Еще один Фэнтезийный мир - Зотов Александр Андреевич - Страница 39

– Нет, не видел. Мы наблюдали за вами последние два дня, большую часть из которых вы спали, а о том, что ты делал предыдущие полгода, Фамбер, и где ты их всех подобрал, тебе еще придется отчитаться, но это потом.

– И что теперь делать?

– Ты что, у меня спрашиваешь, Фамбер?

– Но вы же самый умный и великий…

– Маг! Волшебник, Фамбер, а не техник, я не разбираюсь в том, что нужно делать с ржавчиной.

– Я знаю, что нужно!

– Заткнись, Шус, здесь думают два…

– Нет, дай ему сказать, Фамбер, он, в отличие от нас, еще не погряз в магии и, надеюсь, знает как обходиться без нее.

– Спасибо. Нам нужна масленка, чтобы смазать петли.

– Ты уверен, что это поможет?

– Да! Нет!

– Так да или нет?

– Не… да, не знаю, не уверен.

– Ладно, а как выглядит эта… масленка?

– Ну, это такая металлическая баночка, с насадкой с узким носиком… и еще, главное. С маслом внутри!

– Понятно.

Сэйлэнар засунул руку в ящик в столе и почти сразу достал баночку из какого-то странного белого материала. Впрочем, в ней было масло.

– Вы же сказали, что у вас ее нет!

– Я и сам не знаю, что есть в моем столе. Мне даже кажется, что в нем есть вообще все.

– А…

– Хватит, вопросы потом задавать будешь. Делай, что надо.

У Шуса не осталось выбора. Он взял масленку и стал смазывать петли. Он, по правде говоря, никогда этого не делал, а только видел, как это делается. Отец ему не доверял, считал, что Шус слишком глупый и странный. Все затаили дыхание во второй раз, крышка наконец-то с ужасным скрипом открылась. Сэйлэнар заглянул внутрь.

– Это прекрасно, они так хорошо сохранились!

Он вытащил из ларца какую-то пожелтевшую, кое-где прогоревшую, заляпанную жиром, свернутую в трубочку бумажку. У Втри и Шуса отвисла челюсть, Фамбер остался спокоен, он ведь знал, что в сундучке, а Холдар и ожидал какого-нибудь доказательства, что все маги психи. Втри пришла в себя довольно быстро.

– И, и, и что? Из-за этого я рисковала своей жизнью?! Из-за каких то бумажек?!! А я еще надеялась… вы же говорили, что это дороже всех сокровищ мира!!!

– Втри, ты все неправильно поняла. Подумай, ведь знание – это величайшее из богатств.

– Но я рассчитывала на брильянт размером с голову человека, или, что-нибудь вроде этого…

– Прости, что ввел тебя в заблуждение…

– Ввели в заблуждение?!! Да вы просто полоумные идиоты!!! Из-за каких-то бумажек меня чуть не убили! А я как дура еще надеялась на маленький кусочек этого чего-то или хотя бы компенсацию, если его нельзя будет поделить.

– Награда будет, – заявил Сэйлэнар.

– Какая? – мгновенно успокоилась Втри.

– Зачисление в университет на любой магический факультет, без каких-либо экзаменов.

Втри ничего больше не сказала. Она вышла, хлопнув дверью, предварительно уронив, случайно, как потом утверждала сама Втри, самую большую гору бумаги, что впрочем, не сильно увеличило царивший здесь беспорядок.

– Фамбер, ты что, не рассказал ей, что там?

– Я, учитель, почему-то решил, что это и так понятно… По правде сказать, я вообще не думал об этом.

– Простите, а что там написано?

– Никто точно не знает, что там написано. Автор, мы не знаем его имени, пользовался каким-то кодом. Он зашифровал свои записи, но мы справимся с этой проблемой.

– Шус, больше нет вопросов?

– Нет.

– Вот и отлично. Так, о чем я хотел… ах да. Мы его открыли и отлично, но вообще-то это не очень правильно. Я должен был в одиночестве только разобраться, как открывается ларец, а не открывать его, так что никому не говорите, что мы все-таки его открыли. Ведь проблемы будут не только у меня. Торжественное открытие произойдет завтра и вы, естественно, приглашены. Все, можете идти.

