Мой милый шпион - Борн Джоанна - Страница 15

– К счастью, мое присутствие придает визиту Джесс безупречную пристойность. – Юнис налила еще одну чашку чаю и протянула через стол Клодии. – Чем меньше говорится о состоянии платья каждого из нас, тем лучше. Еще чая, Джесс?

Она заглянула в свою чашку.

– Нет, спасибо.

«Как же говорить с этой язвительной женщиной? – спрашивала себя Джесс. – Как достойно ответить ей?»

– Вы как будто расстроились, – проговорила Клодия. – Очень умно с вашей стороны. – Серебряными щипчиками Клодия положила себе в чашку кусочек сахара. – Вы совершили ошибку, доверившись Себастьяну. Он очень высокого о себе мнения, не так ли, Бастьян?

– Нет, ты ошибаешься, Клодия. Юнис, Квентин, прошу простить. – Капитан поднялся на ноги. – Я очень тороплюсь, да и вам, Джесс, наверное, пора. – Он взял ее за локоть и оторвал от стула, точно пушинку.

– А я только начала радоваться жизни, – промолвила Клодия.

– Не надо, Юнис, не вставай, – сказал Себастьян. – Я отведу ее в постель, пока она не лишилась чувств прямо за столом. – С этими словами он легонько подтолкнул девушку.

Глава 8

Оказавшись в холле, Джесс осмотрелась. Рабочие уже унесли ящики, и теперь холл казался еще более просторным. Солнце, светившее в окно, позолотило огромную хрустальную люстру, свисающую с потолка, и серебряные подсвечники на маленьком столике у стены.

Джесс повернулась к Себастьяну Кеннету. Ей хотелось увидеть в его глазах ту же теплоту, что была в них вчера, хотелось убедиться в том, что перед ней – тот же самый человек. Но она ничего не увидела. Ничего, кроме оценивающего взгляда. Как будто капитан Себастьян Кеннет превратился в незнакомца.

Тут он снова взял ее за локоть и подвел к лестнице. Как ни странно, поблизости не было ни души – как будто все слуги где-то прятались. Прижав Джесс к стене, так что гипсовая лепнина врезалась ей в спину своими завитками, листьями и цветами, капитан пристально посмотрел на нее:

– Ты ждала именно меня на Кэтрин-лейн, не так ли?

Питни предупреждал ее, что не следует идти на Кэтрин-лейн. И даже Дойл, хитрый, мудрый и старый Дойл, не советовал связываться с Себастьяном Кеннетом. Однако она не прислушалась к их советам, и вот теперь…

– Кэтрин-лейн открыта для всех, – ответила Джесс.

– Только для тех, кто не боится, что на него нападут головорезы. Ты не думала, что так и получится, когда прилипла ко мне пластырем на Кэтрин-лейн?

– Нет, не думала. Но ты же знаешь, какие сюрпризы нам порой преподносит жизнь. Помнится… например, однажды в Каире я…

– Мне бы очень хотелось, чтобы ты сейчас оказалась в Каире. Во всяком случае – не здесь.

Так и должно быть, если он – Синк. У Синка в доме наверняка множество всяких секретов.

– Я это уже поняла, – кивнула Джесс. – Но мне хотелось рассказать очень забавный случай, который…

– Перестаньте, мисс Уитби, – снова перебил капитан. Глядя на нее все также пристально, он продолжал: – Видите ли, самое неприятное в том, что я не могу немедленно отправить вас домой. Ведь о вас некому позаботиться. Но и оставаться здесь вы не можете.

Тем не менее она останется. Потому что очень может быть, что где-то поблизости, возможно, совсем рядом, находится сейф, где капитан держит свои секретные бумаги. Какие-нибудь письма, например. Как бы то ни было, в доме наверняка есть какие-то документы, которые могли бы подтвердить невиновность Кеннета, если он действительно ни в чем не виноват. Да, она не уйдет отсюда, пока не убедится в том, что у него нет от нее секретов.

В пяти футах от нее, на маленьком декоративном столике, лежала большая кожаная папка для бумаг, раздувшаяся, как живот беременной. Наверное, это папка Квентина. Он оставил ее в таком месте, где любой мог до нее добраться. И если капитан – это Синк, то он мог постоянно знакомиться с документами из этой папочки. Беспечность Квентина очень на руку предателю.

– Но я хотела бы остаться, – сказала Джесс. – Ведь меня пригласила твоя тетка. Она мне, между прочим, очень понравилась.

