Искушение вампира - Рэйвен Харт - Страница 76

— Не смей!..

Ридрек коршуном налетел на меня, но я успел заткнуть горлышко большим пальцем и спрятать флакон обратно в карман.

— Нет? Ну ладно, возьми его! — крикнул я и швырнул пузырек ему в грудь.

Вот только пузырек-то был другой. Не с кровью вуду, а со святой водой, презентованной мне Конни. Жадные пальцы Ридрека ухватили бутылочку и раздавили стекло. Брызги разлетелись в разные стоны, щедро окропив Ридрека и Уильяма.

Закон Мэрфи: невозможно прицелиться святой водой. А эта вода, кажется, была высокооктановой. Ридрек взвыл и начал извиваться, словно тасманский демон из мультика, какие показывают по утрам в субботу. Только этот демон вдобавок орал и дымился. Уильям скорчился на полу у ног Ридрека. Я подался вперед, чтобы помочь ему, но не успел сделать и двух шагов, как начались странности. Сперва я почувствовал запах корицы, ванили и рома…

Лалия.

Едва чистая кровь Лалии смешалась с моей собственной, артерии словно вспыхнули огнем. Думаю, нечто подобное чувствуют наркоманы, втыкая иголки себе в вены. Наконец-то я в полной мере понял, что значит «поймать кайф». Шипение сменилось нежным напевом, и страх прошел. Мой дух — или то, что от него осталось, — начал разрастаться, стремясь вверх, словно тело было недостаточно велико, чтобы его вместить. Выше, выше… В скором времени я смотрел на извивающегося Ридрека сверху вниз. Черт! Мне доводилось встречаться с самыми разными опасностями и самыми гадскими негодяями, но никогда прежде я не имел дела с угрозой, исходившей изнутри меня самого. То, что поселилось там, могло уничтожить все — и тело, и проклятую душу, — а могло сделать великаном десяти футов ростом.

Но Лалия не причинит мне вреда. Ее шепот раздавался под моей кожей — шепот душ ушедших предков, живущий в стенах домов их пра-пра-пра-внуков. Нет, она не причинит мне вреда. Лалия защитит свою собственность, даже если ей придется перекинуть меня в иное измерение.

Прикоснувшись к каждой клеточке тела, могучая чистая сила вышла из моего рта. Звук, раздавшийся при этом, вызвал странный эффект. Ноги Рени коснулись пола, и она побежала к Мелафии. Они упали на колени, глядя вверх — на меня. Их губы шевелились, словно в молитве. Уильям перестал корчиться. Я не знал, мертв ли он или же просто потерял сознание. В голове осталась одна-единственная мысль.

Я должен остановить его.

Я с трепетом наблюдал, как моя рука поднимается и указывает на Ридрека. Из пальца повалил зеленовато-желтый дым, окутав моего противника. Отчетливо запахло серой. Все-таки интересная штука эта магия вуду. Пока я раздумывал, что дым может сделать старому вампиру, из-под моих ногтей вырвался огонь. Мерцающие языки пламени прошли сквозь дымные кольца, окружив Ридрека, отчего тот приобрел сходство с украшенной свечами рождественской елкой. Теперь Ридрек вращался медленнее, пламя замерло в нескольких миллиметрах от одежды вампира.

Ридрек оказался в ловушке.

Я уменьшился до своих нормальных размеров, но все еще чувствовал себя огромным автомобилем, прущим на зеленый свет. Подойдя к Уильяму, я поднял его. Уильям нуждался в помощи. Я всего лишь хотел стать таким же сильным, как он… Внезапно мне на глаза попался полупустой флакон с кровью вуду. Я поднес ее к губам Уильяма и произнес с каким-то странным акцентом: — Пей до дна.

Уильям открыл глаза и уставился на меня.

— Ты вернулся, — будто в предсмертном бреду прошептал мой создатель.

Я не был уверен, что он разговаривает со мной. Уильям походил на призрака. От святой воды половина его лица словно расплавилась. Раны на шее и груди по-прежнему кровоточили.

— Ну, давай же, пей, — настаивал я. — Он сделал маленький глоток. — До дна, — приказал я.

Хотя мне и понравилось быть выше всех, одного раза вполне достаточно. Пусть и Уильям взглянет на вместилище дикого духа Лалии.

Я залил ему в рот остатки крови из флакона. Казалось, опасность миновала. Ожоги от святой воды начали затягиваться. Из груди Уильяма донеслись странные булькающие звуки: плоть срасталась с плотью. Это походило на дьявольское чудо — если такое вообще возможно. Полная противоположность тому, что Уильям сделал для меня на поле брани. Плата. Погашение долга. Кровь за кровь.

