего, что произошло между ними сегодня, его слова причинили острую боль. Мег знала, что он неравнодушен к ней, что он хочет ее. Что его удерживает? Она смотрела на него, пытаясь увидеть хоть какой-то знак, который ослабил бы боль от его слов. Она не знала, зачем ей это, но чувствовала, что это жизненно необходимо и что ей никогда в жизни не хотелось ничего сильнее. Но Алекс упорно молчал.

Ну что ж, это реальность. Он не хочет жениться на ней.

И именно в этот горький момент Мег услышала голос своего сердца. Услышала так отчетливо, что даже удивилась, что не услышала его раньше. Она любит Алекса.