Властный зов страсти - Маккарти Моника - Страница 3

Флора сжала руку Уильяма, и он удивленно посмотрел на нее.

– На нас напали.

Словно в ответ на ее реплику снаружи послышался выстрел.

– У тебя есть оружие?

Лорд Мюррей покачал головой:

– Оно мне ни к чему: мои люди достаточно хорошо вооружены.

Флора выругалась, не думая о приличиях, и Мюррей в недоумении нахмурился:

– Право, дорогая. Ты не должна употреблять таких слов, тем более после того, как мы поженимся.

Снаружи снова донесся звук выстрела, и Флора проглотила язвительный ответ. Поженимся? Возможно, через час их не будет в живых. Неужели ему не понятно, что они оказались в отчаянной ситуации? Шотландия кишмя кишит разбойниками, изгоями, отверженными – людьми, порвавшими со своими кланами и потому не склонными проявлять милосердие. Флора надеялась, что близость к Эдинбургу обеспечивает ей некоторую безопасность, но ошиблась.

– Меч, – сказала Флора с нажимом, стараясь скрыть свое нетерпение. – У тебя, конечно, есть меч?

Мюррей пожал плечами:

– Он есть у каждого придворного, но я не хотел, чтобы эта штуковина мешала мне во время путешествия, поэтому привязал его к сундуку с твоим платьем. Правда, у меня есть кинжал… – Уильям проворно вытащил оружие из ножен и показал его своей спутнице.

Судя по обилию драгоценных камней на рукоятке, кинжал предназначался не столько для битвы, сколько для украшения, и все же шестидюймовое лезвие могло славно послужить для защиты; однако по тому, как неловко Мюррей держал его, Флоре стало ясно, что жених даже не знает, как с ним обращаться.

– Боюсь, что у меня недостаточно опыта, чтобы…

Флора кивнула:

– Я знаю. Дай кинжал мне.

Спрятав кинжал в складках плаща, Флора прислушалась, и тут же дверца кареты с треском распахнулась…

Прежде чем Флора успела закричать или попытаться защитить себя, ее выволокли из экипажа, и она, оказавшись в мощных, как тиски, руках, стала судорожно ловить ртом воздух, прижатая к груди нападавшего, мощной, как гранитная скала.

И никогда еще Флора не ощущала так близко мужское тело; щеки ее вспыхнули от негодования и внезапной волны жара, исходившего от него.

Бандит обхватил Флору за талию, а затем рука его оказалась прямо под ее пышной грудью, спина плотно прижата к его груди, а нижняя часть тела уперлась в пах.

Инстинктивно Флора сопротивлялась этой близости с грязным негодяем, одновременно с удивлением понимая, что от него не воняет, а исходит аромат мирта и вереска, к которому примешивается слабый запах моря.

Раздраженная тем, что ее мысли приняли такой оборот, Флора тут же обратила свое негодование на похитителя.

– Немедленно уберите от меня свои лапы!

– Боюсь, это невозможно, моя прелесть.

Она замерла от переливов его голоса. Горец! От ужаса ее тело словно окаменело.

Голос был низким и мрачным, и в нем Флора различила ноту гнева, подействовавшую на нее почти гипнотически: она отлично понимала, что, если ей не удастся что-нибудь придумать, их с Уильямом песенка спета.

Подавив желание продолжать сопротивляться, Флора затихла, стараясь проявить показную покорность, а заодно дать себе минутную передышку и оценить ситуацию. Полная луна освещала мягким светом вересковую пустошь, и это давало возможность увидеть достаточно много, но то, что она увидела, ей не понравилось. Карета оказалась окруженной примерно двумя десятками могучих мужчин, одетых в пледы горцев, перетянутые поясами. Все они размахивали огромными двусторонними мечами и у всех лица казались жесткими и неуступчивыми.

Опустив глаза, Флора увидела на мужчине, удерживавшем ее, белую рубашку из тонкого льняного полотна. Его плед тоже был отличного качества, мягкий и гладкий, а значит, эти люди хоть и были скитальцами, живущими вне закона, но не из самых злобных и жестоких. Тогда чего они хотят? Впрочем, Флора не особенно горела желанием выяснить это: у нее было одно стремление – вырваться на свободу и бежать от опасности без оглядки.

Эскорт лорда Мюррея был слишком немногочислен и, похоже, уже сдался без боя, так что Флора уже решила взять инициативу на себя, как вдруг…

– Чего вы хотите? Уберите от дамы свои грязные руки!

Флора тотчас же узнала высокомерную манеру жениха, которого выволокли из карты вслед за ней.

– Берите все, что вам нужно, и оставьте нас в покое, – добавил лорд Мюррей.

Мужчина за спиной Флоры замер, и Флора тотчас поняла почему: до сих пор она не слышала этой властной нотки в голосе Уильяма.

– Едва ли вы в таком положении, милорд, чтобы отдавать мне распоряжения, – ответил главарь похитителей с нескрываемым презрением, и его рука еще более властно сжала талию Флоры. – Впрочем, вы вольны идти куда пожелаете и даже можете забрать с собой своих людей.

Кровь отхлынула от лица Флоры. «Так вот оно что! Им нужна только я. Но зачем?»

Уильяму полагалось умереть, прежде чем позволить варвару завладеть своей невестой, но Флора не могла допустить его смерти. Однако, что негодяй собирается с ней сделать? Ее взгляд затравленно метался от одного варвара к другому, пока она пыталась придумать план спасения.

– Знаешь, кто мы? – Уильям сделал выразительную паузу. – Возможно, ты хочешь получить за нее выкуп? – Он презрительно рассмеялся, и этот смех заставил человека, стоявшего за спиной Флоры, сжать ее еще крепче. – Тебя повесят, если ты заберешь ее. С тобой обойдутся, как с собакой.

– Если сумеют поймать меня. – Горец усмехнулся; судя по его тону, он считал это невозможным.

Серебро на задке кареты блестело в лунном свете, как бакен. Вот он, ее шанс. Ей оставалось только надеяться на то, что люди Уильяма будут готовы.

Сейчас или никогда. К сожалению, прошло очень много времени с тех пор, как братья Алекс и Рори Кемпбелл учили ее искусству защищать себя.

Набрав полную грудь воздуха и изо всей силы наступив каблуком на ногу державшего ее разбойника, Флора вынудила его слегка ослабить хватку, а затем молниеносно выхватила кинжал из складок плаща, повернулась и направила его в живот врага. Однако тот успел сделать едва уловимое движение, и лезвие, соскользнув, вонзилось ему в бок.

Выругавшись от боли, горец упал на колени, а потом вцепился в ручку кинжала, торчавшего у него в боку.

Флору охватил ужас: прежде ей никогда не приходилось вершить что-либо подобное…

Отвернувшись от раненого, Флора рванулась к карете.

– Сражайтесь! – крикнула она людям лорда Мюррея, глазевших на эту сцену с разинутыми ртами.

Рванувшись вперед на блеск серебра, украшавшего карету, она молила Бога, чтобы ее затея удалась, и сумела выхватить меч лорда Мюррея из сундука, притороченного к задку кареты. Ее отвага подстегнула остальных мужчин к действию, и теперь уже сражение между ними и разбойниками началось всерьез.

Флора бросила меч Уильяму, ей удалось оттащить его в укрытие позади кареты.

– Нам надо бежать как можно скорее! – дрожащим голосом прошептала она.

Однако Мюррей окаменел и смотрел на невесту со странным выражением, словно не мог решить, восхищаться ему или ужасаться.

Флора попыталась подавить поднимающееся раздражение.

– Послушай, у нас мало времени… – Не давая Уильяму возможности ответить, она потянула его за собой к деревьям, росшим неподалеку.

Увы, их свобода оказалась недолговечной: всего через несколько шагов Флору опрокинули на землю, и она оказалась придавленной к земле так, что не могла ни шевельнуться, ни вздохнуть. Ветки вереска врезались в ее щеку, в рот набилась земля, но ей даже не надо было смотреть на того, кто проделал с ней все это, чтобы понять – это был тот, кого она не убила.

С минуту они находились в таком положении, словно целью горца было дать ей почувствовать его вес и ее беспомощность. Затем он перевернул ее на спину и продолжал удерживать в таком положении, не произнося ни слова. При этом от него исходил гнев, столь же яркий и горячий, как лесной пожар.

Уголком глаза Флора заметила какое-то движение и закричала: