Сердце не лжет - Маккарти Моника - Страница 9

– Я как раз рассказывала этому милому мальчику о нашем злоключении по дороге сюда, – весело прервала Алекса ее мать, как будто речь шла о пикнике.

Только ее мать могла назвать мужчину ростом более шести футов и примерно тридцати лет от роду милым мальчиком и думать о нем именно так.

– Но разве он не говорил тебе? – Мег невинно улыбнулась, переводя взгляд на Алекса. – Лорд Маклауд знает все подробности нападения.

– Разве? – На этот раз удивление ее матери было искренним. Мег могла поклясться, что видела, как дернулся мускул на щеке Алекса. Как подтверждение его обмана, возможно?

– Вчера вечером я ему все рассказала, – ответила Мег матери.

Взгляд Алекса стал пристальным, словно Мег удивила его. Она могла бы смутить его еще больше, но не собиралась делиться своими мыслями с матерью.

– А лэрд сказал тебе, что он воин?

Забавно, отметила Мег. Из матери получился бы великолепный сыщик.

– Мы могли бы использовать таких людей в большом количестве для охраны своих дорог на Скае, особенно рядом с Данкином, правда, Мег?

Мег пробормотала что-то, пытаясь скрыть свое внезапное замешательство. Ее мать никогда не отличалась особой хитростью. Как, впрочем, и сама Мег.

– Прекрасный вечер для танцев, – нисколько не растерявшись, продолжала Розалинд.

– Не хотите ли потанцевать? – предложил ей Алекс.

Мег едва удержалась, чтобы не рассмеяться. Юмор был неожиданным, но вполне уместным. Мег улыбнулась Алексу. Их взгляды, полные взаимопонимания, встретились. И все-таки что-то здесь было не так.

– Я? – Розалинд, ничего не замечая, весело рассмеялась и снова игриво хлопнула Алекса веером, как капризного ученика. – Вы ужасный задира. Я уже слишком стара для танцев, но… – Она посмотрела на Мег.

На этот раз Алекс не стал притворяться, что не понимает.

– Госпожа Маккиннон, может быть, вы окажете мне честь?

Мег колебалась, что-то заставляло ее тянуть время. Точно так же, как вчера вечером, когда он стоял так близко, что она ощущала его запах. Всякий раз, когда она находилась рядом с ним, она чувствовала, что нервы ее напряжены до предела. Словно в ожидании. В предвкушении. Вот только чего, она не знала. И ей совсем не нравилось это.

С другой стороны, мать уже наверняка мысленно составляла список гостей для помолвки и выбирала цвет свадебного платья Мег. Скорее всего, если Мег постоит здесь еще немного, Розалинд может спросить у Алекса, какой цвет ему больше нравится. Поэтому танец – единственное средство избежать еще более неловкой ситуации.

Один танец, кому это может навредить?

Согласно кивнув, Мег позволила Алексу вести ее танцевать рил. Она взяла его под руку и почему-то сразу захотела высвободить свою руку. Кончики пальцев ощутили рельеф мышц. Боже, какой он сильный. И крепкий, как скала. Сердце взволнованно стучало в груди.

Алекс положил ей руку на спину, и Мег ощутила приятное тепло от этого прикосновения. Она вздрогнула от неожиданности. Ее встревожила реакция собственного тела. Что с ней происходит? Она танцевала со многими мужчинами, но никогда не реагировала так на каждое прикосновение, на каждое движение, как сейчас. Алекс Маклауд был опасен. В ее голове проносились такие мысли, которым прежде там никогда не было места. Просыпались интимные желания, которые, как думала Мег, уже давно были забыты.

Они встали в круг с другой парой, и танец начался. Каждый раз, когда они сходились вместе и брались за руки или когда Алекс крепко держал ее за талию, Мег чувствовала жар от этих прикосновений. Она изо всех сил старалась думать о танцевальных шагах, а тепло его рук вызывало странное покалывание во всем теле.

Сейчас у нее появилась возможность рассмотреть его получше, и Мег украдкой взглянула из-под ресниц. Сеточка мелких морщин, тонкие шрамы на носу и щеках. Метки опасной жизни воина. Ямочка на подбородке и прямоугольная челюсть придавали ему жесткий и неприступный вид. Но длинные и пушистые ресницы вместе с чувственным ртом смягчали суровое лицо. Сейчас оно, как всегда, было непроницаемым. Интересно, о чем он думает? Чувствует ли ее реакцию на свои прикосновения?

