Шерас - Стародубцев Дмитрий - Страница 74

Когда с малосущественными делами покончили, Сафир Глазз прочитал онис из Иргамы от подавленного горем интола Тхарихиба. В нем содержалась жалоба на его соседа – авидронского Инфекта, который вероломно вторгся в пределы страны, разрушил многие города, а население обратил в рабство. Особенно всех поразил пример с некой иргамовской деревней, в которую вошла тяжеловооруженная авидронская партикула. Несмотря на согласие совета рода пропустить отряды и предоставить всё необходимое, воины сожгли хижины и перебили население, включая стариков, женщин и детей.

Сафир Глазз читал послание с чувством, делая вид, что он глубоко потрясен. Когда он закончил, в залу ввели свидетеля – крепкого мужчину в грубой одежде из шкур, похожего на горца. Его лицо было обветрено, взгляд горел, губы презрительно кривились. Более всего он походил на мелкого племенного вождя, о чем говорила воинственная поза, независимое поведение и некоторые детали одежды. Мужчина встал посреди амфитеатра, широко расставив ноги, будто находился на нетвердой почве.

Главный Юзоф поднялся со своего места и подошел к свидетелю. Конечно, он поступил достаточно опрометчиво: и без того маленький, он рядом с горцем показался хилым тщедушным коротышкой.

– Ты понимаешь берктольский язык? – спросил Сафир Глазз, высоко задрав голову.

– Да, – кивнул человек в одежде из шкур.

– Хорошо. Как тебя зовут?

– Бредерой.

– Ты обещаешь говорить честно?

– В нашем племени за обман полагается изгнание, – оскорбился Бредерой.

– Ты помнишь, что произошло с твоей деревней?

– Да. Я был тому свидетель. Из леса пришли пешие и конные воины в тяжелых доспехах. Их было также много, как травы на склонах наших гор. Совет рода решил не оказывать сопротивления и вышел навстречу с дарами и добрыми словами. Но чужаки не послушали старцев, напали на деревню и перебили всех жителей до единого. Я чудом спасся…

В амфитеатре поднялся шум. Сафир Глазз жестом остановил разговоры.

– Ты помнишь, как напавшие воины были одеты, на каком языке говорили? Можешь ли ты сказать, кто они были? Может быть, ты прочитал, если умеешь читать, надписи на знаках отрядов?

– Это были авидроны. Кто их не знает?

– Ты уверен?

– Конечно. Они говорили по-авидронски, а на их знамени была надпись авидронскими буквами.

– Какая?

– «Неуязвимые».

– Благодарю тебя, храбрый селянин. Ты очень нам помог. Можешь идти.

Бредерой удалился, получив у выхода отобранный кинжал и с радостью вернув его обратно в ножны. В помещении еще долго стоял острый козлиный запах, смешанный с тончайшими ароматами, идущими от благородных мужей.

Сафир Глазз остался стоять в центре залы. Тут он воздел руки и с блеском произнес пламенную речь, которая сопровождалась гулом одобрения.

– Видите, о Великие Юзофы, что происходит? А ведь я вас предупреждал. Сначала мы допустили, чтоб Авидрония где мечом, где обманом подчинила себе гордые племена маллов. Потом мы в должной мере не отреагировали на многократное нарушение ею Третьего согласования границ государств – великого закона, приведшего к всеобщему миру на континенте. Но ведь не секрет, что только при правлении Алеклии – этого кровавого тирана, Авидрония увеличила свою территорию едва ли не на треть. Уничтожены десятки племен, согнаны с насиженных мест целые народы. Кругом появились авидронские поселения. Где ни ступишь, там авидронская застава, код, крепость. Мирные кочевники-скотоводы племя за племенем покидают облюбованные пастбища в страхе перед разорением, рабством, насильственной смертью. Население близлежащих стран: Дормы, Союза Четырех, Деги, многих свободных городов – живет в ожидании появления авидронских захватчиков. А вместе с ними, как и всегда, придет голод, насилие и позор пленения.

Но если вы думаете, что Алеклии этого достаточно, вы ошибаетесь. Авидронские партикулы оправляются в самые дальние походы и покоряют народы за сотни переходов от своих жилищ. Жалуются коловаты, стесоны, бедлумы, эйселлы. Только что мы узнали, что опасность грозит мирной Лидионезе. Лидионезе! А ведь до нее пешим движением не менее ста пятидесяти дней пути.

