Искатель Смерти - Грин Саймон - Страница 118

Лицо Финлэя вспыхнуло, и он непроизвольно потянулся к оружию, но вовремя одернул себя. Они имели полное право задавать такой вопрос. Если они и знали Финлэя Кэмпбелла, то только как избалованного щеголя и бездельника. Изорванная и окровавленная одежда была недостаточным аргументом. Вместе с тем ему не очень хотелось раскрывать секреты каждому встречному, и прежде чем ответить, он задумался. Он мог сказать, что владеет несколькими языками и знает, какой вилкой есть рыбу, но здесь этого явно бы не оценили.

— Я опытный боец, — наконец признался он. — Сражаюсь любым оружием, с любым противником. Могу доказать, что я лучше всех тех, кого вам приходилось видеть в деле.

Все три Стиви испытующе взглянули на него, но, поняв, что он сказал полную правду, улыбнулись. Гуд удовлетворенно цокнул языком.

— У тебя будет возможность доказать это, Кэмпбелл. И даже скорее, чем ты думаешь.

— Скажи, а что у тебя с лицом? — не выдержал Финлэй. — Порезался во время бритья?

Гуд отвернулся, не удостоив Финлэя ответом. Но все три Стиви улыбнулись. Гуд остановился возле Еванжелин и без всяких извинений вмещался в разговор с экстрасенсами:

— Кэмпбелл принесет в подполье проблемы. Он — смертельный враг Валентина Вольфа. Не хватало нам в подполье докатиться до феодальной междоусобицы. Особенно в такое ответственное время. Его надо отослать обратно!

— Он обратился к нам в трудную минуту, — возразил водопад. — Точно так же, как и ты в свое время. К тому же он пришел с открытым лицом и не скрыл своего подлинного имени. Почему мы должны отказывать ему в помощи, если не отказали тебе? На него ополчился весь верхний мир, к нам тоже все относятся враждебно. Так же как и нам, ему угрожают смертью. Подполье принимает его. С одной оговоркой. Ты должен проявить себя, Кэмпбелл, и тогда ты станешь полноправным членом нашей организации. Если ты проявишь малодушие или предашь нас, мы убьем тебя.

— Я готов к испытанию, — сказал Финлэй. — Мой меч принадлежит вам.

Огромный кабан качнул головой, громко хрюкнул, а потом развернулся в сторону Гуда:

— Ты сказал, что хочешь обсудить с нами важное дело. Говори, мы слушаем.

— В его присутствии? — Гуд презрительно показал на Финлэя. — Я протестую.

— Он теперь принадлежит к нашей организации. Доверяй ему, так же как мы доверяли тебе. Говори!

— Что же, хорошо. Мы давно обсуждаем пути освобождения наших соратников — клонов и экстрасенсов из тюрем, где они ждут исполнения смертного приговора за участие в восстании. Большинство из них томится в бункере №9, известном под названием «Логово Большого Червя». Это тюрьма особо строгого режима, с дюжиной блокираторов биополя и целой армией охранников. До сих пор она считалась непроницаемой и для наших агентов. Мы не меньше десяти раз планировали взять ее штурмом, но каждый раз откладывали акцию. Нас останавливали огромные возможные потери. Но сейчас я получил информацию, которая коренным образом меняет дело. В тюрьме устанавливается новая система безопасности, и сегодня вечером все две тысячи охранников будут заменены. На какое-то короткое время в тюрьме будет царить полный хаос, туда получат доступ множество техников для демонтажа старого оборудования и установки нового. Я считаю, это идеальный момент для того, чтобы напасть на «Логово Большого Червя» и освободить наших товарищей. Но если мы хотим использовать эту возможность, надо двигаться туда прямо сейчас. Власти знают, насколько уязвимой будет тюрьма сегодня вечером, и проводят замену оборудования в спешном порядке. Я лишь случайно узнал об этом. Я уже связался со многими членами нашей организации и заручился их согласием, но решение о штурме тюрьмы не может быть принято без вашего одобрения. Я призываю вас сделать это. Лучшей возможности, чем сегодня, не будет.

Предводители экстрасенсов переглянулись и, хотя они не проронили ни слова, Финлэй понял, что начался телепатический обмен мнениями. Он приблизился к Еванжелин и склонил голову к ее уху:

— Объясни мне, Эви. Тюрьма особо строгого режима для клонов и экстрасенсов? Почему я ничего не знал о ней раньше?

— О ней знают очень немногие. Империя не любит признавать неудач в опытах по изменению натуры экстрасенсов. Большинство экстрасенсов, которым хотят сломить волю, погибают, но опыты продолжаются. Кроме обычных методов психиатрического воздействия и контроля, сейчас применяются механические и химические имплантанты, однако они не столько меняют характер, сколько загоняют в могилу. А спрос на клонов и экстрасенсов продолжает расти. Мы приносим слишком много пользы. Большинство неудачников содержатся в обычных тюрьмах до тех пор, пока от них не удается избавиться. Обращаться в суд для экстрасенсов бесполезно. Клоны и экстрасенсы — это имущество, а не люди.

Бункер №9 — это место, куда сажают самых упрямых, тех, кто не желает подчиняться. Кто не выполняет приказы или обдумывает действия. И, разумеется, тех, кто замечен или хотя бы заподозрен в связях с подпольем. Официально бункер №9 не существует, что означает, что там может твориться любой произвол. В заключенных видят просто тела, пригодные для различных экспериментов. Империя заинтересована в улучшении своей породы, так же как и в поиске новых возможностей для контроля и управления стадом. Речь идет о методах интенсивного психологического воздействия, генетическом вмешательстве и всех видах психического и морального истязания. Что-то приносит плоды, что-то оканчивается неудачей, но недостатка в новых «теплых телах» нет. Иногда, прикрываясь интересами научного поиска, Империя вызывает страшные мутации в организмах заключенных. В бункере №9 есть подлинные монстры.

— А кто такой Большой Червь?

— Это начальник бункера №9. Когда-то он, наверное, был нормальным человеком. Теперь это какое-то другое существо, хотя человеческая природа иногда проявляется в нем — в зависимости от того, с кем он разговаривает. В свое время его искусственным образом наделили телепатическими способностями, причем гораздо более мошны-ми, чем у естественных экстрасенсов. Он превратил тюрьму в ад и живет в ней, как в своем логове. Унижение и пытки заключенных доставляют ему наслаждение. В основном из-за него из бункера №9 никто не выходил живым.

Финлэй медленно покачал головой:

— Я никогда не слышал об этом.

— Откуда тебе было знать? Под рукой у вас всегда было достаточно клонов и экстрасенсов, поэтому вы никогда не интересовались, как ломают их волю. Ведь ты никогда не спрашивал, что происходит с тем «мусором», который вы выбрасываете из своих домов?

— Хорошо, хорошо! Я приношу свои извинения. Я о многом прежде не спрашивал, но я делаю это сейчас. Скажи, а раньше были попытки проникнуть в эту тюрьму?

— Не знаю. Во всяком случае, живых свидетелей нет. В бункере №9 установлена уникальная система безопасности. Раньше мы даже не надеялись обойти ее, но сейчас, по-видимому, настал долгожданный момент, о котором мы мечтали. Среди подпольщиков есть много таких, которые готовы отдать жизнь; лишь бы разорить «Логово Большого Червя». Между прочим, и я тоже.

Финлэй внимательно посмотрел на нее. «А я считал, что твоя жизнь принадлежит только мне».

— В эту тюрьму попал кто-то из твоих знакомых? Твой друг?

— Да. Почти у каждого из нас там находятся близкие люди. Она была подругой той, первой Еванжелин, а потом стала дружить со мной. Именно она помогла мне вжиться в образ моей погибшей предшественницы. С ней я делилась всеми секретами и переживаниями. Ее схватили ранним утром, и мы даже не смогли попрощаться. Папочка пытался выяснить, что с ней случилось: он боялся, что она расскажет много лишнего. Но даже он не смог ничего узнать о человеке, который попал в «Логово Большого Червя».

Еванжелин замолчала. Финлэй не стал задавать больше вопросов. Они оба посмотрели на Гуда, который настойчиво излагал план:

— Мне удалось внедрить агентов в новый контингент охранников. Кроме того, несколько смельчаков-кибератов в момент атаки организуют мощные помехи, благодаря которым тюрьма останется без связи и сигнализации. Помехи будут продолжаться до тех пор, пока мы не освободим всех наших людей.