Мое безрассудное сердце - Гудмэн Джо - Страница 37

— Я это видел, — ответил Декер. — У меня другой взгляд на эти вещи в отличие от Колина, поэтому их очарование я оценить не могу.

При упоминании имени Колина нарочитый блеск в фиалковых глазах Джонны потускнел. Она разгладила салфетку, лежащую у нее на коленях, чтобы скрыть нервные движения пальцев.

— Моя мать учила Колина разбираться в садоводстве, — сказала Джонна. — Она любила цветы. Мне кажется, что большую часть этой любви она передала ему, а не мне. Но я никогда не думала, что нужно иметь какой-то особый взгляд, чтобы оценить красоту или очарование. Вы ведь знаете, что вам нравится?

Декер выдержал взгляд Джонны.

— Да, — ответил он. — Я знаю, что мне нравится.

— Значит, и у вас такой же взгляд, — просто сказала она. Он не отвел взгляд, и Джонна, опустив глаза на тарелку, взялась за вилку. — Но если вы говорите о том, как разбить сад или украсить его, то тут нужен взгляд художника.

— Как у Колина.

Джонна опять почувствовала, как сердце у нее забилось быстрее. Свободную руку она приложила к груди, где под платьем и сорочкой прятался медальон из слоновой кости.

— На самом деле я думала о вас, — возразила она. — Ваш подарок — это произведение искусства. — Она отняла руку от груди и принялась за еду. — Я бы сказала, что вкус у «вас не хуже, чем у вашего брата.

Интересно, подумал Декер, заметила ли она, что впервые отдала ему должное, сравнивая с Колином. И ему показалось, что проглоченный кусок чем-то вкуснее предыдущего. Может быть, привезти Джонну в Роузфилд — это идея, ниспосланная свыше.

Его невестка определенно сказала бы, что так оно и есть. Мерседес предлагала ему привезти сюда Джонну почти год назад.

Глава 7

Колин Торн вышел из экипажа. Снег хрустел у него под ногами. Его светлые волосы сверкали на солнце, словно шлем из солнечных лучей. Темные глаза Колина составляли поразительный контраст с этими волосами. Он повернулся, чтобы предложить руку еще одному пассажиру, и улыбка смягчила очертания его лица с квадратным подбородком.

Мерседес Лейден Торн с благодарностью оперлась о руку мужа. Выбраться из экипажа для нее было не так-то просто. Очертания ее гибкой, изящной фигурки были отягощены беременностью. Она была на седьмом месяце. Ее тонкая талия исчезла к атому времени, и она уже не могла видеть свои собственные ножки. Поэтому она чуть было не оступилась на ступеньках кареты.

Колин легко подхватил ее и поставил перед собой. Капюшон плаща упал с ее головы, обнажив густые шоколадного цвета волосы. Серые глаза ее смеялись, когда она подняла голову, а в ее открытой улыбке таился смех.

— Незачем смотреть на меня так свирепо! — сказала Мерседес. — Со мной все в порядке.

Темные глаза Колина все еще оглядывали жену с головы до ног. Он вовсе не рассвирепел, просто испугался.

— У меня чуть было не разорвалось сердце из-за вас, мадам. Отныне я буду повсюду носить вас на руках.

Откуда-то из-за его спины раздался знакомый смешок.

— Однако я лучше пощажу свою спину, и пусть он вас отнесет в дом. — С этими словами Колин отступил в сторону, и Мерседес увидела Декера.

— Понти! — Она тут же оказалась в его объятиях. Ее руки обняли его за шею, и он приподнял ее. — Ах, отпустите меня! Вы надорветесь!

Декер завращал глазами, глядя на брата:

— Она может поместиться у меня в кармане и еще беспокоится, как бы я не надорвался! Я крал кошельки, которые весили куда больше, чем она.

Колин, усмехнувшись, посмотрел на жену и хлопнул брата по спине.

— Он отнесет тебя. Желаю веселой прогулки.

Мерседес бросила взгляд на мужа через плечо Декера и сказала с милой улыбкой:

— Я уверена, что так и будет.

Брови Колина поднялись при виде ее самодовольной и кокетливой улыбки.

— Можете дразнить меня, мадам, и, однако, смотрите за своим кошельком.

— Я буду смотреть вперед, — мягко сказала она. Декер, смеясь, взбежал на верхнюю ступеньку.

— Я понял, почему тебе захотелось поберечь силы, братец. Она же просто наказание!

