Ретт Батлер - Хилпатрик Джулия - Страница 4

Иногда Скарлетт одолевало беспокойство по поводу излишней взбалмошности юноши, но Ретт только смеялся над выдумками Бо. Он даже был рад, что тот не похож на своего меланхоличного отца.

Самым непостижимым созданием оставалась дочка Скарлетт и Ретта – Кэт: зеленоглазая, с длинными черными прядями волос, которые обрамляли ее смуглое личико. Она была прелестна, очаровательна, как диковинный, экзотический цветок.

У себя в Баллихаре Кэт могла ходить, где угодно, пропадала в лесах и полях, знала там все тайные тропы. Большой город не давал такого простора. Все путешествия Кэт ограничивались границами дома и большого тенистого сада, но она и здесь иногда исчезала, и никто никогда не знал, где она могла быть. А через некоторое время вновь появлялась, как будто на невидимых крыльях и неизвестно откуда. Кэт была сокровищем отца и любимым ребенком матери. Но вот своей няне Морин Кэт доставляла немало хлопот своими постоянными исчезновениями. Она то и дело прибегала к Скарлетт с жалобами на малышку: – Вы опять будете сердиться на меня, мадам, но ведь она как будто сквозь землю проваливается, – недоумевала простодушная девушка.

Морин была ирландкой, очень приятной и милой девушкой, которая покинула Ирландию, когда ей едва исполнилось 14 лет. И через некоторое время Скарлетт порекомендовали взять эту серьезную исполнительную девушку няней для Кэт. Скарлетт с удовольствием приняла Морин, и с тех пор ни разу об этом не пожалела. Морин полюбила семейство Батлеров, и они платили ей тем же. У нее был свой взгляд на воспитание детей, который она вынесла из раннего детства в родительском доме: – Вы с мистером Реттом портите Кэт, мадам, тем, что никогда ее не наказываете. Дети должны воспитываться в строгости, – выговаривала она Скарлетт. Скарлетт, смеясь, соглашалась с ней.

Наступил день отъезда Батлеров. Они договорились встретиться с Ричардом на набережной «Уайт Стар» в Саутгемптоне этим утром. А сейчас все сидели в столовой Хейвермура. Предотъездное возбуждение полностью овладело детьми. Они сидели, как на иголках, уже больше не в силах выдерживать замороженную атмосферу прощального завтрака. Скарлетт постаралась как можно строже взглянуть на маленькую Кэт, которой Бо что-то шептал на ухо, и она уже готова была рассыпаться звонким хохотом.

– Тш-ш-ш! – шепнула Скарлетт, заговорщицки подмигивая им и показывая глазами на Лестера. Их собственные застолья дома больше напоминали восточные базары, но здесь им приходилось соблюдать приличия и следовать традициям дома Лестера, что детям было абсолютно не по силам.

Кэт все-таки не удержалась и громко рассмеялась, выдохнув огромное облако пара. Ретт поспешил прийти на помощь детям и собрался уже было заканчивать тягостную обеденную процедуру, но в это время Лестер наконец поднялся сам, и все облегченно вздохнули. Ретт обошел стол, чтобы попрощаться и пожать руку зятю. Неожиданно Лестер выразил сожаление по поводу отъезда родственников. Ему нравился Ретт, а к Скарлетт, как и к детям, он относился снисходительно, как к неизбежному злу, без которого не могут, к сожалению, обходиться мужчины.

– Неужели я настолько состарилась, что оставляю мужчину холодным, будь он хотя бы и Лестером, – сокрушалась она. – Нет, Ретт, с тобой я совершенно потеряла форму. Надо что-то срочно делать.

– Не волнуйся, дорогая, с тобой все в порядке. Это просто Лестер – не мужчина.

– О черт, ты как всегда прав. Мне такая мысль просто не пришла в голову.

– Нам доставило радость пребывание у вас, Лестер, – говорил Ретт, изо всех сил стараясь, чтобы его слова прозвучали как можно искреннее. – Приезжайте к нам в Сан-Франциско.

– Боюсь, что это выше моих сил. – И все согласились, что Розмари одна приедет на свадьбу в Сан-Франциско с родителями Ричарда.

Розмари с облегчением вздохнула, она боялась, что муж будет возражать против ее поездки, хотя еще раньше они со Скарлетт уже выбрали ей в Лондоне нарядное платье для свадебного торжества.

