А если ты ошибся? - Уилкс Эйлин - Страница 17

– Но я ее не ненавидела, – прошептала она. – Видишь ли, в семь лет я узнала, почему суд не позволил бы меня удочерить. До тех пор… оставалась надежда, что она вернется. И… я долго верила.

О Господи! Том легко мог себе это представить. Джейси в пять-шесть лет была, наверное, кожа да кости, лохматая, с коленками, исцарапанными в драках и падениях. Зеленые глаза и смуглая кожа уже тогда придавали ей экзотический вид. Она была другая. Что для ребенка так трудно.

И потому она сама себе рассказывала сказки. Сказки о том, что мать оставила ее на попечение медсестер, но не смогла вернуться вовремя, чтобы Джейси получила так страстно желаемую семью.

Тому следовало бы поддержать ее, и он очень этого хотел, но какое-то чувство, отточенное годами умение ставить вопросы и добиваться ответов, заставило его промолчать. Джейси еще не выговорилась.

– Все эти годы, – продолжала она, – я была уверена, что моя мать из Мексики или Италии. Обрати внимание на имя, которое она мне дала. А теперь я узнаю, что ее фамилия Малхони. Значит, она итальянка?

Смелая и гордая, Джейси была великолепна. Но ни за что на свете она не хотела признаться ни себе, ни ему, что нуждается в утешении.

Однако, когда Том крепко обнял ее, она прижалась к нему. Это начало, подумал он, медленно пропуская сквозь пальцы ее волосы.

– Мне кажется, что когда я думаю о ней, то становлюсь к ней ближе. – Она уронила голову ему на грудь. – Ну, что же мне делать теперь? Продолжать поиски? У меня должен быть отец. У Аннабел должны быть родственники.

– Только ты сама можешь ответить на эти вопросы, Джейси. Если решишь искать, я буду помогать тебе.

Она долго молчала – Том уже и ответа перестал ждать, – просто стояла и гладила его пальцы поверх своих волос, которые спадали с плеч. Впервые ей хотелось быть в его руках не для секса, да и ему, грешным делом, это доставляло большое удовольствие.

– Кто-то оставил меня на ступеньках Сент-Мэри через два месяца после моего рождения, – сказала она наконец. – Я хотела бы знать, кто и почему. Как ты думаешь, сможем мы это установить по прошествии стольких лет?

– О, да, – он усмехнулся, ощутив выдрессированный временем охотничий азарт, – если здесь есть какой-нибудь след, клянусь тебе, я его найду. Кстати сказать, я чертовски хороший коп. Да и ты тоже не плоха.

Том понял, что странный приглушенный звук, который она издала, был радостным смехом, потому что она ткнула его кулачком в живот.

В течение следующей недели Джейси вела свое расследование с одержимостью, делавшей честь ее профессионализму. Это, как всегда, был высший класс, но теперешнее расследование имело свои отличия. Может быть, причиной была новая жизнь, которую она носила в себе, породившая ее одержимость в отношении к событиям прошлого. Сейчас она должна узнать все. Она всю жизнь убеждала себя в том, что совершенно не важно, кто произвел ее на свет. И до сих пор верила, что так оно и есть.

Исходным пунктом их расследования стало имя ее матери, поскольку больничные записи были неполными. В них ничего не говорилось о человеке, забравшем младенца. Однако за целые восемь дней к сведениям об имени почти ничего не добавилось.

Хотя немного информации они все же получили. Потребовалось всего два дня на то, чтобы получить подтверждение идентификации отпечатков пальцев. Аннабел Малхони действительно была матерью Джейси, теперь они это знали точно.

Наводя справки в похоронных бюро, Джейси установила имя человека, заплатившего за похороны матери. Иджен Малхони, отец Аннабел. Но они не нашли упоминания имени Иджена Малхони ни в районных справочниках, ни в налоговых документах. Не нашли они его имени и в списках регистрации автомобилей и водительских прав.

Дом, в котором жила Аннабел перед поступлением в больницу, был снесен пятнадцать лет назад, а его владелец умер. Том обошел ближайшие дома в поисках старых жильцов, которые могли бы помнить ее, но тоже безуспешно. След Иджена Малхони отыскался в электрической компании, где подтвердили, что он жил в Хьюстоне и работал на станции обслуживания, но оставил работу сразу после смерти дочери и куда-то переехал.

