Там, на неведомых тропинках - Греков Юрий Федорович - Страница 41

— Работы много. То и дело метеориты падают. Опять же — люди ракеты посылают. Кто за ними присмотрит? Научная ведь ценность.

Что-то мелькнуло и с треском грохнулось у ног Мюнхгаузена, взметнув облачко желтой пыли.

— Вот видите, — покачал головой Мюнхгаузен, — я же говорил — метеориты.

Буратино подобрал осколок, придирчиво осмотрел и спросил:

— А можно я его возьму на память?

— Бери, их тут вон сколько, — разрешил Мюнхгаузен.

— Вот именно, — вмешался Хоттабыч, — много. Вот уж сколько тысяч лет я живу на свете — все время на Луну падают метеориты. И ничего — не рассыпалась.

Кот лениво потянулся и добавил:

— И надо полагать, уважаемый барон, во время вашего отсутствия с ней тоже ничего не случится.

— С кем — с ней? — спросил зазевавшийся Буратино.

— С Луной, с кем еще? — отозвался Кот, и в это мгновение неподалеку снова грохнулся метеорит.

— Ого, какой большой! — удивился Буратино и сказал Коту: — Пошли, посмотрим?

— Пошли, — согласился Кот.

Назад они возвратились бегом, вдвоем неся какой-то длинный предмет.

Хоттабыч посмотрел на Мюнхгаузена:

— М-да, занятно. Вам приходилось видеть такие странные метеориты, уважаемый барон?

— Никогда! — решительно отвечал Мюнхгаузен. — Но нечто подобное я видел когда-то у моего друга — капитана Колумба, ну, того, что Америку открыл. Так вот, в такой штуке он держал все важные бумаги.

— Точно! И я такую видал у Карабаса Барабаса! — вмешался Буратино.

— Так вы хотите сказать, что к нам попала обыкновенная шкатулка?

— Именно шкатулка. Но, видимо, не совсем обыкновенная, — заметил Мюнхгаузен.

— Летающие шкатулки! Ну и чудеса, — фыркнул Кот.

— А что гадать? — решительно сказал Мюнхгаузен. — Давайте попробуем ее открыть.

— Ну что ж, давайте, — согласился Хоттабыч.

Зучок с Мурашкой переглянулись — откроют или не откроют?

Открыть шкатулку оказалось проще простого — нужно было только отвернуть крышку. Мюнхгаузен запустил руку внутрь:

— Э, да тут действительно что-то есть. Кот нетерпеливо мурлыкнул:

— Не тяните, барон, доставайте поскорей. Мюнхгаузен вытащил свернутый лист бумаги. Все сгрудились вокруг.

— Позвольте-ка, дорогой барон. — Хоттабыч взял свиток и, развернув, медленно прочитал вслух: «Спешите на помощь! Спешите на помощь! Те, кому в руки попадет это письмо, знайте, что страшная опасность нависла над страной... — Тут Хоттабыч закашлялся, и Зучок с Мурашкой не разобрали, как называется страна, над которой нависла страшная опасность. Хоттабыч откашлялся, извинился и продолжал: — Враги захватили власть. Они ловят солнечные лучи, чтобы в стране стало темно, как в подземелье. Они казнят всех, кто сопротивляется. Нас остается все меньше. На помощь!»

— Летим! Чего ждать? — закричал Буратино.

— И немедленно! — подхватил Кот, притопнув сапогом.

— Времени терять нельзя, — кивнул Хоттабыч и спросил: — Барон, вы с нами?

— Вперед! — Мюнхгаузен выдернул из ножен шпагу.

Н все гурьбой заспешили к ракете, стоявшей неподалеку. Еще мгновение, и ракета рванулась ввысь. Экран посветлел, и телевизор сказал:

Дорогие ребята, продолжение я покажу завтра утром. А сейчас — спокойной ночи и помните — завтра утром!

— Ну и хитрый же этот телевизор! — огорченно сказал Мурашка и догадался: — Это его дядя Жук подговорил!

— Что подговорил? — удивился Зучок.

— Не понимаешь? — победно спросил Мурашка. — Ну, во-первых, чтоб он не показывал допоздна, а значит, чтоб мы легли спать не поздно. А во-вторых, чтоб продолжение показал утром — и значит, чтоб мы пораньше встали!

Зучок подумал и согласился — конечно, это папа с телевизором специально уговорился, тот разве сам додумался бы? Да и не все ли равно телевизору, когда они спать лягут и когда встанут?

— Хитро придумано, — не унимался Мурашка. — Ну и ладно, завтра досмотрим, велика беда!

