Сладостный огонь - Гудмэн Джо - Страница 2

Натан невольно вспомнил о том, что делал полчаса назад, когда эту женщину убивали. Он ждал Бригема, который должен был встретить его в переулке за Кинг-стрит. Если бы Мур не опоздал, Натан своим появлением очень удивил бы убийцу. У него не было иллюзий по поводу того, что он мог бы спасти жизнь женщины. Вероятнее всего, он сам стал бы жертвой.

Бригем закрыл гардероб и протянул Натану немного кружев и носовые платки.

— А она вроде хорошенькая, — сказал он.

— Она мертвая.

— Конечно. Но я имею в виду, что была до этого. — Не получив ответа, Бригем принялся обследовать все уголки комнаты. В ящике прикроватной тумбочки он нашел Библию. — Вот, — сказал он, перебрасывая книгу. — Возьми это.

Натан едва успел подхватить Библию и сердито взглянул на Бригема:

— Хочешь, чтобы нас поймали? Если бы она упала на пол, кто-нибудь мог услышать.

— Кто? Я же говорил, что она живет одна.

— А консьерж?

— Сегодня его нет. Он уходит каждую пятницу. Иначе я не предложил бы пойти на это дело.

Натан с облегчением вздохнул и раскрыл книгу. На фронтисписе было написано имя женщины. Бет Энн Ондайн. Его неожиданно охватила печаль, и он отложил Библию.

— Почему ты ее не берешь? — спросил Бригем.

— Не хочу. Библию следует похоронить вместе с ней.

— Что за вздор ты говоришь? Ей теперь все безразлично.

— Я так не думаю, — спокойно заметил Натан.

— Но за эту Библию можно получить несколько шиллингов.

— И без нее хватит.

— На эти деньги можно купить пистолеты, которые мы видели. И лошадей. Тогда у каждого из нас было бы оружие. И у каждого — по коню: рыжий жеребец для меня и непокорный резвый вороной для тебя. Мы стали бы разбойниками с большой дороги, и больше никто не смотрел бы на нас свысока. Мы одевались бы с иголочки, как Дик Терпин, целовали бы леди, а у джентльменов отбирали бы всякие дорогие вещицы.

Натан покачал головой.

— Я ее не возьму, — решительно заявил он.

— Ведь она всего лишь проститутка. И Библия у нее для виду, не более того.

— Проститутка? — Натан приподнял брови. Бригем никогда не говорил, что они должны были обокрасть проститутку. — Эти побрякушки не могут принадлежать обычной проститутке, — сказал он. — Но кем бы она ни была, это не имеет значения. Она имеет право быть похороненной по-христиански. — Он надеялся, что так оно и есть. И знал, что именно этого хотел бы для себя, когда придет его час. Если Господь может принять проститутку, то наверняка сможет простить и воришку.

— Я не говорил, что она обычная, но она все равно проститутка и ничем не отличается от портовых шлюх. Она была любовницей одного богатого джентльмена.

У Натана громко забухало сердце. Любовница богача! Чтобы поймать убийцу, полицейские будут рыть землю носом. Сам того не желая, он спросил, как зовут этого джентльмена.

— Лорд Чейн…

Натан закрыл глаза и покачал головой. Он повторил имя и выругался.

— Каким местом ты думал, когда затеял это дело? Ограбление любовницы лорда Чейна! Да ведь если поймают, каторга нам обеспечена! И никому не будет дела до того, мы или не мы убили ее!

— Не дрейфь! Он придет сюда не раньше чем через час или около того. По пятницам Чейн никогда не приходит раньше десяти.

Что касается Натана, то ему казалось, что они и без того задержались здесь слишком долго. Он не зря славился быстротой и чистотой исполнения своей работы. Сегодня же вечером одна промашка следовала за другой.

— Идем. Я взял все, что нужно. — Он направился к окну, но тут увидел, как Бригем опустился на пол и заполз под кровать. — Ты что делаешь? Нашел время дурачиться…

Засунув под кровать руку, Мур извлек оттуда какой-то предмет.

— Кинжал! — с торжествующей улыбкой воскликнул он, держа в пальцах клинок с рукояткой, инкрустированной речным жемчугом.

— Положи на место, — приказал Натан, чуть не топнув ногой от отчаяния.

Бригем и ухом не повел.

— Ты только взгляни! Какой красавец! — восхищался он, разглядывая окровавленный кинжал при свете свечи. — Дайка мне свой мешок.

