Зов безумия - Смит Джулия Дин - Страница 2

— Поцелуй меня, — прошептала Атайя, опуская ресницы.

Раф наклонился к ней. Невыносимая вонь шибанула прямо в нос девушке, но она удержалась и не отвернула лица. Старик медленно поднял корявую руку с почерневшими от грязи ногтями и провел ладонью по шелковистым волосам Атайи.

В следующий миг Раф пронзительно заорал и согнулся, корчась от боли.

Получилось!..

Нельзя терять ни секунды! Атайя схватила его за плечи и толкнула к лестнице. Кувыркаясь, Раф с грохотом покатился вниз по ступеням. Выпавший из его руки кинжал весело звякнул и отлетел в сторону.

Несколько мгновений спустя мерзкий старикашка уже лежал внизу с перекошенным лицом, извиваясь и повизгивая.

Атайя даже не ожидала, что сможет с таким блеском справиться с обидчиком. Ведь Раф весил вдвое больше нее, да и удар в пах, которым так ловко удалось угостить его, был не очень сильным. И все благодаря Николасу! Ведь это он, брат Атайи, показал девушке, как надо действовать, чтобы защитить себя от грязных приставаний нежеланных кавалеров. Она никогда и не думала, что доведется применить этот замечательный прием на практике. Только бы не забыть рассказать брату, как кстати оказалась его наука!

Быстро собравшись с мыслями, Атайя подняла с пола кинжал и помчалась вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, подскочила к Рафу и, буквально оседлав негодяя, постаралась вдавить его в пол. Серебро отточенного лезвия блеснуло в тусклом свете факела, когда она приставила кинжал к мясистой грязной шее противника.

— Я скорее соглашусь переспать с безумным колдуном, чем лягу в постель с тобой! — тихо и медленно проговорила Атайя твердым, решительным тоном и осторожно поднялась на ноги, удерживая кинжал у горла Рафа.

Остро отточенный кончик кинжала врезался в грубую темную кожу. Старик тщетно пытался скрыть безумную боль и страх.

Ты бы чувствовал себя намного паршивее, если бы не напился, как свинья, — подумала Атайя, с отвращением глядя на Рафа и медленно отводя руку.

Его лицо позеленело, глаза готовы были выскочить из орбит. Казалось, еще мгновение — и мерзавца вырвет.

Когда кинжал находился уже на приличном расстоянии от его горла, Раф как подстегнутый, вскочил на ноги и поплелся к выходу, содрогаясь всем телом и пошатываясь. Грубо оттолкнув у порога наблюдавшего за происходящим молодого незнакомца в светлой одежде, старик вышел на улицу, выкрикивая проклятия.

Атайя сунула кинжал в ножны, вернулась за свой столик, пересчитала монеты и достала из специальной замшевой сумочки изящную курительную трубку, вырезанную из вишневого дерева и покрытую лаком. Прикурив от стоящей на столе свечи, она с удовольствием вдохнула струю успокаивающего сладковатого дыма.

Ее кубок был почти пустым. Жестом подозвав молоденькую дочку хозяина таверны, Атайя заказала еще вина. Круглолицая девушка в перепачканном сажей и грязью переднике отвесила неуклюжий поклон и, развернувшись, направилась к перекошенной дубовой двери, ведущей на кухню. Через минуту служанка уже спешила обратно, неся в руке графин с темно-красным тягучим вином. Атайя подала ей одну из лежавших на столе монет.

— Сдачи не надо, — произнесла она спокойным голосом.

— О! Премного благодарна, — прощебетала девушка, широко раскрыв от удивления глаза, бережно, словно не веря своему счастью, провела пальцем по драгоценной монетке, еще раз поклонилась, теперь более грациозно, и поспешила к стойке.

Атайя наполнила кубок, откинулась на спинку стула и собрала со стола разбросанные карты. Лениво перетасовав колоду, она разложила пасьянс и уныло вздохнула.

За соседним столиком двое пьяниц громко обсуждали незатейливую проблему: стоит отправиться домой или же продолжить игру.

Домой… Нет, уж лучше сидеть в этой мрачной таверне, — подумала Атайя и пожала плечами.

