Мое непреклонное сердце - Гудмэн Джо - Страница 87

Колин и не подозревал, насколько пророческими были его слова.

Через четыре дня «Таинственный» был готов к отплытию, а Сильвия Лейден сбежала в Лондон.

Глава 15

— Ты должен найти ее.

Колин надел куртку и взял Мерседес за руки. Они были как лед. Он слегка сжал их и сказал то, чего она так жаждала услышать:

— Конечно, я найду ее.

— И привезешь домой?

— И привезу домой.

Он посмотрел через ее плечо на открытую дверь, где стояла Хлоя. По его команде близнецы уже убежали на конюшню проверить, готова ли для него лошадь.

— Ты не знаешь, сколько вещей взяла с собой твоя сестра? — спросил он Хлою.

У Хлои были мокрые глаза, а лицо еще бледнее, чем у Мерседес.

— Нет одного чемодана. Сильвия взяла очень мало вещей. — Она закусила губу, чтобы не всхлипнуть. Все ее тело мучительно содрогнулось оттого, что она пыталась сдержать рыдания. — И о чем она только думала?

И было не совсем понятно, о чем печалится Хлоя: то ли о бегстве Сильвии, то ли о том, что та взяла с собой так мало вещей. Колин не стал уточнять.

— Ты хоть представляешь себе, в чем она могла уйти из дому?

Покачав головой, Хлоя промокнула глаза платком. И вдруг распрямилась, воодушевленная пришедшей в голову мыслью.

— Может быть, я посмотрю в ее гардеробе, каких вещей не хватает, — с готовностью предложила она. — Тогда легче будет определить.

— Умница.

Хлоя радостно и нетерпеливо улыбнулась. И тут же поспешила в северное крыло, довольная тем, что теперь, после того как она принесла всем эту дурную весть, хоть чем-то сможет быть полезной.

Колин снова посмотрел на Мерседес. Потом крепко обнял ее и прижал к себе. Он поцеловал ее в темя и погладил густые темные волосы.

— Все будет хорошо, — уверенно сказал он. — Не нужно так убиваться.

Мерседес закрыла глаза.

— Как она могла поступить так безответственно? — прошептала она.

— Ты не должна себя за это казнить.

Она отстранилась от него, улыбнувшись неуверенно и немного виновато.

— О-о, ты меня плохо знаешь. Чтобы снять вину с себя, я пыталась во всем винить мистера Джонса, но потом поняла, что он совершенно не виноват. Ведь он отошлет ее назад, правда? Я думаю, что он добрый человек, он поймет, как мы беспокоимся. Он ведь не возьмет ее к себе на корабль?

Колин был уверен в реакции Обри.

— Он самолично привезет Сильвию в Уэйборн-Парк, — заверил он Мерседес. — Конечно, если будет знать, что она там.

Мерседес помрачнела.

— Что ты имеешь в виду? Как это он не будет знать? Сильвия наверняка явится к нему.

— Совсем не обязательно, если подозревает, что он отошлет ее обратно. Она может подождать, пока «Таинственный» выйдет в море.

— Ты хочешь сказать, что она может тайком пробраться на корабль?

Мерседес не мигая смотрела на Колина. Такая мысль явно не приходила ей в голову.

Он кивнул:

— Это совсем не так трудно, как ты думаешь. Особенно если Сильвия, как я подозреваю, нарядилась в мужскую одежду.

— Но…

— Я верну ее, — перебил он ее. — Даже если корабль уже отплывет. Я верну ее домой.

Она поверила ему, но не могла себе представить, как сможет ждать, пока он вернется.

— Я поеду с тобой.

Это была не просьба, а скорее приказ.

— Нет.

Мерседес в изумлении отшатнулась. Она не ожидала, что Колин может ей отказать.

— Но я могла бы помочь. Две пары глаз лучше, чем одна.

— Нет, — твердо повторил он. — Я не беру карету, а ты не можешь ехать верхом. — Он увидел, как при этих словах у нее опустились плечи. — Один я доберусь быстрее.

Мерседес поняла, что его решение бесповоротно. Споры лишь задержат его отъезд.

— Я чувствую себя такой бесполезной, — тихо сказала она.

