Книга всеобщих заблуждений - Ллойд Джон - Страница 9

Это и подобное, более позднее устройство под названием «Шотландская Дева» («The Maiden») вполне могли вдохновить французов на то, чтобы позаимствовать идею и дать ей собственное имя.

Доктор Жозеф Гийотен был гуманным и мягким человеком, профессором анатомии, не любившим публичных казней. В 1789 году Гийотен представил Национальному собранию претенциозный проект реформирования французской пенитенциарной системы и придания ей большей гуманности. Доктор предложил универсальный механический способ казни, не дискриминировавший простолюдинов (которых до этого довольно неуклюже вешали) по отношению к богачам и аристократам (которым относительно чисто рубили головы мечом или топором).

Большинство предложений Гийотена были отвергнуты с ходу, однако идея эффективного орудия убийства крепко засела в депутатских головах. Начинание было подхвачено и усовершенствовано доктором Антуаном Луи, секретарем Академии хирургии. Именно Луи, а не Гийотен стал автором чертежей, по которым в 1792 году было изготовлено первое рабочее устройство с характерным тяжелым косым ножом. Его даже окрестили, для краткости, «Луизон» («Louison»), или «Луизетта» («Louisette»), — в честь создателя.

 Однако впоследствии к «машине смерти» каким-то непостижимым образом прилипло имя Гийотена и, несмотря на все усилия его семейства, упорно держится и поныне. Вопреки народной молве, Гийотен не был убит своей механической тезкой; он умер в 1814 году от инфекции, явившейся следствием фурункула на плече.

 Гильотина стала первым «демократическим» способом казни и быстро вошла в обиход на всей территории Франции. По оценкам историков, за первые десять лет с ее помощью было обезглавлено 15 тыс. человек. Больше казнили на гильотине только нацисты в Германии: с 1938 по 1945 год число казненных преступников составило порядка 40 тыс.

Последним французом, казненным на гильотине, стал иммигрант из Туниса по имени Хамид Джандуби, приговоренный к смерти за изнасилование и убийство маленькой девочки в 1977 году. Смертная казнь была окончательно отменена во Франции в 1981 году.

Невозможно с точностью проверить, как долго отрубленная голова остается в сознании. По оптимистичным прикидкам, от пяти до тринадцати секунд.

Сколько узников вышло на свободу после взятия Бастилии?

Семь.

Во Франции день 14 июля — День взятия Бастилии — является общенародным праздником и великим национальным символом — таким же, как 4 июля в США.

Глядя на восторженные произведения живописи, рисующие сцены тех дней, вы наверняка представляете себе сотни благородных революционеров, высыпавших из тюремных ворот на улицы Парижа с «триколорами» в руках. На самом же деле на момент штурма в крепости содержалось не более полудюжины арестантов.

 Штурм Бастилии произошел 14 июля 1789 года. Вскоре на столичных улицах уже торговали устрашающими гравюрами, на которых закованные в цепи узники томились в мрачных темницах чуть ли не в обнимку со скелетами. Так формировалось общественное мнение об условиях содержания в крепости. Не изменилось оно и сегодня.

Построенная в ХIII веке крепость служила тюрьмой на протяжении нескольких столетий. Во времена Людовика XVI здесь в основном содержались люди, арестованные по приказу короля или его министров за государственные преступления — заговор или попытку свержения. Среди знаменитых узников был и сам Вольтер: трагедия «Эдип» (1718) написана им в камере Бастилии. В день знаменитого штурма арестантов оказалось всего семеро; виконт де Соланж (приговоренный к тюремному заключению за «сексуальный мисдиминор»(Мисдиминор — незначительные преступления, за которые обычно положено не уголовное, а административное наказание)), двое душевнобольных (один из которых был то ли англичанином, то ли ирландцем по имени Мейджор Уайт — с бородой до пояса и считавший себя Юлием Цезарем) и четверо сидели за подделку векселей.

Сто человек расстались с жизнью во время штурма, включая и коменданта крепости, чью насаженную на пику голову с гордостью пронесли по всему Парижу.

