Мое безрассудное сердце - Гудмэн Джо - Страница 48

— А-а, — мягко отозвался он, выгнув дугой бровь. Это признание показалось ему вполне правдоподобным. — Значит, ты решила одолеть свой страх и вышла на палубу при килевой качке, никому не сказав об этом. Ты могла упасть за борт — прямо в Атлантический океан.

Это дошло до нее с запозданием.

— Я стояла очень далеко от борта. Я не такая смелая, как тебе кажется.

Декер почти улыбнулся. Трусость не сочеталась с Джонной.

— Твое бесстрашие граничит с безрассудством. — Он смягчил свои слова поцелуем. Ее губы раскрылись навстречу ему. Ее дыхание было жарким и сладким. Он почувствовал, что она рада этому поцелую, а не просто позволяет себя целовать. Ему захотелось продлить поцелуй, в надежде, что за ним последует и другое, а возможно, и большее. Хотелось ласкать Джонну при дневном свете, видеть ее бледную кожу, розовеющую от солнечных лучей, смотреть, как на ее лице без ночного покрова отражается наслаждение, которое она испытывает.

Его тело напряглось, но Декер встал, не подавая вида, чего ему это стоило. Только прошлой ночью он сказал самому себе, что в следующий раз любовную игру должна начать Джонна. Интересно, сколько времени придется ему хранить верность обету, о котором знает только он один? Декер вздохнул. Возможно, дольше половины суток. Он усмехнулся над собой. Он вполне способен быть таким же бесчувственным, как и Джонна.

— Вот что, — проговорил он, помогая ей встать. — Если ты уверена, что это тебе по силам, я сам отведу тебя на палубу. Мы пройдем всего несколько шагов, и ты будешь держаться за мою руку.

Джонна раньше думала, что будет благодарна ему за такую возможность, но сейчас она заколебалась.

— А что, если я опять упаду в обморок?

— Тогда я принесу тебя сюда, а завтра, если ты захочешь, мы попытаемся еще раз. Или послезавтра.

— Но команда… Мне не очень-то хочется, чтобы они поняли, что я боюсь воды. Это произведет неважное впечатление, не так ли? Что они подумали обо мне?

— Они подумали, что ты потеряла сознание из-за меня, когда я повис на снастях. Они и так уже злятся на меня и поругивают за то, что я тебя испугал. — Он увидел, что ее глаза широко раскрылись и в них мелькнул страх. — Не волнуйся. Я не сказал им, что моя возможная кончина произвела бы на тебя совсем другой эффект.

— Это не правда, — тихо проговорила молодая женщина, пряча глаза. — Я не желаю тебе зла.

— Но желала, чтобы я исчез.

— Что-то вроде этого.

Декер кивнул. Он и не ожидал ничего лучшего, чем такой ответ.

— Так пойдем наверх? Команда хочет видеть, что ты чувствуешь себя лучше. Они, наверное, простят меня, если увидят тебя рядом со мной.

— А что, действительно тебя кто-то ругал? — с подозрением спросила она.

— Втихомолку.

— И сердито смотрели?

— Сплошь и рядом.

— Вот как!

Ее удивление пришлось ему по душе.

— Они восхищаются тобой, Джонна. Они скорее вздернут меня на рее, чем позволят причинить тебе вред. — Он встал и протянул ей руку. — Готова?

Она не была готова, но без всяких колебаний подала ему руку, и он помог ей встать.

— Не больше ярда от двери, — сказала она. — Я хочу пройти именно столько. А если я от качки зашатаюсь, поддерживай меня. Но не нужно брать меня на руки. Я не хочу никому показывать, что не переношу качку, поэтому не суетись.

Пока они шли по трапу, Декер дал Джонне возможность высказать все пожелания и указания. Они дошли до узких ступенек, ведущих наверх, и он приложил к ее губам палец. Она тут же замолчала. Довольный, Декер накинул ей на голову капюшон плаща. На мгновение его руки задержались у ее щек, заключив ее лицо в раму из его ладоней.

— Впереди или сзади? — спросил он.

— Что?.. — Она удивленно взглянула на его лицо, на синие глаза, смотревшие на нее решительно и настойчиво. Она не поняла, о чем он спросил.

— Ты хочешь идти сзади меня или впереди?

Она решала, что ей больше подходит: чтобы ее тащили или подталкивали.

