Искушение вампира - Рэйвен Харт - Страница 16

— Мой создатель пропал. Я полагала, что риск оправдан. Сожалею, что мы с тобой не сошлись во мнениях.

Ноги Уильяма снова коснулись ковра, но глаза по-прежнему сверкали гневом.

— А если за тобой следили?

— Как это возможно — чисто технически?

— Ты… Ты — ребенок! Много ли прошло времени с тех пор, как ты стала нежитью? Тебе неведомо, на что способны некоторые старые вампиры и каково их могущество. А ты поставила под угрозу всю операцию и всех наших беглецов.

Операция? Беглецы?… Что за черт? Я раскрыл было рот, чтобы спросить, о чем он толкует, когда задребезжал мой мобильник. Рейя подпрыгнула от неожиданности, а Уильям прожег меня гневным взглядом. Я поспешно выхватил телефон из чехла на поясе. Звонил Ренье.

— Джек, а куда провалился Хью с «ягуаром» мистера Уильяма? Я ждал его час назад.

— Вот дерьмо… — только и сумел выдавить я.

Вот теперь началось веселье. Я вел «корвет», а Уильям расположился на пассажирском сиденье, держа на коленях блондинистую вампиршу. Да еще Хью исчез. Просто — черт, черт и черт.

— Может, он зашел в бар пропустить пару пива? — предположила Оливия.

— Только не Хью, — отозвался я. — Он не пьет. Раньше крепко поддавал, и его жена попросила колдунью вуду наложить на него заклятие. Теперь если Хью выпьет, то выблюет свои кишки.

— Такое с любым может случиться, если перебрать, — заметила Оливия.

— Он выблюет кишки в буквальном смысле. Кажется, дословно это звучало как: «твои внутренности станут пиршеством для ворон». Проблема в том, что жена умерла десять лет назад, но заклинание по-прежнему действует.

Оливия подумала несколько секунд.

— Великолепно, — сказала она.

Уильям начал выказывать признаки нетерпения. Я не мог понять, почему, ведь у него на коленях сидела зашибенная вампирская красотка.

— Ты уверен, что он ехал именно этой дорогой?

— Угу. Я сказал ему: одна нога здесь, другая там. А этот путь самый короткий… Постой-ка. Что это?

Впереди возвышался реставрируемый городской дом. Один из этих викторианских особняков, которому возвращали былое величие. Надпись на щите, установленном во дворе, гласила: «ФИНАНСИРУЕТСЯ ИСТОРИЧЕСКИМ ОБЩЕСТВОМ ТОРНА». Один из многочисленных проектов Уильяма. У крыльца была воткнута табличка с надписью «Осторожно: окрашено». А под ней я увидел неподвижное тело Хью с разодранной, окровавленной грудью.

Я резко затормозил перед домом, и мы выскочили наружу.

— О, нет! Бедняга Хью…

Он сидел на верхней ступеньке, привалившись к дверному косяку. Его горло было разорвано, тело располосовано так, что внутренности едва не вываливались наружу. Широко распахнутые остановившиеся глаза глядели в никуда — в великое ничто, как бы я это назвал. Я протянул руку и осторожно закрыл их.

Оливия наклонилась и провела своим тонким пальцем по крови, еще сочившейся из шеи Хью. Потом попробовала ее на вкус.

— Максимум полчаса назад. Не более.

— Оставь его в покое! — рявкнул я. Меня начало подташнивать при одной мысли, что кто-то жрет Хью. Не в силах совладать с отвращением, я отвернулся от Оливии.

— У Джека много друзей из смертных, да? — прошептала она на ухо Уильяму.

— Да, — мягко сказал он. — Но эта «визитная карточка» предназначается мне. — Он положил руку на мое плечо. — Надо убрать его отсюда, Джек. И поскорее.

Я кивнул и пошел к машине, чтобы открыть багажник. Уильям следовал за мной, неся Хью на руках. Он осторожно уложил тело и посмотрел на ключи, зажатые в моей руке.

— Ты в состоянии вести машину? — спросил он.

Я, должно быть, выглядел неважно. И уж точно именно так себя чувствовал.

Утерев рукавом глаза, я проговорил:

— Конечно. Могу вести хоть во сне. Даже если этот сон — кошмар.

— Хорошо. Тогда поезжай.

— Уильям, а как же ты? Нужно найти того урода, который это сделал. Он забрал твой «ягуар».

— Да, понимаю. Но сперва тебе следует позаботиться о Хью.