Я прислонил Уильяма к ближайшей стене и протянул пузырек Мелафии. Потом я присел на корточки, и Мелафия с Рени кинулись ко мне, едва не повалив на пол.

— Маман… — радостно прошептала жрица вуду, крепко обняв меня. В ее глазах стояли слезы. Мелафия облегченно вздохнула. — Маман Лалия, вы с Джеком спасли всех нас.

Не знаю, что Мелафия искала в моих глазах, но ей требовался ответ.

— Я… — вот и все, что мне удалось сказать. Рене все еще обнимала меня за шею.

— Я всегда рядом, — сказала Лалия моими губами. — Иди ко мне, детка. Дай посмотрю, что этот плохой дядя сделал моей крошке.

Я осторожно высвободился из объятий Рени. Пусть Лалия сама сделает все, что надо.

Кровь, — сказала она мне. Я поводил пальцем по горлышку пузырька, пока он не стал влажным и красным. Затем помазал рану на руке девочки. Она зажила мгновенно. Вокруг нас разлился запах корицы и ванили.

— Спасибо, моя милая. Теперь все хорошо.

Рене коснулась моей руки крошечными пальчиками.

— Спасибо, маман.

— Я знаю, что ты хорошая девочка и слушаешься маму. В скором времени ты будешь похожа на меня, да? И поможешь спящей богине найти свой путь?

— Да, маман.

— Все верно. Нечего бояться. Моя кровь охраняет тебя и всех, кто вокруг…

— Джек? — Уильям потряс меня за плечо. — Отнеси Рид-река вниз, в туннели. Я разгребу тут это дерьмо, а потом мы доставим его на речной склад.

Прежде чем я успел спросить, как он себе это представляет, Уильям взял флакон из моей руки и направился к неподвижным телам вампиров. Он смазывал их рты и раны каплями крови вуду, и они исцелялись, постепенно начиная приходить в себя. А я-то думал, что с ними все кончено.

Звон стекла заставил меня обернуться. Уильям заставил разбитую люстру подняться в воздух. В тот момент, когда она долетела до потолка, Уильям взмахнул рукой — не хуже, чем Ридрек, — и люди в зале очнулись от своего странного оцепенения. И в этот миг люстра снова рухнула на пол и разбилась в второй раз. Мой босс, как обычно, все предусмотрел.

Через минуту мы спускались по лестнице, ведущей в подвал. Мелафия шла впереди, все остальные — кроме Уильяма и Тоби — следовали за ней. Я замыкал процессию, Ридрек плыл за мной, точно воздушный шарик. Всякий раз, как он полетал слишком близко к потолку или стене, в воздухе вспыхивали яркие искры. Надо быть осторожнее, иначе мы рискуем поджечь дом, подумал я, а потом, используя зрение Лалии, мгновенно нашел вход в туннель, скрытый за пыльной стойкой для бутылок в восточной части подвала.

Пока мы толпились в подвале, Оливия коснулась моего лица, словно увидела меня впервые.

— Ишь ты! Кажется, у тебя под кожей бушует гроза. Удивительно, как одежда не загорается. — Она в шутку обнажила клыки. — Хотела бы я знать, какова эта сила на вкус.

Ее взгляд переместился к Ридреку, неподвижно висевшему в воздухе.

— Наверху мне не удалось попробовать.

Я ощутил, как дух Лалии снова вздымается во мне.

— Держи зубки при себе. Ты поступила очень опрометчиво, попытавшись совладать с Ридреком, — сказала Лалия. — В ту ночь, когда ты явилась в Саванну, капитан дал тебе кровь. Именно она и спасла тебя, иначе ты бы не выжила. Так что больше не делай глупостей.

Уильям

Нам потребовались два часа и вся сила обаяния Тоби, чтобы успокоить гостей. Пока Тоби развлекал их историями о великих чародеях и их самых грандиозных провалах, я быстро переговорил с присутствующими городскими чиновниками о проблемах с электропроводкой и нарушении строительных норм. Поскольку никто из смертных не пострадал, они были не прочь продолжить вечеринку. Кстати, я использовал неприятный инцидент, чтобы еще раз доказать необходимость постройки нового больничного крыла и создания банка крови. Деньги и реклама — так называлась эта игра. Надеюсь, Джек поймет, почему мне пришлось задержаться.