В четверг, после безуспешной беготни за несколькими справками, Джейси свернула на свое парковочное место, выключила зажигание и вздохнула. Сейчас она знала немногим больше, чем неделю назад. Она знала, что Аннабел не жила со своим отцом, хотя была не замужем и, видимо, нигде не работала. Неизвестно, на какие деньги она жила: на собственные, соседки по комнате или, может быть, на деньги отца Джейси.

Похоже, Иджен Малхони покинул город сразу после смерти дочери. Он не слишком долго занимался поисками своей внучки, чтобы забрать ее к себе. Так что Джейси знала – он не хотел ее. Он был не тот, кто дал ей имя и оставил на ступеньках сиротского приюта.

Ошалевшая от всего этого, Джейси выбралась из «мустанга» и увидела Джонатана Расмуссина. Он так сильно походил лицом на Тома, что это еще более усугубило ее мысли о влиянии наследственности, занимавшие ее последнее время.

– Может быть, я пришел не вовремя?

– Нет, – ответила она, слегка насторожившись. Она не видела отца Тома с той самой вечеринки, хотя Лидия к ней заходила. – Пойдемте выпьем кофе.

– Благодарю вас. Как вы себя чувствуете, Джейси? Жена говорит, что вы очень обязательны в исполнении предписаний вашего врача.

– Проблем нет, за исключением того, что появилась сонливость. И Лидия, и книги утверждают, что на данной стадии это нормально.

Когда на столе появился кофейник, Джонатан заговорил с грубоватостью, напоминавшей манеру сына:

– Джейси, я сожалею о том, что говорил тогда. Мне хотелось бы сделать для вас что-нибудь, что загладило бы мою вину. Так что… думаю, вы не будете возражать… Том рассказал мне о некоторых деталях вашего расследования, и я кое-что выяснил.

– Да, говорите… – Ее сердце заколотилось в тревожном предчувствии.

Джонатан сделал глубокий вдох.

– Я нашел вашего деда, Джейси. Иджен Малхони жив.

Глава девятая

– Завтра мне нужно поехать в Бьюмонт, – сказала она Тому за ужином.

– Что? – Он положил вилку и нахмурился. – Ты же знаешь, что я должен быть в суде. Не думаю, что тебе стоит ехать одной.

– Я проконсультировалась с врачом. Он сказал, что автомобильное путешествие на небольшое расстояние вполне допустимо.

– Можешь сказать, что происходит?

Джейси была в растерянности. Именно потому она и ехала в Бьюмонт.

– Сегодня заходил твой отец. Тебе известна цель его визита? – Она посмотрела на него и воскликнула: – Только не говори, что он испрашивал твоего разрешения!

– Я уже как-то упоминал, в характере моего отца много рыцарства и он убежден, что женщин нужно защищать, Джейси. И он не намерен меняться из-за того, что его понятия о роли мужчины не совпадают с твоими понятиями о женской независимости.

Джейси постаралась взять себя в руки. Это был уже не тот Том, которого она хотела бы вычеркнуть из своей жизни.

– И что же он сказал тебе?

– Что напал на след Иджена Малхони, но боится, что его новости могут тебя смутить. Он не вдавался в детали, а я не расспрашивал. Но он сказал, что Малхони находится в Калифорнии, а не в Бьюмонте.

– Он находится в тюрьме Айвенсвилль, – произнеся эти слова, Джейси не почувствовала облегчения.

– Сурово, сладкая.

Сладкая. Иногда в постели он ее так называл, но очень странно было услышать это сейчас.

– А сказал он, за что Малхони сидит?

Она отметила, что Том, как и Джонатан, не называет Иджена Малхони ее дедушкой. Она и сама старалась не называть его так.

– Убийство. – Наступила пауза. Она пожала плечами. – Второй степени. Твой отец говорит, что видел отчет, хотя Малхони давно уже находится в заключении. Видимо, он пил и, когда напивался, становился буйным. Он часто приходил в один бар и устраивал там драки. Одного беднягу забил до смерти. К черту! – внезапно прервала она себя. – Не надо было ворошить прошлое.