Воссоединение (ЛП) - Боган Эливан - Страница 41

— Эти дикари выломали двери главного входа во дворец, так что с минуты на минуту они будут здесь! Обороняйтесь!

Бой во дворце длился несколько часов. Силы были неравными, но силмельцы сражались отважно и продержались намного дольше, чем они сами того ожидали. Несмотря на доблесть обороняющихся и их гостей, дикари наступали и заполняли залы дворца, словно смертоносные тучи саранчи. Когда им поддавалась очередная дверь, они с пронзительными криками забегали внутрь и крушили всё, что попадалось на пути. Разбивались статуи, трещала и рассыпалась изысканная мебель, стекло и хрусталь превращались в жалкие осколки.

Наконец, люди и гномы, невольно оказавшиеся в безвыходном положении, были вынуждены спуститься этажом ниже. Боевой дух постепенно угасал: тех, кто защищал дворец и спасал свою жизнь, становилось всё меньше. Королеву вместе со старшей дочерью охраняли в самой дальней части здания. Тивелин с горечью наблюдала за происходящим и только медленно качала головой. Свеламин смотрела на мать с сожалением и видела, какой бледной и несчастной она была в те минуты. Свеламин понимала, что прежний и спокойный мир Силмела рушится, и королева теряет его, не в силах ничего изменить.

— Какие же они уродливые! — воскликнул Фобди, переводя дух. Ему вместе с Норсом удалось заколоть несколько улратов, Плофорд же не осмеливался убивать: он только оборонялся и помогал своим друзьям. Фобди заметил это, и когда у них образовалась неожиданная короткая передышка, недоумевая спросил:

— Почему ты не убиваешь этих тварей?! Может тот, кого ты пощадил, ударит исподтишка? И если не тебя, а меня или Норса?

Плофорд ничего не ответил, а только крепче сжал кинжал. Неожиданно рядом появились два рослых улрата, и Плофорд, ловко увернувшись от булавы, резким выпадом всадил лезвие своего кинжала почти по самую рукоятку в грудь нападающему. Клинок потемнел от крови. Второй дикарь, наступая, старался загнать Норса в угол у лестницы, ведущей в подземную часть дворца, нетерпеливо ожидая, когда сможет нанести последний удар искривлённым мечом. Но ему помешал Плофорд — он подбежал и сзади воткнул кинжал в бок улрата. Дикарь словно надломился, развернулся и взмахнул булавой, но Плофорд успел присесть и снизу полоснул обидчика по выпирающему из-под грязной одежды брюху. Корчась от боли, улрат повалился в тёмную лужу из своей же крови и внутренностей. Норс посмотрел в лицо своему другу: сейчас на лице Плофорда было отвращение, но и почти незаметное сожаление — он начал убивать, пусть даже и, обороняясь, но от его руки живое существо приняло смерть.

— Назад! — услышали они голос сверху. Все стали отступать: на них, словно комья грязи сверху валились враги.

Пришлось спасаться бегством по многочисленным витиеватым коридорам. Тех, кто сражался рядом с Плофордом, Фобди и Норсом, осталось совсем мало. Они присоединились к другим обороняющимся, к тем, кто спустился вниз с другой стороны дворца, по второй лестнице, встретив гномов Икризеля, Ломги и Менгелата. Среди отражающих натиск, они заметили Имламара и людей из северного Эмлидта. Остальных же видели только со спины — осаждающие дворец улраты не давали времени на передышку.

— Как отсюда выбраться? — громко спросил Менгелат, выпуская очередную стрелу, которая попала точно в цель, поразив одного из улратов. Дикарь, принявший стрелу в короткую кривую шею захрипел и забулькал, но не упал, а ринулся прямо на эльфа, ничего уже не видя перед собой. Менгелат выстрелил ещё раз и снова попал в шею. Улрат рухнул, как подкошенный.

— С нижнего этажа выхода нет, — ответила Тивелин, покидая своё укрытие. Менгелат поднял голову и посмотрел на лестницу, с которой ему нехотя, но всё же пришлось спуститься: там толпились улраты и очень медленно, шаг за шагом, приближались к защищающимся внизу.

— Вряд ли нам удастся пройти сквозь толпу этих тварей, если только сами не лишимся жизни, — серьёзно сказал эльф, натягивая тетиву лука.