— Интересно, а куда они на ракете полетели? Как ты думаешь, Мурашка?

— Как куда? На помощь же этим, как их...

— Значит, ты тоже не расслышал, как та страна называется, — с сожалением сказал Зучок и добавил: — Вот бы нам с ними!

— Эге, мы бы показали этим самым, ну, врагам! — подскочил Мурашка. — Вот, помню, тогда, в Волшебном лесу...

А Зучок в который раз подумал — вот ведь как повезло Мурашке...

«Ку-ку... ку-ку...» — донеслось издалека. Зучок, не открывая глаз, принялся считать. Ого, уже девять часов — и вправду пора вставать. Зучок поворочался еще немного — но сон уже уплел. Делать нечего — надо вставать. Он приподнялся — как там Мурашка? «Спит», — с некоторой завистью подумал Зучок. Мурашка, устроившийся на кушетке, так сладко посапывал, что не грех было и позавидовать.

Вчера они улеглись поздно. Ну, во-первых, некому было на часы поглядывать и строго говорить: «Пора спать, мальчишки!» Ну, а во-вторых, и в-третьих, и вообще — кто бы уснул спокойно, как будто ничего не случилось, когда случилось так много, и всего за один день! Утром еще были в гостях у дедушки Ротрима, потом на ковре-самолете первый раз в жизни летали и, наконец, целый вечер удивительные приключения по телевизору смотрели. Как уснешь, пока обо всем этом не поговоришь?

Зучок повернулся на бок, раздумывая — вставать или еще поваляться? И тут его словно подбросило, он хлопнул себя по лбу и спрыгнул с кровати. «Хороши же мы, сони!» — подумал Зучок и, подскочив, к кушетке, затормошил Мурашку:

— Вставай!

— А? Что? — всполошился спросонья Мурашка.

Но Зучок уже стоял у телевизора и нажимал на кнопки. Мурашка сразу вспомнил, и сон слетел с него в один миг. Телевизор как будто ждал и, едва Зучок включил его, заговорил сразу и громко. Но то, что он сказал, было настолько неожиданно, что друзья переглянулись: не ослышались ли они? Но телевизор снова громко и раздельно повторил: «Внимание! Внимание! Показать продолжение не могу. Связь с ракетой пропала. Судьба путешественников неизвестна».

— Вот это да! — встревоженно сказал Мурашка. — Что же с ними могло приключиться?

— Ума не приложу, — отозвался Зучок и, подумав, предложил: — Телевизор выключать не будем. Вдруг какое-нибудь известие пропустим.

— Верно, — согласился Мурашка.

Они просидели перед молчащим телевизором до обеда. И даже когда Зучок накрыл на стол, они наскоро перекусили, больше глядя в сторону телевизора, чем в свою тарелку.

— Толку не будет, — наконец решительно объявил Мурашка, — чего зря сидеть?

— Подождем еще немного, — предложил Зучок, — на всякий случай.

— Ладно, — нехотя согласился Мурашка.

Но ждать долго не пришлось. Через несколько минут телевизор откашлялся и сказал:

— Никаких сообщений нет. И сегодня не будет.

— Ну — что я говорил? — Мурашка с упреком посмотрел на Зучка. — Целый день зря потеряли.

— Ну, не целый день, — примирительно сказал Зучок, — да и откуда нам знать было, что так получится?

— Верно, конечно. — Мурашка досадливо поморщился. — Ну ладно, а сейчас что делать будем?

И тут в дверь постучали. Мальчишки переглянулись — кто бы это? Стук повторился, и Мурашка, привстав, громко сказал:

— Войдите!

Дверь распахнулась, мальчишки радостно ахнули — на пороге стоял... Старый Гном!

— Здравствуйте, дедушка! — первым опомнился Зучок, и Мурашка подхватил: — Здравствуйте!

— Добрый день, ребятки! Небось не ждали деда в гости? — Дедушка Ротрим шагнул через порог, огляделся, спросил Зучка: — А папа где, мама?

— А их нет! — ввязался Мурашка. — Они, дедушка, уехали!

— Вот как?

— Ага, — сказал Зучок. — В Дом отдыха.

— Жаль, — огорчился Старый Гном, — давно мы с ними не видались. Ну да ладно. Я ведь, собственно, с вами хотел поговорить.

Зучок и Мурашка навострили уши. Но Старый Гном не торопился. Он лукаво прищурился:

— А что же это вы о Килиме не спрашиваете? Зучок смутился, но Мурашка тут же нашелся:

— А мы как раз собирались спросить!

— Килим — молодец! — сказал Старый Гном. — Настоящий ковер-самолет. Хоть на край света лететь можно.