— Если ты останешься здесь и будешь в полной безопасности, это будет совсем для меня не бесполезно. А вот если я буду знать, что ты собираешься ехать следом за мной и вынашиваешь какие-то свои планы возвращения Сильвии, то я не смогу полностью отдаться поискам,

Она быстро покачала головой:

— Нет, я не буду делать ничего такого. — Встав на цыпочки, она поцеловала его в губы. — Колин, верни ее домой в целости и сохранности. И не ругай ее слишком сильно. Она влюблена, а это состояние еще никому и ни-когда не прибавляло ума.

Сильвия в Лондоне бывала очень редко. Люди на улице были для нее такими же чужими, как и сами улицы. Она не ожидала ни такой толпы, ни ужасных запахов, ни шума. Это было, безусловно, самое волнующее приключение в ее такой еще короткой жизни.

Менее подготовленная молодая особа уже давно и безнадежно заблудилась бы. Сильвии же удалось добраться до порта, потому что она очень внимательно слушала, как Обри описывал город. Она задавала ему тогда вопросы, казавшиеся совсем невинными, сейчас же все это ей очень пригодилось. Она довольно успешно пробиралась по узким улочкам, справляясь у прохожих, лишь когда теряла ориентир, взятый на заметку во время разговора с Обри.

Жители Лондона были очень любезны, если вообще ее замечали. Пока она пробиралась через рыночную толпу, ее настойчиво просили купить пирожки и колбасу, помидоры и крупу, рыбу и свежесрезанные цветы. Ее реакция на все эти предложения была одинакова. Сильвия неопределенным жестом касалась края своей шляпы, шествуя дальше, стараясь не встречаться взглядом с продавцами и не особенно рассматривать товар.

Весь путь из Уэйборн-Парка до Лондона Сильвия проделала в основном ночью. Так что у нее не было возможности проверить эффективность своей маскировки, пока она не достигла окраины города. Сильвия знала, что ей нечего и надеяться обмануть того, кто вздумает за ней следить, поэтому старалась не привлекать к себе внимания. Переделки, которым она подвергла костюм своего отца, были настолько глупы и несовершенны, что не прошли бы мимо глаз более или менее внимательного наблюдателя. При близком рассмотрении, как совершенно справедливо считала Сильвия, в ней сразу изобличили бы женщину. Очень помогала шляпа, которая затеняла верхнюю часть лица, а так как утро было холодное, у Сильвии был прекрасный предлог обмотать шарфом шею и подбородок. Даже при всех этих мерах предосторожности миниатюрность Сильвии явно бросалась в глаза. Перчатки помогали скрыть ее маленькие ручки, но на спине кобылы, которую она выбрала для путешествия, Сильвия выглядела особенно худенькой и низкорослой.

Сильвии удалось добраться неопознанной до причала через два часа после рассвета. Она испытывала вполне законное чувство гордости за свое предприятие, но первые искорки тревоги и неуверенности уже начали закрадываться в ее душу.

Когда же она увидела это великое множество кораблей, заполнивших все причалы, ее охватила настоящая паника, заставившая судорожно вцепиться в поводья. Она воображала себе, что сможет найти «Таинственный» без особого труда. Теперь же поняла, как глубоко ошибалась. Сотни мачт и парусов на фоне морского горизонта создавали впечатление зимнего леса. А в довершение всего она рассчитала свое время так, чтобы прибыть в порт перед самым отплытием клипера. И теперь ясно видела, что может даже не успеть найти корабль.

Потянув за поводья, Сильвия направила лошадь вдоль набережной.

Моряки и докеры двигались очень целенаправленно и точно. Они подвозили бочки и тюки со складов на пристань, а потом по сходням затаскивали на корабль. Тележки, фургоны, тачки — все это сновало вдоль пристани, подвозя и оттаскивая грузы. Слаженность, ритм и своеобразная музыка скрипов и грохота придавали всей картине какую-то танцевальную красоту. И хотя резкие гортанные голоса рабочих выкрикивали лишь ругань да проклятия, а одежда их была груба и бесцветна, такую потрясающую гармонию трудно было бы наблюдать даже в бальном зале в Брайтоне.

Все внимание Сильвии было приковано к многочисленным кораблям, которые теснились у пристани, поэтому неудивительно, что она чуть не налетела на грузчиков.

— Гляди-ка, — закричал один из них, — какой симпатичный мальчик едет!