ГЛАВА 4

Уильям

Как это похоже на Джека — волноваться о моей машине. К дьяволу машину. Более всего я боялся за него самого. Ощущение чужого взгляда преследовало меня и было таким сильным, что кровь словно зудела. Ридрек!.. Он будто звал — и не хотелось ничего, кроме как рыскать в темноте до тех пор, пока я его не отыщу.

Ну, почти ничего. Сперва следовало защитить Джека, Оливия тоже была в опасности, но она хотя бы приблизительно представляла, с кем мы имеем дело. Если разделимся, Ридрек, скорее всего, кинется преследовать Оливию и меня.

Я положил руку на плечо Джека, прилагая все усилия, чтобы заставить его исполнять мои распоряжения и не спорить.

— Отвези Хью домой, — сказал я. Потом бросил взгляд на ближайший дорожный знак. — Мы сейчас в паре кварталов от дома Элеоноры. Встретишь нас там с машиной, когда закончишь свои дела. И еще… Помнишь старый амулет, который я просил сохранить? Оберег Лалии? — Джек промолчал, но я и не ждал ответа. — Прихвати его с собой.

Он перевел взгляд на Оливию.

— Она идет с тобой к Элеоноре?

— Да. А теперь поезжай. И не забудь про амулет. Надень его.

Джек был расстроен и подавлен. Иначе нельзя объяснить тот факт, что он не стал препираться, а просто молча кивнул и залез в машину. Когда рев красного чудища затих вдалеке, я жестом велел Оливии хранить молчание и неторопливо огляделся по сторонам, ища своего древнего врага. В кустах возле недостроенного здания обозначилось движение, но тут же выяснилось, что это просто сонный сторожевой пес, слишком усталый, чтобы лаять. Ридрек не показывался — хорошо спрятался или давно ушел. Он затеял эту игру и мог устанавливать правила. Да, Ридрек выберет удобное время и место, чтобы нанести удар…

Я обнял Оливию за плечи. Моя измененная кровь имела силу противостоять магии, так что была возможность прикрывать свою спутницу.

— Туда, — сказал я, увлекая Оливию за собой.

Она вовсе не казалась испуганной. Напротив. На ее лице читались любопытство и восхищение.

— А этот город и правда красив, — сказала вампирша. — Не Лондон, конечно, но все-таки…

— Вполне возможно, что могущественный и злобный вампир сейчас следит за нами. Тебя это ничуть не беспокоит? — спросил я.

Яснее ясного, что Оливия еще очень молода и только начинает постигать возможности своей вампирской природы. Похоже, Элджер испортил ее. Очарованная собственным могуществом и бессмертием, она не понимала значения слова «безрассудство». В конце концов, Оливия вдвое младше Джека, а тот временами сущий ребенок. Еще один повод оберегать его, даже если ради этого приходится держать Джека в неведении. Оливии я велел не рассказывать ему ничего из того, что ей было известно обо мне и о вампирах вообще. В особенности — о том, как ей удалось уехать так далеко от места рождения в столь юном возрасте. Пусть лучше я останусь единственным мятежником в этой семье…

Оливия взирала на меня с восхищением и обожанием. — Мне не о чем беспокоиться, пока мы вместе. Ты сумеешь управиться с убийцей Элджера.

— Ах, ну конечно! Уильям-легенда. Верно? Кажется, она смутилась.

— Хм… да. Элджер рассказывал мне, как ты противостоял старым вампирам. И о том, что именно ты создал эту организацию — «Похитителей». Он говорил, что ты очень умен и очень силен. Ты и твои друзья выкрадывали вампиров-Отпрысков, которых создатели держали в рабстве, и освобождали их. — Оливия замолчала и посмотрела на меня. — Элджер сказал, что ты особенный. Он не стал бы мне лгать…

Что я мог сказать ей? Элджер относился ко мне лучше, чем следовало бы, потому что мы были друзьями. Я похищал несчастных отпрысков-рабов в попытках освободиться сам. Сила, которой я обладал, росла из ненависти и ярости. Если начну объяснять, ничего путного из этого не выйдет. Оливия только растеряется и запаникует…

— Хм. Вполне возможно. Хотя вообще-то Элджер был жутким вруном. Помню, однажды, когда мы были в Париже, он обещал мне голову Наполеона в качестве сувенира. Голову-то принес, только вот на Наполеона она не смахивала даже отдаленно. Оказалось, Элджер пробрался в спальню Жозефины, думая найти там этого великого человека, но в итоге просто украл одного из ее любовников.