— Ну, что ж, тогда будем биться, пока силы не иссякнут! — воскликнул Ломги, не переставая махать своим топором направо и налево. Его лицо и борода были залиты вражеской кровью, и во время коротких передышек он только и успевал вытираться рукавами.

— А как же подземный ход? — вскричал Фобди, подбегая к стоящей неподалёку королеве, — Там—то, мы наверняка будем в безопасности!

Лицо Тивелин посерело:

— И ты можешь шутить в такой момент?! Не лучше ли тебе просто помолчать, чем говорить такие глупости, когда твоя жизнь под угрозой?

Фобди замотал головой:

— Какие могут быть шутки?! Я и Венсалор говорили правду, а нам почему-то никто не верил и не верит… — ему пришлось прервать свою речь: сбоку на него накинулся один невысокий улрат, но Фобди с лёгкостью, почти не прилагая усилий, продырявил ему грудь — Из библиотеки можно попасть в подземелье! — рявкнул рыжий.

Королева отпрянула от воинственного Фобди и всплеснула руками, она никогда не видела его таким:

— Там глухая стена, Фобди! И пора бы вырасти и осознать свою вину. Я давно простила вам все шалости, но сейчас, действительно, не до шуток!

— Я клянусь, что ход существует! — со злостью вскричал он. Этот короткий спор вывел его из себя, и он с неистовством рубил и ранил всех, кто пытался подойти хоть немного ближе к нему и к королеве.

— Должен же быть какой-то запасной выход из дворца? — спросил Менгелат, опустив лук. Слух у эльфа был острый, и он слышал весь разговор между Фобди и Тивелин.

— Показывай, где этот ход! — с надеждой посмотрев на Фобди, крикнул гном.

Фобди изо всех сил побежал к подземной библиотеке, на ходу размышляя, как же всё-таки поднять ту самую стену, на которой когда-то висел ковёр. За спиной он услышал, как Ломги два раза прокричал: «Всем следовать за Фобди!»

Наконец, все те, кто уцелел, оказались в библиотеке. Люди и гномы оторвались от дикарей — теперь у них было немного времени в запасе. Они заперли двери на замок и зажгли факелы. Тивелин смотрела на Фобди с укором — путь назад был отрезан.

Ничего не изменилось с того дня, когда здесь бушевал пожар: сгоревшие стены мрачно смотрели на непрошенных гостей, пустой гулкий зал в чёрных и серых разводах предстал в свете десятка зажигаемых факелов. Весь перепачканный сажей, с высоко запрокинутой вверх головой, Фобди тщетно пытался хотя бы чуть-чуть сдвинуть или приподнять злополучную стену.

— Так ничего не выйдет! — хохотнул Ломги, ударив кулаком по стене.

— И где же вход в подземелье? — устало спросила Тивелин.

Все, не отрываясь, смотрели на рыжего Фобди. Их защищали надёжные двери, но нет такой двери, которую нельзя открыть или взломать: с другой стороны до них уже доносились глухие удары, а старые, но очень прочные дубовые двери только потрескивали в ответ.

— Мы подняли эту стену случайно. Как нам тогда удалось это, я не знаю. А за ней ступени, тысяча ступеней вниз!

— Но вы же что-то делали при этом? — улыбнувшись, спросил эльф и приложил ухо к стене.

— Я помню, мой друг Флимти, бормотал что-то бессвязное, …а Венсалор…она села к стене спиной.

— Думаю, что секрет и прост, и в то же время сложен. Чтобы открыть этот проход, не нужны заклинания. Покажи мне, Фобди, как сидела Венсалор! — попросил Менгелат.

Фобди мигом опустился на пол и сел примерно в том же месте. Но ничего не произошло.

— Она сидела на полу? — вновь спросил эльф у Фобди.

— Нет. Здесь раньше были книги, так вот, мы сложили несколько стопок и использовали их как сидения, — он почувствовал взгляд королевы и ему стало очень неловко: ведь ни одной целой книги после пожара не осталось.

Менгелат встал к стене спиной, немного присел и, прижавшись к ней всем телом, стал медленно соскальзывать вниз — за ним образовалась неглубокая ниша, и к всеобщему изумлению, стена медленно поползла вверх.

— В прошлый раз стена просто взмыла к потолку! — радостно произнёс Фобди, с восхищением глядя на Менгелата. Эльф только пожал плечами, а потом тихо добавил: