Воссоединение (ЛП) - Боган Эливан - Страница 38

После того, как в трапезном зале узнали, что Ламгратона и всю его свиту сопроводили до самой гавани воины Тагвира, и он отплыл от берегов Силмела, ужин, затянувшийся до глубокой ночи, наконец, закончился. Все говорили только о Венсалор. Никто не решался спрашивать о ней у Тивелин. Она сидела недвижно с окаменевшим лицом и не замечала того, что происходит вокруг. Королева о чём-то думала, и эти мысли не давали ей покоя: даже Свеламин, задавая вопросы, не получала ответов. В зале же говорили не смолкая, но после заявления Ламгратона, старались не шуметь. Отовсюду доносились обрывки речи, в которых ясно различались два имени: Ламгратона и Венсалор. Но и эти разговоры, кажущиеся бесконечными, вскоре прекратились. Гости устали и начали расходиться.

Первое утро праздника в Силмеле обещало по-летнему тёплый день. На синем небе не было ни облачка, громко пели радующиеся солнцу птицы.

Фобди всё утро не отходил от Свеламин, слушая рассказ об эльфийских землях и утомляя вопросами, пока принцесса не отослала его к гостям.

— Посмотри, какой день чудесный! — сказала принцесса, выглядывая из окна своей спальни, вдыхая запахи наступающей осени, — Плофорд и Норс будут рады, если ты сопроводишь их и покажешь Силмел.

— Я вчера им всё показал! — недовольно ответил Фобди, — Даже в Ланатвар спускались!

— Они прибыли с эльфийских земель и жили там намного дольше, чем я! Вот кому надо задавать вопросы! — сказала Свеламин, оборачиваясь, но в спальне его уже не было, он побежал разыскивать своих новых друзей.

Фобди нашёл их на террасе, Плофорд и Норс сидели вдвоём на скамейке, обложившись подушками, и смотрели в сторону моря, о чём-то тихо разговаривая.

— А вот и я! — громко воскликнул рыжий, незаметно подойдя сзади. Норс тут же вскочил, а Плофорд только улыбнулся и спросил:

— Спустимся в южный Силмел?

На что Фобди радостно закивал головой. Путь был неблизким, и он надеялся многое выспросить и узнать.

Плофорд и Норс рассказали ему всё, что его интересовало.

— Слышали бы это Флимти и Венсалор! — с сожалением произнёс Фобди, когда уже не знал о чём спрашивать, — А они-то мне не верили!

Услышав знакомое имя, Норс прищурился, а Плофорд со смехом поинтересовался:

— Ты так сильно любишь свою хозяйку, что постоянно её вспоминаешь!

— Я очень скучаю по ним обоим, а Венсалор любят все. Не знаю никого, кто бы желал ей зла или дурно отзывался! — он ненадолго замолчал и перевёл Плофорда и Норса по старому деревянному мосту через Рогнору — они уже миновали ослепивший их фонтанами Ланатвар, и свернули направо.

У моста стоял высокий худощавый юноша, и когда Фобди проходил мимо, он почтительно отошёл в сторону и снял старую выцветшую шляпу.

— Добрый день, — учтиво произнёс он и склонился почти до земли. Фобди от неожиданности отпрянул и схватился за рукоятку кинжала:

— Ты кто?! — спросил он. Юноша, не разгибаясь и не поднимая глаз, быстро ответил:

— Меня зовут Фибар, я рыбак из северного Силмела. Наверное, вы меня уже не помните…

— А как же! Конечно, помню! — обрадовано воскликнул Фобди, — Готовишься к празднику? Рыбак быстро закивал головой:

— Конечно, вся наша семья готовится! С той поры, как младшая дочь Тивелин говорила с нами, дела у нас чудесным образом наладились! Отец мой, Фирад, говорит, что она, подарив ему перстень, подарила ещё и удачу! Теперь мы каждый день вспоминаем Венсалор добрым словом!

Фобди закатил глаза от хвалебных речей, но рыбак вдруг сбивчиво заговорил:

— Я видел, как Венсалор покидала гавань Восходящего солнца!

— Она отправилась на Видамлию! — подтвердил Фобди.

— Знаю, но ведь она до сих пор не вернулась.

Фобди сразу же стал серьёзным:

— И?

— Ещё летом, в самом конце августа, мы с отцом выходили в море… — он запнулся и замолчал, сжимая в руках шляпу. Фобди схватил его за запястье и изо всех сил начал трясти:

— Не тяни, Фибар!

Рыбак оглядел всех троих и собрался с духом, чтобы ответить:

— Мы нашли в море останки какого-то корабля…

— Что?! — вскричал Фобди, — Причём здесь Венсалор?!