Холдар вышел, Фамбер взялся за дверную ручку, но голос Сэйлэнара остановил его.

– Фамбер.

– Да?

– А как зовут твоего ученика?

– Шус.

– Так, Шус, у меня есть для тебя подарок, насколько мне известно, эта вещь очень дорога для тебя.

Сэйлэнар, засунул руку в ящик стола, немного поковырялся в нем и достал оттуда сковородку.

– Это ведь твое?

– Откуда… откуда вы узнали?!

– Могут же быть у меня секреты, – Сэйлэнар подмигнул Шусу.

В этот день больше ничего не произошло, не считая процедуры принятия трех несъедобных таблеток, которые было положено запивать столь же отвратительной жидкостью. Доктор Карсыкса всунула их в Шуса для профилактики. Втри и Фамбера эта учесть тоже не избежала. Скука была ужасная. Шуса, Фамбера и Втри положили в трех разных концах госпиталя, запрещали вставать, читать и говорить. Думать доктор Карсыкса тоже запретила бы, если бы смогла проконтролировать.

Холдар же развлекал скучающего халифа. Ему предоставили помещение в одном из корпусов университета, как временное жилье. Холдар, естественно, радости не испытывал. Он был солдатом, воином, авантюристом наконец, а не слугой. Тем более, что Хул-Дул-Гур-Бур-Фур все время капризничал. То ему холодно, то слишком мягко, то пить хочется, то душно и почему вода, а не свежевыжатый апельсиновый сок, да почему стеклянный стакан, а не золоченый кубок. И вообще, Холдар, почему бы тебе не превратиться в прекрасную семнадцатилетнюю девушку с огромными глазами?! Но этот день, как любой другой, или почти любой, подошел к концу.

Шус проснулся не оттого, что его тормошил учитель, он проснулся по намного более неприятной причине. Его тормошила доктор Карсыкса и первое, что она сделала, засунула в него какую-то гадость, а потом влила еще большую гадость.

– Молодой человек, вы, насколько мне известно, не последовали моему совету и ваш учитель до сих пор тот безответственный тип?

– Да,… простите.

– Тогда он просил передать вам, что вы, когда проснетесь, должны пойти в зал для церемоний, и чтобы вы надели вашу старую одежду, ту, в которой вы прибыли сюда.

– Спасибо, что передали. А зачем мне туда идти?

– Благодарить вам меня не за что. Этот безответственный тип принес приказ от господина Сэйлэнара, еще одного безответственного типа, к которому вы вчера ходили. В этом приказе было написано, что я должна сказать вам это. А идти вам незачем. В зале для церемоний будут происходить какие-то глупости из-за ларца.

– Ларца?! А когда начинаются эти глупости из-за ларца?!

– Ровно в полдень.

– А сейчас сколько?

– Без пяти минут полдень.

– О боги, надо торопиться!

Шус вскочил с постели и начал судорожно, прямо поверх пижамы, одевать свою старую, рваную, кое-где обгоревшую одежду. Он выбежал из госпиталя и только пробежав метров сто и несколько раз завернув, осознал, что совершенно не представляет, где этот зал деля церемоний. Шус стал лихорадочно думать что делать, и куда бежать. К счастью для Шуса, у которого после всех этих таблеток и ядов (хотя какая между ними разница?) процесс думанья вызывал почти физическую боль, решение пришло само. Оно представляло из себя хорошенькую, молоденькую студентку, спокойно идущую по коридору. Шус с обезумевшим взглядом набросился на нее и прижал к стенке.

– Где зал для церемоний?!!!

Бедная девушка дрожащим голосом сказала «там» и показала пальцем. Шус произнес «спасибо» и бросился дальше. Подобным образом он поступил еще с тремя-пятью людьми, среди которых был один профессор.

В конце концов он добрался до зала для церемоний. Он оказался перед огромной двустворчатой дверью, которую он распахнул настежь и вошел в зал.

– Я не опоздал?!!! Все собравшиеся, а было здесь тысячи три, обернулись в его сторону.

– Вообще-то опоздал, но раз уж пришел, то заходи.

2:05 19.10.2008