Мое безрассудное сердце - Гудмэн Джо - Страница 15

Джонна ответила не сразу. Она не знала, что ответить, пока с ее губ не слетели слова:

— Вы не будете слишком возражать, если я попрошу вас поцеловать меня?

Глава 3

Декер молчал, внимательно глядя ей в лицо. Просьба была серьезная, вполне искренняя, но он думал, не сожалеет ли уже она об этом.

— Совсем не буду возражать, — ответил он наконец спокойным голосом. Но что за идея пришла ей в голову? Этот вопрос он задал себе. Декер, не вставая со стула, наклонился к ней. Джонна заморгала.

— Нет, — сказала она.

Хотя Декер в равной мере почувствовал и разочарование, и облегчение, на его лице ничего не отразилось. Он замер, сохраняя молчание, затем опять откинулся на спинку стула.

— Хорошо.

— Нет, — повторила Джонна, качая головой. — Вы не поняли.

Разумеется, понять это было довольно трудно.

— Наверное, не понял.

— Вы не могли бы сначала встать?

Он задумался. Очевидно, она желает руководить этим поцелуем. Он с трудом подавил желание расхохотаться и сгрести ее в охапку немедленно. Как это типично для Джонны Ремингтон и как забавно!

— Отлично, — сказал он, поднимаясь со стула. И добавил участливым голосом, надеясь ей помочь:

— Но с такого расстояния я в лучшем случае могу послать вам только воздушный поцелуй.

Она хмуро посмотрела на него, и между ее бровями, похожими на крылья, обозначилась складка.

— Если вы намерены отнестись к этому несерьезно…

— Ну что вы, — возразил он, — ни в коем случае!

Она по-прежнему не сводила с него глаз, высматривая в его чертах хоть малейший намек на насмешку. Но сейчас его лицо выражало только ожидание. Джонна заговорила, пока ее мужество не дрогнуло.

— Вы должны подойти сюда. — И она указала на край стола возле себя.

Декер обогнул угол стола и, не дожидаясь дальнейших указаний, уселся на стол, вытянув перед собой ноги. Его руки небрежно лежали на бедрах.

Джонна с удовлетворением кивнула:

— Да, вот так.

— Так я и подумал, — сухо отозвался Декер. Джонна не обратила внимания на это.

— Не возьмете ли вы меня за запястье? — спросила она. Он протянул руку.

— За оба, — сказала она.

— Нужно выражаться точнее.

— За оба, — повторила Джонна.

Он взял ее запястья в руки. Он знал, что будет дальше, но ждал указаний.

— Вы можете поднять меня на ноги? Декер помедлил.

— Это надо сделать нежно или применить силу?

— Последнее, — ответила Джонна. — Почти порывисто.

Он кивнул с понимающим видом:

— Значит, властно.

Одним рывком он поднял ее со стула, и она оказалась между его вытянутыми ногами. Он все еще сжимал ее запястья и чувствовал, как бешено бьется ее пульс, но затем подумал, что это мог быть его собственный. Слегка наклонив голову, Декер рассматривал Джонну с отчужденным видом.

— А дальше? — спросил он.

— А сейчас вы должны меня поцеловать.

Его лицо начало приближаться к ней.

Ожидая, что губы Декера сейчас прикоснутся к ее губам, Джонна закрыла глаза. Интересно, думала она, насколько это будет отличаться от поцелуя Гранта и вызовет ли Декер какой-нибудь отклик с ее стороны или нет.

Ничего не происходило.

Джонна медленно раскрыла глаза и посмотрела прямо в потрясающие синие глаза Декера.

— В чем дело? — спросила она. Ей было все равно, что голос у нее сорвался и что лицо Декера на мгновение искривилось, когда он заметил это.

— Ну, — ответил он протяжно, — я думаю, какой поцелуй вам нужен.

Джонна нахмурилась:

— Что вы имеете в виду?

— Вы же знаете, что поцелуи бывают разные.

— Разумеется, я этого не знаю, — ответила она строго.

— Не знаете? — Декер выпрямился и чуть отодвинулся. Ее лицо оставалось поднятым к нему, фиалковые глаза были широко распахнуты, губы слегка приоткрыты. Блестящая черная коса все так же спускалась ей на грудь. На мгновение коса привлекла к себе его внимание, особенно ее вьющийся кончик, повторяющий очертания выпуклостей груди. — Я решил, что это какой-то эксперимент. Я ошибся?