Натан, привыкший к распоряжениям Бригема, не раздумывая повиновался. Бригем вытащил оттуда один из украденных носовых платков и стер с кинжала кровь.

— Я его хочу, — твердо заявил Мур. — Я еще никогда ничего подобного не видел.

Серые глаза Натана округлились.

— Но ведь с помощью этой штуки ее убили!

— Я его хочу, — повторил Мур.

Тут уж ничего не поделаешь. Глядя, как Бригем засовывает в мешок сначала обшитый кружевом платок, потом кинжал, Натан смущенно переминался с ноги на ногу. Пусть он был мастером воровского искусства, но Мур старше, намного опытнее, тем более он главарь.

— Не понимаю, зачем он тебе. Ты ведь даже не знаешь, как пользоваться таким кинжалом.

Бригем приподнял бровь.

— Я мог бы без труда перерезать им тебе горло, — заявил он и, обняв своего напарника за плечи, рассмеялся. — Но какая от этого выгода? Ты ведь самый ловкий вор. Другие пацаны и в подметки тебе не годятся. — Мур почувствовал, как напряженное тело друга понемногу расслабляется. — Так-то лучше. Если тебя это успокоит, то знай, что это и не кинжал вовсе. Это нож для вскрытия писем. — Он указал жестом на бюро, на крышке которого лежало множество бумаг. Натан подумал, что мисс Ондайн, наверное, застали врасплох. Она сидела за бюро и отвечала на приглашение или писала записку любовнику. Может быть, она пыталась защищаться этим ножом? Он с трудом прервал свои размышления.

— Идем.

— Ладно, — сказал Бригем, направляясь к окну. — Задуй свечи. В темноте легче будет смыться. Я иду первым. — Он поднял оконную раму и занес ногу на подоконник. Оглянувшись на Натана, он заметил, что в ясных серых глазах парнишки блестят слезы. — Ты хотел идти, так идем. Не раскисай и не распускай нюни.

— Она могла бы быть моей мамой, — тихо сказал Натан, не двигаясь с места.

— Или моей. Ведь она была проституткой, — с горечью добавил Бригем.

Прикрыв простыней безжизненное тело Бет Энн, Натан последовал за своим приятелем. Спустившись на улицу, мальчишки растворились в темных переулках, которые были их домом.

Двадцать три дня спустя, когда Натан работал в толпе гуляющей публики в Воксхолл-Гардензnote 3, его схватили полицейские. Все это могло бы закончиться небольшим сроком тюремного заключения, если бы в каблуке его башмака не была найдена брошь-камея. Тонкую резьбу по слоновой кости и филигранную золотую оправу сразу же опознали, потому что она в точности соответствовала описанию одной из драгоценностей, исчезнувших из дома мисс Бет Энн Ондайн.

Его судили судом присяжных за убийство мисс Ондайн. В течение нескольких дней он видел в задних рядах переполненного зала суда лорда Чейна, который пытался казаться лицом незаинтересованным, но Натан заметил, что этот человек совсем сломался. Он понял, что Бет Энн была любима, и ему захотелось заорать во все горло, что он не убивал ее, что ему предъявлено ложное обвинение. Однако Натан не заявил о своей невиновности, не опротестовал обвинение ни перед своим адвокатом, ни перед присяжными. Не могло быть и речи о том, чтобы назвать имя Бригема Мура как своего соучастника. Натан даже не мог допустить мысли, что Бригем вдруг появится в зале суда и заявит, что Натан не виноват.

Однако Бригем именно это и сделал. Он был взят под стражу и осужден за соучастие в грабеже. Его приговорили к четырем годам, Натана — к двадцати. Их навсегда выслали из Англии на каторжные работы в Австралию…

— Похоже, на этот раз мы отправимся на другой конец света. Я слышал, что место назначения называется Землей Ван Дьемана, — сказал Бригем, глядя сквозь зарешеченное окно кареты на виселицу, устроенную во дворе.

Натан знал, что именно видит его приятель. Он понимал, что без помощи Бригема его, возможно, ждала смертная казнь через повешение.

— Почему ты это сделал? — спросил он.

— Ты мой друг, не так ли? — просто ответил Мур. — Не мог же я позволить, чтобы ты пошел на каторгу один. Кто бы за тобой присматривал? — Он опустился на пол и, широко улыбнувшись, склонил голову набок. — Кстати, в тех местах добывают золото, разве ты не слышал?