Демон-император - Сертаков Виталий - Страница 34

– Смерть! – повторили воины.

– Но не это самое страшное! – прорычал сегун. – Падальщики тоже опасны, но от них есть и польза. Они хотя бы поставляют ко двору лес и фрукты. А с подземной крепостью Асахи мы должны разобраться. Начальник уезда послал туда солдат, но они все погибли. Из крепости сбежал раненый русский варвар, которого колдуны Асахи привезли из-за моря! Его называют Проснувшийся Демон. Это не простой человек. Мне донесли, что ему подчиняются крысы, змеи и прочие ядовитые твари! Если он доберется до материка, то вернется сюда с армией. Варвары покорят нас…

– Смерть Проснувшемуся Демону! – воины схватились за рукояти своих катан. – Мы спасем от него страну!

22

Камико

Вначале была боль.

– Что ты помнишь?

– Ничего…

– Как тебя зовут?

– Не помню.

– Знаешь, кто я?

– Нет…

– Дыши, Камико, дыши и сплевывай! – приказала мамаша Фуми.

Мамаша схватила ее крепкими жилистыми руками поперек груди и нагнула голову в таз. Камико послушно дышала и сплевывала, пока легкие не очистились от слизи. Потом старуха заставила ее залезть в бочку с горячей водой, явились две девушки и стали ее мыть. Мыльная пена стала щипать тело, вдобавок девушки больно терли жесткими губками, но старуху чужие слезы не трогали.

– Запомни, тебя зовут Камико! Ты – лучшая гейша дзису, – строго рявкнула хозяйка. – Меня зовут мамаша Фуми, это мой постоялый двор. Если будешь мне перечить – я тебя кину змеям! Ты поняла?

– Поняла.

После фразы «я тебя кину змеям» девушке вдруг стало весело и легко. До того она совсем потерялась, не могла припомнить ни своего имени, ни откуда родом, ни куда попала. Зато теперь все вспомнилось разом.

– Скажи мне, как тебя зовут?

– Меня зовут Камико. Я лучшая гейша дзису.

– А как меня зовут?

– Вас зовут мама Фуми.

– Сколько тебе лет?

– Двадцать один.

– Откуда ты родом?

– Из Йокогамы.

– Кто твои отец и мать?

– Они все погибли в море. Я их не помню.

– Кого ты помнишь?

– Помню вас, мама Фуми. Вы спасли меня в море.

– Хорошо… Зачем ты здесь?

– Чтобы услаждать мужчин.

– Кто твоя хозяйка? – старуха больно схватила ее за волосы. – Кого ты будешь слушаться?

– Только вас, мама Фуми. Вы моя хозяйка.

– Что ты любишь?

– Люблю услаждать мужчин. Люблю играть веселую музыку, танцевать и играть…

Возникла пауза. Камико помнила, что следует говорить дальше, но нуждалась в приказе хозяйки.

– Подробнее, расскажи о себе, что ты умеешь! – каркнула мамаша. – И побыстрее, скоро придут гости!

Подруги вынули Камико из бочки, уложили на горячих полотенцах и принялись натирать маслом. В наклоненном зеркале девушка видела свое обнаженное тело. Под мышками, на локтях и тонких щиколотках еще багровели круглые рубцы, но они быстро затягивались. Наверняка кто-то покусал, гейша не помнила.

– Я говорю и пишу на восемнадцати языках, владею машинописью, стилями хирагана и катакана, любой офисной техникой, знаю основы юриспруденции и международного права, вожу транспортные средства всех категорий, умею делать шесть видов массажа, хорошо играю в го, шахматы и карточные игры, знаю классическую поэзию и танец…

– Хорошо, довольно! Владеет она… техникой! – хохотнула старуха. – Кто бы мне сказал, что это такое, ваша техника, транспортные средства?! Ладно, в голове у тебя порядок, забудем всякие глупости. Это твои подружки – Вишня и Азалия. Забирайте ее, живо. Приведите ее в порядок.

Девушки улыбнулись. Вишне небеса подарили прелестные бело-розовые волосы, почти до пояса, такую же кожу и глаза цвета неба. Она завернула Камико в ткань, пропитанную маслом. Азалия была почти на голову выше, огненные волосы и брови выдавали в ней дочь северных варваров. Камико захотелось дотронуться до роскошной груди подруги. Азалия засмеялась, легко подняла Камико на руки и долгим поцелуем прильнула к ее губам.