Слуга держал перед ним дверь распахнутой, и Декер, войдя в холл, опустил Мерседес на ноги.

Колин потопал ногами и стряхнул с волос снежные хлопья.

— В эти дни она больше чем наказание, — сказал он. — И всегда последнее слово должно остаться за ней. — Он отдал слуге свой плащ. — Могу сообщить тебе, Декер, что она не собирается быть… — Он смолк, вдруг увидев Джонну, стоящую на широкой лестнице.

Колин прошел мимо жены и брата, не задумываясь над тем, что они смотрят на него.

Джонна оперлась рукой о перила, словно не надеясь на крепость своих ног. Она так и осталась стоять на ступеньках лестницы и смотрела на приближающегося Колина.

Декер хотел было шагнуть вперед, но Мерседес положила руку ему на плечо, и этот легкий жест остановил его. Мерседес тоже смотрела на молодую женщину с интересом, но в отличие от Декера не торопилась вмешиваться.

Колин начал подниматься по ступенькам, и настороженность исчезла из фиалковых глаз Джонны. Ее осторожная улыбка стала широкой, открытой, искренней. Годы, проведенные в разлуке, исчезли, и Джонна пылко бросилась в объятия Колина, забыв о всякой сдержанности.

— Боже мой!.. — прошептал Колин, крепко обняв ее. — Вы действительно здесь, — проговорил он ей в самое ухо. — Я не поверил, когда вчера вечером получил известие. Я решил, что произошла какая-то ошибка.

Джонна отпрянула, смеясь и немного задыхаясь. Она не сводила глаз с его лица, пытаясь рассмотреть произошедшие в нем перемены, и нашла, что он изменился к лучшему. Улыбка его стала свободнее, а темные глаза утратили холодность. Выражение его лица ясно говорило, что он рад ее видеть, и он не скрывал своего счастья. Это чувство редко связывалось в сознании Джонны с Колином, и она поняла, что в основе этого счастья лежит что-то более глубокое и постоянное, чем ее внезапное появление в его жизни.

— Никакой ошибки, — просто сказала она. Колин потряс головой, словно все еще никак не мог поверить в это. Он обернулся к Декеру.

— Как тебе удалось вытащить ее из Бостона? — спросил он. — Каждый раз, когда я делал ей такое предложение, она упорно отказывалась.

— Боюсь, что я ее похитил.

Колин усмехнулся.

— Я готов тебе поверить. — Он опять посмотрел на Джонну. — Ему, наверное, пришлось вас нокаутировать, чтобы посадить на корабль.

Ее улыбка стала заметно сдержаннее.

— Что-то вроде этого. — Джонне удалось сказать это с легкостью.

Колин взял ее под руку и помог сойти вниз.

— Джонна боится воды, — объяснил он Мерседес. — Всегда боялась. По крайней мере так было. Она отказывалась ступить на борт своего корабля, как только он покидал берег.

Джонна чувствовала на себе взгляд Декера, но не смотрела в его сторону. Пытаясь скрыть ощущение неловкости, она улыбнулась Мерседес.

— Как я рада, что наконец познакомилась с вами! — сказала она. — Колин столько писал о вас, что в конце концов мне стало казаться, что я знаю вас много лет.

Мерседес слегка наклонила голову. Улыбка ее была располагающей и приятной.

— Я приготовила такое же приветствие, — сказала она бесхитростно. — Уверена, что у нас с вами есть кое-какие секреты. Он не может знать о нас все. — И, взяв Джонну за руку, Мерседес отвела ее в сторону. — Например, — продолжила она тоном заговорщицы, — известно ли вам, что…

Колин напрасно напрягал слух, пытаясь уловить, что выбалтывает его жена, но шаги Мерседес заглушали ее голос. Колин смотрел вслед Мерседес и Джонне, удаляющимся в библиотеку, и повернулся к Декеру.

— Как тебе удалось привезти ее сюда, черт возьми? — спросил он.

— Я же сказал: я ее похитил.

На этот раз эти слова были встречены без улыбки. Колин оценивающим взглядом окинул лицо брата. На этом лице не было обычной легкой усмешки, а ярко-синие глаза смотрели на редкость холодно и серьезно.

— Так ты говоришь серьезно? — догадался Колин.

— Половина складов компании «Ремингтон» сгорела дотла, — сказал Декер. — И сама Джонна чуть не сгорела. У меня не было другого выбора, как только увезти ее из Бостона.