– Она всем нравится, но я не позволяю злоупотреблять ее добротой.

– Я не собираюсь злоупотреблять.

– Ты уже это делаешь. Не знаю, какие небылицы ты ей наплела, но ты наверняка старалась ее разжалобить. И не надо отпираться. – Он взял ее за плечи своими огромными ручищами словно клещами. – Имей в виду, есть только одна причина, по которой я не выставил тебя за дверь сию же секунду. Там для тебя не совсем безопасно. Так вот, у одного моего приятеля есть дом в Хэмпстеде. Я отправлю тебя туда.

Выходит, он уже все за нее решил?

– Знаешь, я однажды жила в деревне. Ты даже не представляешь, как там опасно. Везде свиньи, лошади и эти огромные черные птицы, летающие повсюду. Птицы размером с курицу. И еще коровы. Корова как-то раз наступила на меня, и я чуть не умерла от боли. Нет, уж лучше я останусь в Лондоне, – добавила Джесс с улыбкой. Она не могла отказать себе в удовольствии позлить капитана.

Кеннет нахмурился и заявил:

– Ты сделаешь то, что я тебе скажу, понятно?

«И не подумаю», – мысленно ответила Джесс.

– А твоя тетка знает, что ты покупаешь девочек на Кэтрин-лейн? – спросила она неожиданно.

В глазах капитана ничего не отразилось. Словно он не слышал ее.

– И переплачиваешь к тому же, – продолжала Джесс с ухмылкой. – Наверное, мне лучше вернуться в столовую и просветить твою тетю. А потом можешь рассказывать ей, чем мы занимались с тобой прошедшей ночью в твоей постели. Сама-то я, конечно, ничего не помню, ведь ты специально напоил меня какой-то отравой. Ведь специально, правда?

– Черт побери, я ничего не…

– Не стесняйся. Можешь мне рассказать, что у нас с тобой было. Будет очень интересно послушать.

– Я отнес тебя к себе домой и уложил в постель, вот и все. Напрасно ты думаешь, что я набрасываюсь на всех встречных женщин. Видите ли, мисс Уитби, у меня, конечно, есть недостатки, но насилие над женщинами, находящимися в бесчувственном состоянии, к ним не относится.

– Твоя тетушка будет счастлива это услышать. Наверное, вздохнет с величайшим облегчением. Может, вернемся к ней, чтобы поговорить на эту тему?

Руки капитана еще крепче сжали ее плечи. И стали тяжелыми, как свинец.

– Что ты вчера ночью пыталась подсунуть мне в карман?

Этот вопрос ошеломил ее. Она уставилась на капитана в изумлении. И тотчас же почувствовала, что головная боль возвращается. И еще ее немного подташнивало. Пыталась подсунуть в его карман? О чем он говорит?

Джесс со вздохом пробормотала:

– Знаешь, я вообще-то люблю загадки, но не сегодня. Давай сыграем в другую игру.

– Я хочу знать правду. – Он с силой встряхнул ее. – Отец дал тебе какую-то бумагу. Бумагу, которую ты должна была подсунуть мне в карман. Что это было? Какое-нибудь письмо? Может, мне вернуться на Кэтрин-лейн и поискать это в грязи?

Поискать на Кэтрин-лейн? Господи, какое письмо? Джесс закрыла глаза, чтобы обдумать его слова. Подсунуть в его карман.

Да, похоже, капитан решил, что это отец отправил ее на Кэтрин-лейн, чтобы она подсунула ему в карман какую-то улику. Он думает, что она способна отправить на виселицу невинного человека ради спасения жизни отца. Что ж, в этом есть логика и холодный расчет. Наверное, Синк мог так рассуждать.

– Возможно, ты мне не поверишь, но на Кэтрин-лейн нет никакой бумаги. Нет ее и в другом месте.

– А твой отец не подумал, что толкает тебя на риск? – допытывался Себастьян. Он склонился над ней, и Джесс вдруг почудилось, что его черные, как ночь, глаза жгут огнем. Она молчала, и он, пожав плечами, пробормотал: – Ох, наверное, я напрасно с тобой разговариваю. Ты ведь едва стоишь на ногах. – Подхватив ее на руки, он добавил: – Лучше я отнесу тебя в постель.

Капитан стал подниматься по лестнице, и теперь Джесс казалось, что она качается на гребне океанской волны.

– Можешь опустить меня на пол. – Она вцепилась в его рукав. – Можешь опустить прямо здесь.