Во многих случаях, как и в этом, Алеклия посылает армии под предлогом защиты оскорбленных народов. Но давайте спросим себя, разве не Берктоль призван защищать население стран от посягательств агрессоров? Разве не для этого создан Берктольский союз?

Я знаю, что хочет сказать Великий Юзоф от Авидронии, которому я хотел бы напомнить, что, перебивая меня, он нарушает Слезные заветы Священной книги. Он хочет поведать о разнообразных соглашениях, касающихся военной защиты, которые были подписаны между его страной и многими континентальными правителями. Но разве не Берктольский союз, существуя на общее благо, должен получать доходы от покровительства малым народам? И разве мы не знаем, как авидроны заключают эти соглашения? Путем угроз, запугивания, самого грязного шантажа. Мстительный воинственный народ не гнушается никакими способами. Все помыслы только об одном – наполнить доверху золотом подвалы своего грономфского дворца.

Рабы, поставляемые Алеклией, заполонили все невольничьи рынки. Это не рожденные в рабстве люди, нет, это невольники, обращенные в рабство расчетливыми завоевателями. При этом сами авидронские народные собрания рабства не признают, оно запрещено во всех авидронских землях.

Даже флатоны с острова Нозинги жалуются на Алеклию и просят у нас помощи. Авидроны возвели огромную крепость в Алинойских горах – Дати Ассавар, из-за чего теперь нельзя, высадившись в заливе Обезьян, попасть в Междуречье…

Тут авидронский Юзоф опять не сдержался и выкрикнул:

– Что делать флатонам в Междуречье? Недостаточно ли опустошенного побережья?

– О сыны Шераса! – продолжал Сафир Глазз. – Теперь вы видите, что даже весь авторитет Берктольского союза Алеклии не указ. И оскорбительные выкрики авидронского представителя тому ярчайший пример…

Главный Великий Юзоф говорил еще долго. Когда он закончил, более половины участников Совета вскинули правые руки, соглашаясь с его речью. Даже на скамье молчальников, которым было запрещено говорить и выражать свои чувства, возникло запретное оживление, подогреваемое представителем Иргамы. Только Юзофы Медиордесс, Яриады Северной и Панайросов рассерженно затопали ногами. Но эти звуки потонули в одобрительном гуле.

Попросил слова авидрон, и некоторое время шли жаркие споры, можно ли выступать нарушителю заветов Священной книги. Наконец сам Сафир Глазз высказался за то, чтобы выслушать оправдания представителя Авидронии, тем самым немало озадачив своих верных сторонников.

Авидрон вышел на середину и гневным взором обвел трибуны, заставив немало глаз виновато потупиться. Многие при этом испытали гнетущее предчувствие беды, ибо слово «Авидрония» только Главный Великий Юзоф научился произносить без почтения и невольного трепета.

– Эгоу, Великие Юзофы. Многие из вас не помнят истории. А те, кто помнят, не извлекают из нее уроков. Возможно, они думают, что история – это выдумка бродячих сказителей или приукрашенные слова придворных летописцев. И они ошибаются.

Я должен напомнить вам, рэмы, как сто три года назад Авидрония, почувствовав великую опасность со стороны ужасных флатонов, объединила вокруг себя дружественные народы. Был создан Берктольский союз, был основан Берктоль, огромная союзная армия. Половину всего золота и треть всех воинов предоставила Авидрония. Берктоль спас континент от флатонов и от других захватчиков. Многие страны, города и самостоятельные поселения до сих пор существуют только благодаря этому, а их представители сидят сейчас передо мной лишь потому, что именно авидронское золото и авидронские циниты спасли их предков от рабства и смерти.

Но вот прошло столетие. Вместо пятнадцати Юзофов, двести восемьдесят представителей входят в Берктольский союз. Вы скажете: разве это плохо, что народы объединяются? И я отвечу: вовсе нет. Но почему вы напрочь забыли о заслугах Авидронии, страны, на деньги которой Берктоль был создан, страны, которая вложила за всё это время золота больше, чем вы, вместе взятые? Или вам больше не нужна Авидрония? Не нужны Медиордесс, Яриада Северная, Панайрос?.. Или вы решили, что ваши города защитит от злобных орд беднейший Эйпрос или город «Черных жрецов», который в состоянии содержать не более трех тысяч скверных воинов?