– Если почувствуете себя лучше, приезжайте. – Мужчины еще раз пожали друг другу руки.

Лестеру понравилось общение с Реттом, и он находил, что приезд родственников все-таки внес какое-то разнообразие в его размеренную жизнь, но сейчас он радовался еще больше тому, что они уезжали.

– Напишите нам о пароходе, на котором поплывете. На самом ли деле он такой великолепный, как о нем говорят. – Казалось, Лестер и сам был захвачен их предстоящим путешествием. Он обнял Ретта за плечи и проводил до двери.

Было еще очень рано, но солнце поднялось уже довольно высоко. Пора было отправляться в путь. До Саутгемптона, откуда отплывал их пароход, добираться около пяти часов. Лестер уже отправил три экипажа с вещами и двумя носильщиками. Остальные экипажи уже были готовы и стояли в ожидании пассажиров.

Все утро Розмари была до крайности подавлена. Ей не хотелось расставаться с братом и его семьей. Вот и сейчас она в который уже раз прижала к себе Кэт, обняла Скарлетт, и та засмеялась, поправляя свою исключительно модную шляпку, которую Ретт купил ей в Лондоне.

– Скоро наступит Рождество, Розмари, – шепнула она ласково ей на ухо, – и ты снова будешь в Америке.

Скарлетт поцеловала Розмари в щеку, отстранила ее от себя, не переставая удивляться тому, насколько изменилась всегда такая решительная и независимая женщина. Неужели английские мужчины всегда так порабощают своих жен? И она неожиданно подумала о своей дочери. Не уготовит ли и ей судьба такую же участь? Но Ричард кажется вполне светским и современным молодым человеком. Впрочем, чему быть, тому не миновать. Скарлетт не привыкла долго размышлять о превратностях судьбы.

Лестер торопил их с отъездом, он боялся, что родственники опоздают на пароход, до отплытия которого оставалось не так уж много времени.

– Отправление в полдень, не так ли? – Лестер достал карманные часы, напоминая Ретту о времени.

– Да, но у нас достаточно времени.

– Удачного путешествия! – Лестер помахал рукой, пока экипажи один за другим трогались с места. Розмари стояла рядом с мужем и, не отрываясь, смотрела на брата. Ретт обернулся к ней и поднял руку в прощальном жесте.

– Я люблю вас, – крикнула Розмари, но ее слова слились с цоканьем копыт. – Я люблю вас, – повторила она, вытирая слезы и не понимая, почему ей так тревожно. Ведь уже в Рождество она снова увидится со своими родственниками.

ГЛАВА 2

Когда экипажи, в которых ехало семейство Батлеров, достигли Саутгемптона, на пристани уже собрались пассажиры, готовые отправиться в рейс первым классом. Бо постоянно отпускал шуточки в адрес родных, так что Скарлетт пришлось даже прикрикнуть на него, пока он не свел с ума ее и Уэйда. Но юноше и после ее замечания не сиделось на месте.

– Посмотри, посмотри на него, Элли, – Бо, размахивая руками, показывал на четыре внушительных размеров дымовые трубы парохода.

В отличие от своего неуемного кузена Уэйд много прочитал о пароходе, на котором они должны были совершить это путешествие. Подобный пароход «Неаполь» начал бороздить океан год назад. И хотя «Неаполь» тоже был самым огромным из существовавших когда-либо судов, «Гермес» тем не менее по своим размерам превзошел и его. Этот пароход в два раза превзошел все известные к тому времени суда. Поэтому был не удивителен восторг Бо, впервые увидевшего такую громадину. Даже пожилые пассажиры «Гермеса» были заворожены этим зрелищем.

Газеты называли это уникальное создание «Чудо-корабль» и публиковали о нем большое количество статей. Так что отправиться на этом пароходе в его первый рейс было особенно почетно.

Ретт Батлер заказал пять из 28 специальных кают для богатых пассажиров на палубе Б, преимущество которых заключалось в том, что они находились в стороне от всех помещений, обеспечивающих жизнедеятельность парохода.

Компания «Эй-би Стар» старалась превзойти самое себя, чтобы угодить своим клиентам. Множество иллюминаторов освещали каюты, великолепно украшенные французским, датским и британским антиквариатом. Каюты Батлеров были расположены в одном большом отсеке, отделенном от всех остальных.