Сладкий дикий рай - Грэм Хизер - Страница 23

– Прошу прощения, однако леди Ленор повсюду ищет тебя, Роберт, чтобы узнать про твой костюм для карнавала.

– Черт побери! – выругался Роберт. – Извини, милая. – И он вынудил Джесси выпрямиться, предоставив самой приводить в порядок одежду. Кратко поблагодарил Джейми – и был таков.

Зато Камерон и не подумал уйти, он не тронулся с места. Джейми мерил ее мрачным, осуждающим взглядом.

Джесси потупилась, игнорируя его присутствие. Нужно было поскорее поправить платье и завязать ленты, но трясущиеся пальцы отказывались повиноваться.

Он двинулся вперед, и Джесси пришлось прикусить губу, чтобы не закричать от испуга – такое жадное пламя полыхнуло в его взоре. Он отвел ее руки от застежек на корсете.

– Перестаньте! – возмутилась она.

– Ты предпочитаешь, чтобы тебя нашли здесь полуголой? – грубо спросил он. И в мгновение ока ловко завязал все тесемки. Оттого, что его пальцы то и дело касались чуткой обнаженной кожи, ей хотелось кричать. Он был далек от нежности. Он был едва ли не жесток. Стоя здесь, совсем близко, он буквально излучал снедавшее его возбуждение, и эти горячие волны одна за другой прокатывались по ее телу. – Как много вам удалось выручить за эту душещипательную сцену, мисс Дюпре? Если бы я знал, что вы все еще пребываете в поисках любовника, непременно предложил бы самую высокую цену!

Джесси с яростным визгом отшатнулась, чтобы снова наброситься на негодяя. Однако ей удалось нанести всего один удар – в точности как она желала – по гладко выбритой бронзовой щеке, после чего последовала мгновенная жестокая реакция: ее руки поймали и завели за спину. Она оказалась прижатой вплотную к Джейми и в пылу битвы попыталась пинаться. Он молниеносно сделал подножку, и Джесси опрокинулась навзничь, увлекая его за собой. Она услышала, как от удара клацнули его зубы, и испуганно уставилась в полыхавшие над ней бездонные иссиня-черные глаза. Загорелое лицо свело от безжалостного гнева. Однако и теперь она извивалась под ним, пытаясь сопротивляться, не обращая внимания на то, что ее прическа вконец растрепалась, а роскошное платье пачкается и рвется.

– Ах ты, настырный урод, я тебя терпеть не могу, я тебя ненавижу и презираю и ни за что не позволю прикоснуться к себе, даже за все золото в мире! Мне омерзительны твои прикосновения…

– Вот как? Ты врешь, Джесси, потому что никогда не была недотрогой. Ты – самая дикая и колючая роза, созданная для величайшей страсти. И к тому же ты дура! Не пройдет и пары месяцев, как ты возненавидишь Роберта: ведь стоит тебе заполучить его, и он согнется перед тобой. Но тебе не видать его как своих ушей. Хотя ты и не желаешь этого понять, верно? Ну а я запросто докажу, что ты создана не для него!

– Нет!

Джейми и не подумал слушать се возражения. Он поцеловал ее, и его губы не были ни нежными, ни податливыми. Они были напряженными, грубыми и нетерпеливыми. Под их натиском Джесси вынуждена была приоткрыть рот, и туда с необузданной силой ворвался его язык. Девушка задыхалась, она не могла пошевелиться, она лишь чувствовала его напор, как будто снедавшее Джейми неистовое пламя запылало и у нее в крови. О, она не хотела его объятий, ей были отвратительны его ласки… и тем не менее он словно опоил ее каким-то зельем. От него Джесси передалось не только яростное пламя – раз за разом по телу катились волны возбуждения, наполняя каждую его клетку новой, неведомой силой. А он все целовал и целовал ее, и возбуждение все возрастало, так что под конец Джесси больше не смогла сопротивляться, в ушах у нее гулко застучала кровь.

Даже через многослойную одежду девушка ощущала жар его огромного тела. Тела, полного первозданной мощи. Его рука легла на корсет – оказывается, он снова был расстегнут и распахнулся, обнажая грудь. Джейми немедленно подхватил в ладонь пышную грудь и дразнящими движениями стал теребить сосок. Джесси неловко поежилась, но Джейми прижался к ней еще теснее, не прерывая обжигающего поцелуя. И тогда жар, снедавший обоих, слился в единое целое. Последнее сопротивление было сломлено, Джесси покорно затихла. И в тот же миг его натиск перестал быть неистовым. Его рука стала ласкать грудь, его губы смягчились, а язык ласково скользил вдоль рта, и, что самое любопытное, Джесси по-прежнему не шевелилась, позволяя ему делать все что угодно.

