Трон Торна - Воронин Дмитрий Анатольевич - Страница 53

— Это отличная мысль, дорогой барон, — обрадовался Рон. — Вы правы, помощь лесничих, хорошо знающих округу, может оказаться весьма полезной. Я буду признателен, если рекомендательное письмо к…

— Простите, сэр Сейшел, но я имел в виду отнюдь не письмо. Признаться, я столь же не великий мастер писать, сколь и красиво говорить. Поэтому я сочту своим долгом лично сопроводить вас в те края и высказать барону де Тарфаксу то, что вы желали бы видеть написанным на пергаменте.

Рон бросил взгляд на своих спутников. Айрин, похоже, была совсем не прочь принять барона в число спутников, пусть и на небольшой отрезок пути. Ильтар, напротив, был явно не в духе, хотя причиной этому, видимо, были воспоминания о наложенных на него чарах. Принимая участие в разного рода авантюрах, эльф не мог не понимать, что спутник, ловкий в обращении с оружием, да еще и имеющий за своей спиной десяток лихих рубак (а кто сомневается в том, что барон возьмет в дорогу кого-то из своих молодцов?), никак не будет лишним в случае драки. Рону же барон понравился с самого начала. Поэтому он улыбнулся и кивнул.

— Мы рады будем вашему обществу, барон, и примите мою искреннюю благодарность за вашу помощь. Завтра на рассвете мы отправляемся. А сейчас прошу простить, но мне кажется, Айрин необходимо отдохнуть, да и все мы нуждаемся в паре часов хорошего сна…

Глава 11

Тарсис. Разные пути, разные времена

Сумрак ласково обтекал его, скрывая под своим серьщ быстро темнеющим покровом. Густо растущие деревья представляли почти идеальную маскировку, и, будь там, на берегу, сотня настороженных воинов, вряд ли хоть один из них сумел бы заметить Тарсиса.

Трудно заметить вампира, когда ему хочется спрятаться.

Особенно если смотреть только себе под ноги.

Толстая ветка, прогнувшись под тяжестью его тела, все же держалась. Тарсис иногда искренне жалел, что, превращаясь в летучую мышь, он не может превратиться в ма-а-аленькую мышь — только в здоровенную, по всем законам природы не способную даже на жалкое подобие полета. Впрочем, говорят, и великие драконы были слишком крупными, чтобы летать. А ведь летали же…

Конечно, Тарсис и не думал сравнивать себя с кем-то из великих. Просто в полете нетопыря, весящего столько же, сколько он весит в своем человеческом обличье, было больше магии, чем силы крыльев и упругости перепонок. Его это не особо заботило — какая разница, как ему удается держаться в воздухе по нескольку часов, главное, что удается. Поэтому сейчас, повиснув на ветке, почти у самой кроны дерева, он не стал возвращать себе обличье человека — нет смысла, если ветка не выдержит его в этом теле, не выдержит и в другом.

К тому же сейчас, во тьме, он видел куда лучше, чем глазами человека. А тьма подступала к необычному замку, стоявшему на крошечном островке посреди озера.

Замок был тих, но Тарсис знал, что обитатели его не покинули. Его чуткий нос улавливал запах дыма, а то, что наружу не пробивается свет, еще ничего не значило. Может быть, в каких-то покоях замка просто нет окон, а может, плотные ставни не дают выбраться даже самому слабому лучику.

Вампир терпеливо ждал.

— Тарсис, иди сюда.

Спокойный, как всегда, голос хозяина оторвал вампира от сладких воспоминаний о милой девочке, составившей его вчерашний ужин. Вампир был сыт и расслаблен, это блаженное состояние продлится еще день, а то и два, потом ему необходимо будет найти себе еще одну жертву. Точнее, напомнить об этом хозяину — Тарсис был предан своему господину всей душой — еще бы; впервые за долгие столетия он не обеспокоен поиском пищи. Такая жизнь, сочетающая отсутствие заботы о пропитании с необременительными обязанностями, ему нравилась все больше и больше.

Он подошел, почти подбежал к господину. Магистр Берг сидел за столом, разглядывая большой, размером с голову ребенка, янтарный шар. Судя по размерам, цена шара была умопомрачительной, хотя Тарсис и не особенно разбирался в камнях вообще, и в янтаре в частности.

— Слушаю вас, мой господин.

— Вчера днем, перед самой битвой… ты что-то заметил, не так ли.

Магистр не спрашивал, он просто констатировал факт. Но Тарсис счел нужным подтвердить.

— Да, господин. Я не очень сведущ в магии, но мне показалось, что кто-то пытался за вами следить. Через хрустальный шар.

— Да, именно так. — Черными провалами глаз Магистр уставился на Тарсиса. Вампир, в жизни мало чего боявшийся, почувствовал, как каждую частичку его тела пронзает животный страх. Ему вдруг неудержимо захотелось съежиться, а заодно и куда-нибудь спрятаться.

Ты успел разглядеть тех, кто следил за мной?

А вот это был вопрос, и отвечать на него следовало быстро и по существу. Вампир точно знал, что злить магов нельзя, а злить его хозяина было вообще смертельно опасно.

— Да, господин. Женщина, лет двадцати с небольшим, Рыжая, пухлые губы, большие глаза. Черты лица правильные. Красавицей не назовешь, но мила. На вкус человека, конечно. Мужчина. Лица видно не было, он стоял в стороне. Крупный, это все, что можно сказать. Третьего я разглядел плохо. Возможно, тоже мужчина. Человек… или эльф.

— Не гном? — тихо спросил Берг.

— Нет, господин, — уверенно ответил Тарсис — Он был почти одного роста с тем, вторым. И оба они были много выше женщины. Если только она не карлица, то эти двое — не гномы.

— Вот как… хорошо. Едем!

— Куда, господин? — спросил Тарсис и тут же об этом пожалел. Глаза Берга грозно сверкнули, в голосе, всегда спокойном, теперь сквозил лед. Смертельно холодный лед.

— Туда, куда мне нужно. Это понятно?

— Да, да, господин.

Повинуясь движению указательного пальца Магистра, Тарсис бережно, даже нежно взял со стола янтарный шар, уложил его в явно для этих целей предназначенную сумку и затрусил вслед за хозяином. Похоже, магистр заранее собирался куда-то ехать, поскольку лошади, уже оседланные, ждали у шатра. Ленивая, меланхоличная кобыла, которой было поручено таскать на себе Тарсиса, как всегда, возмущенно фыркнула, ощутив приближение вампира, но на этом ее попытки сопротивления закончились. Кобыла эта, с неблагозвучным именем Мымра, отличалась завидным равнодушием ко всему окружающему и фыркала больше для порядка. Конь Магистра, красавец, один из лучших на конюшне герцогини Блед, поначалу тоже пытался выражать возмущение своим седоком, но Магистр умел быстро находить общий язык с кем угодно. Конь это понял. У зверей инстинкт самосохранения развит отлично.

Скачка оказалась не слишком долгой. Вампир был этому только рад — скаковая лошадь из Мымры была никудышная, да и из него всадник примерно такой же. Куда они едут, Тарсис догадался быстро — холм, тот самый, на котором они стояли перед битвой, тот самый, где хозяин почувствовал слежку.

Магистр осадил коня на вершине холма и спрыгнул на землю. Тарсис с удовольствием покинул седло, с грустью сознавая, что неуязвимость вампиров как-то не особенно очетается с растертой задницей и ляжками. Пройти-то оно, конечно, пройдет, но сейчас побаливает очень даже ощутимо.

— Шар! — коротко приказал Берг.

Большой камень словно специально кем-то установлен был здесь, но его сужающаяся верхушка не вполне подходила Магистру в качестве постамента для янтарного шара. Палец, обтянутый кожаной перчаткой, вытянулся вперед, губы прошептали нужные слова… камень дрогнул. Лезвие невидимого меча полоснуло по граниту, взвилась вверх каменная крошка… и вот уже верхушка камня срезана, гладко, как будто незримый клинок прошел не сквозь неподатливый камень, а сквозь масло.

Магистр поставил шар на подготовленный постамент и сосредоточился. Следовало бы сделать это вчера, следовало бы… но вчера одолевали другие заботы, к тому же здесь было слишком много людей. А ему необходима полная сосредоточенность — отследить путь, по которому прошел глаз хрустального шара, непросто, этот путь быстро тает, не оставляя за собой никаких следов. Но время еще есть.