Мег закусила губу. Ей хотелось надеяться, что нет. В отличие от Алекса она не умела скрывать свои мысли. Чем скорее закончится этот танец; тем лучше.

Этот танец был ошибкой.

Весь вечер он успешно избегал Мег, до тех пор пока в него мертвой хваткой не вцепилась Розалинд Маккиннон. У этой женщины можно было поучиться настойчивости.

Алекс чувствовал взгляд Мег во время танца. Она была похожа на любопытного маленького котенка. Большие зеленые глаза, милое личико… Всякий раз, когда Алекс смотрел на нее, внутри у него что-то переворачивалось.

Прикасаться к ней было пыткой. Он никогда не думал, как много значат прикосновения в танце. Каждый раз, когда он брал ее крошечные ладошки или клал руку на талию, ему не хотелось отпускать ее. Тонкая талия легко умещалась в его ладонях. Ему хотелось исследовать, каждый дюйм ее тела, скользнуть рукой по груди, бедрам, чтобы ощутить их девичий восхитительный изгиб. Несмотря на хрупкую фигуру, ощущение от соприкосновения с ее бедрами обещало много сладостных минут.

Вид белых зубов, впившихся в пухлую нижнюю губу, вызвал в Алексе прилив страсти, разошедшийся волной по всему телу. В паху почувствовалось болезненное напряжение. Желание, охватившее его при встрече в лесу, теперь разрасталось, словно огромный огненный шар. Ему ужасно хотелось сжать Мег в своих объятиях и почувствовать ее тело рядом со своим. Всякий раз, когда он прикасался к ней в танце, ему казалось, что его тело пронзают тысячи невидимых маленьких стрел и воздух потрескивает от напряжения. Ведь так просто наклониться и прижаться к ее губам, раздвинуть их и проникнуть в заветные глубины…

Проклятие. Его пылающая плоть требовала близости. Алекс постарался отвлечься, переключив свое внимание на позолоченную стену за спиной Мег.

Музыка зазвучала тише, давая возможность поговорить. Но Алекс не был уверен, что хочет этого.

– Вам не о чем беспокоиться, – нарушила молчание Мег, – я сохраню ваш секрет.

– Какой секрет? – Алекс с осторожностью посмотрел на нее. Что она имеет в виду? Что своими губами он жаждет прикоснуться к каждому дюйму ее тела? Что хочет заставить ее сгорать от дикой страсти, которую она прячет за серьезной внешностью, и услышать, как она выкрикнет его имя, забившись в его объятиях от восторга и наслаждения?

– Я знаю, что это вы спасли нас.

Так вот она о чем. С одной стороны, Алексу нравилась ее уверенность, если не упорство. Уголки рта поднялись в полуулыбке.

– Вижу, вы унаследовали упорство от своей матери.

Мег выглядела удивленной, словно никогда раньше не признавала сходства с матерью. Недоверчивая улыбка озарила ее лицо, стирая все следы напряженности и беспокойства, которые постоянно присутствовали в ней.

Вот так она должна выглядеть всегда, подумал Алекс. Какую бы ношу она ни несла, а он был уверен, что на ее хрупкие плечи было взвалено немало, она ко всему относилась с не свойственной ее возрасту серьезностью. Наблюдая за ней, Алекс размышлял: что заставляет Мег быть такой серьезной? Она молода и очаровательна и должна веселиться. Ее поведение отличалось зрелостью, которая обычно не свойственна молодой девушке. «Впрочем, это не мое дело», – напомнил себе он.

– Спасибо, – поблагодарила его Мег за сравнение с матерью, хотя понимала, что речь шла не о комплименте. – Но это не ответ, – напомнила она.

– А разве был вопрос?

– Он подразумевался. – Мег с укоризной посмотрела на него. – Но если вы настаиваете, я его сформулирую иначе: это вы спасли наши жизни?

– Похоже, что вы думаете именно так.

– Я знаю это.

– Откуда такая уверенность?

– Вряд ли я забуду человека, спасшего мне жизнь.

Алекс улыбнулся, видя ее возмущенное лицо.

– Как бы мне ни хотелось приписать себе этот подвиг, я не смогу это сделать. Если этот человек так похож на меня, как вы утверждаете, то это, должно быть, мой брат.