— Впереди. — Джонна заметила, что Декер не удержался от улыбки. Наверное, подумала она, он, зная ее характер, ожидал именно такого ответа. Но он не мог знать, что она хотела бы упасть в его объятия, а не на пол, когда потеряет сознание от страха.

Декер легонько подтолкнул Джонну в спину. Результат превзошел все ожидания. Джонна оказалась наверху лестницы, даже не успев подумать над своими действиями, и Декеру пришлось поспешить за ней. Он едва успел схватить ее за плащ, чтобы удержать от дальнейших шагов. Декер потянул плащ на себя, резко остановив ее, и Джонна задрожала, как напряженная струна.

На нее сразу обрушилась масса впечатлений: свет зимнего солнца, удивленные возгласы экипажа. Ей стало трудно дышать. Декер стоял позади нее, сомкнув руки у нее на талии. Она почувствовала, как он слегка подталкивает ее голову своим подбородком, и услышала тихое приказание:

— Дыши.

Джонна втянула в себя воздух. Холодный ветер Северной Атлантики наполнил ее легкие так, что она едва могла вздохнуть еще раз. На языке она ощутила замерзшие морские брызги.

— Улыбайся!..

Она приподняла утолки губ.

— Открой глаза.

Тут ее напряженная улыбка превратилась в искреннюю:

— Они и так открыты!

— Ты ничего не боишься. Ты можешь посмотреть вокруг?

Джонна осмелилась перевести глаза с одного члена экипажа на другого, но голова ее не шевельнулась. Когда она заговорила, губы ее двигались с трудом:

— Нет, я не могу по…

Тут клипер качнуло, и Джонна почувствовала, что теряет равновесие.

— Расставь ноги!

Эти слова, произнесенные интимным шепотом, заставили Джонну обернуться:

— Что?!

Декер усмехнулся. Он поднял руки, чтобы помочь ей удержать равновесие.

— Нужно повернуться навстречу волне, — объяснил он. — Тогда ты будешь тверже стоять на ногах.

Джонна стыдливо поджала губы.

— С этого надо было начать, — заметила она.

— Конечно, нужно было, — с легкостью согласился он, — но в таком случае ты осталась бы такой же неподвижной, как деревянная фигура на носу «Охотницы». С одеревеневшими руками… одеревеневшими ногами… — В его синих глазах играла откровенная насмешка. — С деревянной шеей.

Джонна подивилась его умению заставлять ее смеяться над собой.

— Как ты это делаешь? — изумилась она.

— Что?

Она смущенно покачала головой:

— Ничего.

Напряжение ее ослабло. Джонна повернулась в кольце его рук и совершенно естественно оперлась на него. Она уже смогла кивнуть головой в ответ на приветствия мистера Лидса и удивленного Джереми Додда. Когда корабль опять качнуло, она сразу же перенесла центр тяжести с одной ноги на другую.

— Я хочу подойти к поручням, — заявила она.

— Ты уверена?

— Нет, — честно призналась Джонна. — Но именно это я собираюсь сделать.

Свежий ветер раздувал плащ Джонны, облепляя юбку вокруг ног. Но, подойдя к борту, она содрогнулась не от ледяного ветра, а от ужаса. Куда бы она ни бросила взгляд, повсюду были видны только водяные валы с белой пеной. Когда волна подбрасывала «Охотницу» вверх, поручни, казалось, опускались так низко, что ей представлялось, будто она сейчас переступит через них и исчезнет в пенной, бурлящей воде.

— Выше голову! — сказал Декер. — Взгляд на горизонт.

Но для этого надо было опять открыть глаза. С минуту ей казалось, что лучше всего будет с силой зажмурить их, но Джонна раскрыла глаза. Рука Декера держала ее за плащ. Поняв, что он не собирается ее отпускать, она почувствовала себя в безопасности.

— Положи руки на поручень.

Джонна подчинилась.

— Дыши.

Что-то похожее на улыбку мелькнуло на ее лице. Хорошо, он напомнил ей о том, что она забыла. Она прерывисто втянула в себя воздух и посмотрела в лицо огромному океану.

— Ты права, что относишься к нему с уважением, — сказал Декер.

Джонна через силу засмеялась:

— Это мягко сказано.

— Ничуть. На борту нет ни одного человека, который не испытывал бы — хотя бы в малой степени — такой же страх.