Пока девушки заворачивали ее в праздничные одежды, Камико с радостным удивлением рассматривала свою бирюзовую комнату. Мама Фуми сказала, что Камико тяжело болела, поэтому не помнит своих вещей и своих любимых подруг. Раз Фуми так сказала, значит – это правда. Камико здесь все больше нравилось. В большом доме каждой девушке принадлежала комната на третьем этаже, много красивых вещей, ковров, зеркал и игрушек. На втором этаже все собирались, чтобы петь, танцевать и угощать уставших, голодных гостей. На первом этаже жили стражники, кажется, они охраняли дом…

Но Камико совсем не интересовало, что происходит ниже второго этажа. Ни внизу, ни за пределами постоялого двора не существовало ничего интересного.

Где-то мелодично прозвенел звонок, раздались мужские голоса. Камико вздрогнула. Она как раз помогала Вишне вплести цветы в волосы, но один лишь звук низкого, хриплого мужского голоса всколыхнул в ней желание.

– Бегом вниз, – скомандовала мама Фуми.

Тяжело было спускаться по лестнице на высоких деревянных каблуках. Но восхищенные мужские взгляды мигом заставили забыть о неудобствах. Пока собралось не так много гостей. Трое степенных купцов прихлебывали саке и лениво болтали на мандаринском диалекте. В другом углу, у зарешеченного окна, пили чай двое русских. Оба заросли бородами, носили меховую одежду и оттого походили на медведей. Вошли еще двое японцев в полумасках, одеты нарочито скромно, но, судя по осанке, – благородные воины, которым хотелось остаться неузнанными. Эти сразу взяли себе девушек, высоких, белокожих, и удалились наверх. В дверях стояли крепкие стражники, отбирали у мужчин оружие и складывали в углу. Никто не смел подниматься в спальни с металлом. Мамаша Фуми обмахивалась боевым веером и ласково улыбалась покупателям.

Заиграла веселая музыка, зажгли свечи. Две бронзовые скуластые девушки обнажили животы и затеяли страстный танец. Служанки разнесли вкусную еду, но Камико совсем не хотелось кушать. К ней уже шел один из русских торговцев. Он с самого начала не сводил с нее глаз.

– Ты красивая, – сказал он.

– Господин тоже очень красив, – она потупила взгляд. – Господин мне очень нравится.

– Я тебе не господин, – засмеялся русский. – Тебя как зовут?.. А меня – Коля. Николай. Мы приплыли со шкурами из Хабаровска… Пойдем, выпьем с нами. У вас тут есть нормальная выпивка?

Повинуясь кивку хозяйки, Камико опустилась на татами рядом с плечистым Николаем. Вишня села рядом и заиграла на ситаре. От торговца пахло зверем, но Камико это очень нравилось. Ее ноздри раздувались от желания. Оба русских удивились, что девушки не пьют и отказываются от рыбы. Еще больше они удивились, когда выяснилось, что Камико слышала про Хабаровск, про тигров и медведей, про большие корабли и может перечислить все острова страны Солнца.

– Уедем с нами, – позвал Николай. – У нас хорошо, поедем! Будешь жить, как царевна!

– Я не могу выходить из дома. Двор сторожат. Нельзя выходить.

– Но мы приведем корабль прямо сюда, он стоит в бухте. Нам наплевать на ваших тощих лучников, ничего они нам не сделают!

– Нельзя приводить корабль в порт. Может случиться беда.

– Портовые призраки? Не верю я в них, никого тут нет.

– Господин должен быть осторожен. Мы живем на краю города, между рисовыми полями сегуна и колдунами Асахи. Здесь ничейная земля. Сюда приезжает много богатых людей и смелых воинов. Но чужие корабли не могут заходить в бухту.

Русский засмеялся и опрокинул в себя одну за другой три чашечки саке.

– Ты же японка? – спросил Николай, когда они очутились вдвоем в ее комнате. – Я видел много ваших. Ты слишком красивая для японки. Как ты сумела так хорошо выучить русский?

Камико тщательно вымыла гостя, затем разделась сама и сделала ему лучший массаж. Потом она занималась тем, для чего была рождена, стонала, кричала и принуждала мужчину совершать все новые и новые подвиги.

Но так и не смогла ответить ему на смешные вопросы.

– Поедем со мной? – повторил русский. Он лежал на спине, мокрый и уставший, а Камико натирала его божественные члены нектаром силы. Она и сама выпила чашку теплого нектара. – Я украду тебя! Я знаю, ваш Токио считается проклятым местом, здесь опасно…