— Очень уж они похожи на…

Фобди отшатнулся и сел на край моста:

— Но почему вы не примчались во дворец и не доложили обо всём сразу?

— Как тут расскажешь? Мы, как и все, думали, что старшая дочь погибла, а о младшей, тем более сказать не решились…

— Ты что-нибудь выловил тогда? Хоть какую-нибудь щепку? — спросил Плофорд рыбака. Тот воскликнул:

— Конечно! Дома лежит дубовая доска, правда, совсем небольшая, а на ней узор из позолоты. Знаете, королевские мастера любят украшать обводы корабля изображением варета! — он с любопытством рассматривал Плофорда и Норса. Но они наблюдали за Фобди — он закрыл лицо рыжими руками и зарыдал.

— Подожди, не плачь! — принялся утешать его Норс, усаживаясь рядом, — Чего только в море не найдёшь!

Фобди заметил, что Плофорд смотрит в сторону моря и о чём-то думает. Постояв так немного, он, наконец, положил руку на его подрагивающую спину:

— Посмотрим, что нашёл в море Фибар?

Фобди зарыдал ещё громче. Плофорд обратился к рыбаку:

— Принеси сюда то, что нашёл в море! А мы пока постараемся его успокоить!

Фибар быстро надел шляпу и побежал через мост.

Рыбак очень скоро вернулся, держа в руках объемный светлый свёрток: бухнулся перед Фобди на колени и развернул застиранный тонкий материал. Увидев почерневший кусок дерева с размытым золотым узором, Фобди с истошным криком отскочил назад, потом пробежал немного и упал лицом в густую, местами желтоватую, траву. Плофорд принялся его успокаивать:

— Не горюй раньше времени! Откуда тебе знать, что произошло?

— Я точно знаю. Это обломок королевского корабля! Таких в Силмеле было всего два. На одном в путешествие отправился Тамверт со Свеламин, на втором уплыла Венсалор!

Плофорд резко развернул его на спину:

— Оплакиваешь своих друзей по чём зря!

— Венсалор не могла не вернуться на Осенний праздник!

— Ты ещё не знаешь истины, а делаешь выводы!

Фобди всхлипнул, опустил голову, и размазав по лицу слёзы, сел рядом с Плофордом:

— Только не говорите королеве! Хотя бы до той поры, пока праздник не закончится, пусть немного порадуется возвращению Свеламин. Она в последнее время болеет, а иногда целый день проводит в постели.

— Мы будем молчать, — согласился Норс, — Только и ты пообещай, что раньше времени не будешь горевать!

Фобди обратился к Фибару, который смахивал с красных щёк слёзы:

— Ты тоже молчи, никому об этом не рассказывай! — попросил его Плофорд.

Рыбак заверил его:

— Мы никому ничего не рассказываем, потому что не верим… Не может быть, чтобы Венсалор, самая прекрасная и великодушная из живущих в Тимирелате — погибла! Несправедливо это! — Фибар вновь поклонился и незаметно ушёл.

— Вот опять! — стараясь приободрить Фобди, пошутил Норс, — Кругом все говорят только об одной Венсалор! Не могло с ней случиться ничего плохого!

Фобди посмотрел на Норса с надеждой.

— Я бы знал, — задумчиво сказал он, — Я бы, наверное, почувствовал, — убеждая самого себя, заговорил Фобди, — Скорее всего они живы! Надо отправляться на Видамлию!

Плофорд и Норс поняли, что Фобди безутешен, но всё же спокоен. Но с той минуты и до самой ночи он говорил только о Венсалор и Флимти. Норс качал головой и тихо посмеивался, а Плофорд внимательно слушал и не перебивал.

— Я знаю Венсалор, с той поры, когда она была ещё ребёнком! — рассказывал Фобди, — Однажды к нам в Силмел с визитом приехали люди из Эмлидта. У них был конь, высокий, тонконогий, чёрный, как смоль. До сих пор его помню. Он увидел Венсалор и словно взбесился. Встал на дыбы и бросился прямо на неё. Это случилось у главного фонтана,… Венсалор попала под его копыта. Обезумевший скакун просто пробежал по ней. И что бы вы думали? Она осталась жива, но выздоравливала очень долго. Я был рядом, подбежал, а она даже не дышала. Вот тогда я решил, что она погибла. Сейчас она, наверное, уже забыла об этом случае, — Фобди довёл Плофорда и Норса до того места, где Рогнора сворачивала на юг. Вдалеке виднелись уютные приземистые дома силмельцев рассыпанные по низким холмам, — Вот я и думаю, если в тот раз Венсалор уцелела, то ей не должен быть страшен любой шторм!