Тюремный гарнизон Бастилии состоял из инвалидов — солдат, демобилизованных из регулярной армии по инвалидности, — а условия содержания для большинства заключенных были вполне комфортными, камеры неплохо меблированы, а узникам полагались часы посещения.

На эскизе художника Жана Фрагонара один из «посетительских дней» в Бастилии 1785 года: светские дамы прогуливаются по двору под ручку с узниками. Арестанты получали весьма неплохие деньги на карманные расходы, а также табак и спиртное в избытке; им даже разрешалось держать домашних животных.

 Жан Франсуа Мармонтель, узник Бастилии в  1759—1760 годах, писал: «Вино было, конечно, не отменное, но вполне сносное. Десерт не давали: надо же было нас чего-то лишить. В общем, я понял, что в тюрьме очень недурно кормят».

Запись в дневнике Людовика XVI в день штурма Бастилии ограничивается всего одним словом: «Rien» (фр. «ничего»).

Король имел в виду пустую сумку после охоты в тот день.

Кто сказал: «Пусть едят пирожные»?

Опять ошибочка. Это была не она.

Вы, вероятно, помните тот школьный урок истории, словно это было вчера. 1789 год. Французская революция в разгаре. Парижская беднота бунтует, поскольку у народа нет хлеба, а королева Мария-Антуанетта — бесчувственно безразличная, пытаясь пошутить или просто из природной глупости, — не находит ничего лучшего, как предложить, чтобы вместо хлеба они ели пирожные.

 Проблема номер один заключается в том, что это были не пирожные, а бриоши (оригинальный французский текст звучит так: Qu'ils mangentde la brioche). Согласно Алану Дэвидсону и его «Оксфордскому справочнику по кулинарии», «бриошь в XVIII веке представлял собой лишь слегка обогащенную (за счет скромного количества масла и яиц) булочку, по сути не далеко ушедшую от хорошего белого хлеба». Так что предложение королевы вполне можно считать попыткой сделать доброе дело: мол, если народ хочет хлеба, дайте им того, что получше.

 И все бы хорошо, вот только Мария-Антуанетта ничего подобного не говорила. Фраза активно курсировала в печати начиная аж с 1760 года — для иллюстрации разложения аристократии. А Жан-Жак Руссо вообще утверждал, что слышал ее еще в 1740-м.

Последний из биографов Марии-Антуанетты, леди Антония Фрейзер, приписывает это высказывание совершенно другой королеве — Марии-Терезии, супруге Людовика XIV, «Короля-солнце», — хотя в действительности сказать ее мог кто угодно: восемнадцатый век не испытывал недостатка в благородных барынях. Возможно также, что знаменитая фраза вообще была придумана в пропагандистских целях.

Известна и еще одна история, согласно которой именно Мария-Антуанетта познакомила Францию с круассанами, якобы привезенными из родной Вены. Нам этот миф тоже представляется маловероятным, поскольку первое упоминание о круассанах во Франции относится лишь к 1853 году.

Что интересно, примерно в то же самое время странствующие австрийские кондитеры завезли рецепт слоеного теста в Данию. С тех пор знаменитые «датские плюшки» известны в этой стране как wienerbrod («венский хлеб»).

 В Вене же их называют Kopenhagener (То есть «копенгагенскими» (нем.).).

Как хорошо вы знаете швейцарцев?

 а) Они едят швейцарские рулеты.

 б) Они едят собак.

 в) Они изобрели часы с кукушкой.

 г) У них нет армии.

Швейцарский рулет (Swiss roll (англ.) — бисквитный рулет с джемом, кремом или вареньем.) вовсе не он: никто не знает, почему его называют «швейцарским» только в Англии и нигде больше. В самой Швейцарии его зовут Biscuitrolle либо gateau roule, «бисквитный рулет»; испанцы пользуются фразой brazo de gitano, «рука цыганки», а американцы называют jelly roll (в Америке jelly — то же, что в Англии jam, «джем» или «варенье»).

Вопреки известному монологу Орсона Уэллса из фильма Кэрола Рида «Третий человек» (1949)[6], часы с кукушкой придумали в Германии в 1738 году.