Еще одна глубокая затяжка, и приятная дурманящая волна наполнила девушку своим теплом, затуманивая голову, помогая поскорее отделаться от гадких воспоминаний о старом Рафе. Несмотря на то что опыта в общении с мужчинами Атайе еще не хватало, она уже догадывалась: многие из них в большинстве случаев размышляют вовсе не мозгами, а совсем другим органом. Сегодняшнее столкновение с мерзким старикашкой только усилило ее подозрения…

Достойными Атайя могла назвать лишь немногих из знакомых ей мужчин. Они были совсем не похожи на остальных — не считали, что смысл жизни должен сводиться к демонстрации своей удали, будь то за бутылкой или в постели. Девушка подумала о своем брате Николасе.

И о Тайлере.

Тайлер…

При одной мысли о нем губы Атайи сами по себе расплылись в улыбке.

Ее вдруг охватила тревога. Наверное, нужно было рассказать Тайлеру о своих планах на вечер. С другой стороны, что бы изменилось? Он заявил бы, что девушке не стоит этого делать, но она все равно отправилась бы на прогулку и сейчас чувствовала бы себя еще более виноватой.

Пора возвращаться домой. Тайлер убедится, что с ней все в порядке, и успокоится.

Атайя почувствовала усталость, уже хотелось спать. Было довольно поздно, от табачного дыма начинали слезиться глаза, а мысли путались в голове. От выпитого вина еще больше клонило в сон.

Неожиданно на столешницу упала чья-то тень. Девушка вздрогнула и подняла голову. Незнакомец, которого так грубо оттолкнул от двери бесславно уходящий из таверны Раф, сидел теперь на его месте.

— Каждый раз, когда этот старый хрыч проигрывает, он считает, что его обдурили.

Мужчина с легкостью завел беседу. Он разговаривал с легким акцентом.

Скорее всего этот человек был старше Атайи: на вид ему можно было дать лет двадцать пять. Несомненно, он выглядел лучше всех в замызганной таверне, выделяясь ярким пятном на фоне коричнево-черной массы — местных фермеров, шахтеров и торговцев. Голубой камзол и идеально чистая белая рубашка незнакомца радовали глаз. На светловолосой голове красовалась фетровая шляпа с невысокой тульей. Шляпа эта, наверное, не случайно была немного сдвинута набок.

Интересно, чем он занимается? — подумала Атайя.

Белые нежные руки мужчины говорили о многом: грязная работа была им непривычна.

Незнакомец очаровательно улыбнулся и дружелюбно взглянул на девушку. Однако она никак не отреагировала. Этот человек знаком с Рафом. Значит, им не о чем разговаривать.

— Может, вы на самом деле…

Атайя нахмурилась.

— На самом деле что?

— Воспользовались каким-нибудь колдовством?

Сердито сверкнув глазами, девушка бросила на стол карты.

— Послушайте, с меня довольно. Я уже достаточно натерпелась за сегодняшний вечер! — возмущенно проговорила она, отхлебнула вина и сделала несколько затяжек.

Это подействовало: через несколько минут девушке удалось расслабиться и успокоиться.

— Между прочим, в Кайте есть всего один колдун, он живет в замке Делфар, — добавила она.

Незнакомец смутился и некоторое время молчал. Затем удивленно взглянул Атайе в глаза.

— Простите, я вовсе не хотел никого обижать, — пробормотал он и, желая оправдать свою оплошность, добавил: — Сам-то я не здешний…

— Мои поздравления, — сухо произнесла молодая женщина, намереваясь уколоть незнакомца своим высказыванием.

Но в тот момент, когда слова слетали с губ, Атайя, к великому своему изумлению, отметила: а ведь его и впрямь можно было только поздравить с этим. Если бы ей самой представилась возможность, она давно бы уже уехала из Делфархама. На континенте существует множество гораздо более прекрасных мест, чем убогий и тесный стольный город страны Кайт.

Непременно существует, — подумала Атайя.

Таинственный незнакомец взял со стола карты и начал тасовать их, внимательно разглядывая каждую с лицевой стороны.

— Нет никаких отметок, — произнес он наконец и положил колоду на прежнее место. — Рафу просто не повезло. — Его губы растянулись в улыбке. — Но убеждать старика в том, что против него вели честную игру, совершенно бессмысленно. Он слишком болезненно и нервно воспринимает собственный проигрыш.