Джонна медленно покачала головой.

— Тогда вы должны знать, какой поцелуй вам нужен.

— Да, но…

— Скажите, — настойчиво проговорил Декер.

Кровь бросилась ей в лицо. Она хотела отпрянуть, но он крепко держал ее за руки. Расстояние между ними вновь исчезло. И когда она хотела заговорить, он закрыл ей рот своими губами.

Он ожидал, что Джонна вздрогнет и станет сопротивляться. Декер сжал ее бедрами, чтобы не дать высвободиться, и не отпускал ее запястий. Губы у нее были теплые, и на них все еще сохранился вкус молока. Он подумал, что этот вкус может ему понравиться, и сильнее прижался к ее губам.

Напряжение ее спало, он почувствовал, как она пытается отвечать на поцелуй. Он провел языком по ее верхней губе, потом по краю зубов. Рот ее открылся шире, и Декер почувствовал, что у нее перехватило дыхание. Она прижалась к нему, и он ощутил сквозь одежду ее груди. Если она прильнет еще крепче, то ощутит, как он возбужден. Наверняка к этому она не готова. Весьма неохотно он прервал поцелуй.

— Это — только один из поцелуев, — сказал он, к своему удивлению, твердым голосом. — Есть и другие.

Джонна медленно открыла глаза и увидела, что Декер изучает ее с раздражающей откровенностью.

— Этого вполне достаточно, — возразила она.

— Так я и подумал. Поэтому и начал с него. Декер наклонил голову, но Джонна отвернулась.

— Я думаю, что одного поцелуя было вполне достаточно, — сказала она. — Нет необходимости повторять. Он пожал плечами.

— Я бы не возражал.

— Я возражаю. — Она бросила взгляд на его руки, все еще сжимавшие ее запястья. — Теперь вы могли бы меня отпустить.

— Мог бы.

Джонна резко повернула голову.

— Это не совет.

Декер по-прежнему удерживал ее.

— Знаете, мисс Ремингтон, вы могли попасть в большую беду, предложив мужчине поцеловать вас. Подумайте об этом в следующий раз, прежде чем делать такое предложение. — Услышав это предупреждение, она напряглась, но ничего не ответила. — Прекрасно! Как вы понимаете, больше экспериментов за мой счет не будет. — И отпустив ее запястья, Декер дал ей возможность отступить назад. Потом скрестил руки на груди и задумчиво посмотрел на Джонну. — Вы узнали то, что хотели узнать?

— Да, — спокойно сказала она, — узнала.

— И что?

— Этот эксперимент был поставлен вовсе не над вами, капитан Торн, а надо мной. — Она отвернулась. И тихо, скорее для себя, чем для него, добавила:

— Я думаю, что замужество вообще меня не устраивает.

И она ушла.

На следующий день доктор Харди навестил своего пациента и объявил, что тот может приступить к исполнению своих обязанностей. Хотя врач сказал, что он сам известит об этом Джонну, Декер не захотел лишать себя этого удовольствия. Он слышал, как она уехала в гавань еще затемно, и не мог понять, ложилась ли она вообще спать. Сам он не спал.

— Однако, наверное, вам лучше написать что-нибудь, — сказал он врачу. — Она может мне не поверить. Харди рассмеялся:

— Совершенно верно! Вы хорошо ее знаете. Декеру вспомнились Слова, сказанные Джонной вчера на прощание. Совсем он ее не знает.

— Достаточно хорошо, — проговорил он, чтобы переменить тему.

Он подождал, пока врач напишет заключение, и как только тот ушел, начал упаковывать вещи.

Джонна сидела за письменным столом, когда секретарь доложил о приходе Декера. Она не встала ему навстречу.

— Врач вас смотрел? — спросила она.

— Уверен, что здесь не обошлось без вашего участия. Его первый визит был ко мне. — Внезапно Декер обратил внимание на лицо Джонны. Оно было бледно, а губы крепко сжаты, скорее от боли, чем от осуждения. — Как вы себя чувствуете? — поинтересовался он. — Может быть, я могу…

Она отмахнулась от его заботливости и опустила руку на колени. Теперь обе руки были спрятаны от его взгляда. Сплетя пальцы, она сжала их с такой силой, что костяшки побелели. Это отвлекло ее внимание от дергающей боли в лодыжке.