И вдруг Камерон резко поднял голову. Ее влажные, искусанные, припухшие губы так и остались полуоткрытыми. Ленты давно вывалились из прически, волосы разлохматились, а из корсета виднелась обнажившаяся грудь. Ибо тонкая нижняя сорочка ничего не прикрывала.

– Место моей любовницы по-прежнему свободно, Джасмин, – язвительно ухмыльнулся Джейми. – И смею тебя заверить, я более щедр, чем Роберт!

Джесси молча прожигала его взглядом, не в силах найти слова, способные выразить ее ненависть, ее омерзение перед его ласками. Взвизгнув что-то невразумительное, Джесси снова попыталась ударить его. А он со смехом наклонился, лизнул сосок сквозь тонкую ткань сорочки и взял его в рот. У Джесси вырвалось какое-то ругательство, но уже в следующий миг обжигающий ручеек невероятного возбуждения нашел свою дорогу от соска вниз, в самые интимные места. А он не спеша выпустил сосок, слегка потеребив на прощание зубами.

Джесси чуть не лопнула от ярости, она ругалась, извивалась всем телом и лупила кулачками куда попало, но в ответ слышала лишь хриплый хохот. Но вот наконец Камерон соизволил подняться и поднял Джесси, резко дернув за руки. Она немедленно вырвалась, из глаз брызнули злые слезы. Джесси заморгала, стараясь поскорее избавиться от них. Непослушные пальцы не могли привести в порядок платье, но она яростно чертыхнулась и отскочила прочь, когда Джейми имел наглость предложить:

– Постой, я тебе помогу!

– Оставьте меня в покое! – выкрикнула девушка, повернувшись к мерзавцу спиной. – После всего, что вы натворили, имейте хотя бы совесть убраться отсюда!

– Ну уж нет, я и не подумаю убираться. Я сам провожу тебя обратно в дом – только после того как удостоверюсь, что твой туалет в полном порядке.

– Никуда я с вами не пойду! На вас нельзя положиться! Мне тошно, когда вы…

Тут Джейми рывком притянул ее к себе и вложил во взгляд все свое желание, запылавшее в нем с новой силой.

– Нет, не смей больше лгать, потому что мы оба знаем: ты врешь. Ты не леди Ленор, и если уж на то пошло, ты вообще не похожа на леди, потому что полна жизни и огня. – И он заставил Джесси поднять руки. – Вот, взгляни! Взгляни: разве такие мозоли могут быть на руках у леди? Госпожа, ваши руки радуют мой взор, ибо они знакомы с трудом и усталостью. Джесси, ты просто маленькая дурочка, ведь твое предназначение – полноценная жизнь! Жизнь, полная борьбы и страсти, хотя ты ни за что не желаешь в это поверить! Может, хватит врать самой себе? Потому что тебе совсем не противно, а наоборот. И именно это тебе нужно, собственно это ты заслужила, именно в этом ты обретешь счастье

– Поверь, ведь я знаю тебя. Я знаю твои сильные и слабые стороны, и я знаю все уловки твоего куцего умишка и помыслы алчного маленького сердца! Ты осмелилась играть в опасные игры, и делаешь одну ошибку за другой, и не желаешь обращать внимания на правила…

– Вон отсюда! – перебила Джесси, вырывая свои руки. Ах, какая ужасная улика! Какое настырное напоминание о ее прошлом, в котором она была девчонкой на побегушках в грязной убогой таверне! Грубые, красные, несмотря на лечебные свойства бальзама Джейн, они выдавали ее с головой, пусть даже Джесси вырядится в пух и прах! Торопливо спрятав руки за спиной, девушка дерзко задрала подбородок, расправила плечи и напустилась на Джейми, наплевав на свой растерзанный вид: – Вам угодно играть в свои игры, лорд Камерон, а мне – в свои! И коли мне неизвестны ваши дурацкие правила – тем лучше, потому что я смогу не обращать на них внимания! Я не хуже вас умею выигрывать, милорд, и выиграю непременно! Я никогда не стану вашей любовницей, и вы здорово ошибаетесь! Потому что не можете дать мне ничего!

Джейми протянул руку. Она затопала ногами и завизжала от ярости. Он засмеялся: