Мой милый шпион - Борн Джоанна - Страница 23

– Меня это мало волнует. Что еще?

– Сломано несколько замков на ящиках с ценным грузом. С помощью лома вскрыты сундуки и клети. Но похоже, ничего не взяли. Думаю, Маклишу ужасно хочется, чтобы хоть что-нибудь пропало. Чтобы было на что пожаловаться. А то, что они искали, находилось в твоем кабинете.

– Неудивительно. Мне следовало… О Боже, Кеджер!

Джесс бросилась бежать. Питни, отчаянно ругаясь, заковылял за ней.

Дверь ее кабинета была распахнута. К счастью, Кеджер оказался на месте. Испуганный и ощетинившийся, но целый и невредимый. Его не тронули.

Слава Богу. Она сразу направилась к любимцу и положила руки на клетку, чтобы он почуял ее запах и понял, что все в порядке.

– Проклятые ищейки. Зачем в этой стране существуют законы, если их не соблюдают? Они ужасно перепугали Кеджера. Проклятые недоумки!

– Я не выпускал его из клетки, и он был… – Питни поморщился и потрогал повязку на указательном пальце. – Он был очень рассержен. Джесс, твоему отцу не нравится, когда ты ругаешься.

– Что?.. Ах да. Спасибо, мистер Питни, что напомнили. Буду следить за собой.

Тут Кеджер с писком и рычанием разразился длинной и страстной жалобой по поводу вчерашнего.

– Не могу не согласиться с тобой, Кедж. – Джесс открыла дверцу клетки и погладила зверька. – Хорошенький мой мальчик, самый лучший хорек в мире.

Она знала, кто ворвался в ее контору среди ночи. Конечно же, Эйдриан Хокхерст из секретной службы и капитан Себастьян Кеннет. Только им могла прийти в голову такая мысль. Да-да, именно они напали на ее охрану и произвели обыск в ее конторе.

Кеджер вскарабкался по ее руке на плечо и снова начал жаловаться. Джесс почесала его за ушком.

– Сожалеешь, что не удалось их укусить? Я бы тебе посоветовала ограничиться крысами. С этими людьми не стоит связываться.

– Вот зачем они приходили, – проворчал Питни. – Хотели порыться в твоем кабинете.

Питни не ошибался. Ее кабинет подвергли основательному обыску, но потом все привели в порядок. Более того, разобрали завалы бумаг. Теперь все бумаги лежали аккуратными стопками, с тщательно расправленными уголками. А рядом с самоваром стояли перевернутые вверх дном чайные чашки. Они тут распивали чай, а потом все за собой убрали. Аккуратные ублюдки.

Джесс взяла чашку, расписанную цветами жасмина, и провела пальцем по ободку. Питни, откашлявшись, пробормотал:

– Думаешь, что это британские спецслужбы наведывались в гости?

– Кто же еще? – Она поставила чашку на место. – Это Эйдриан Хокхерст расставил так чашки. А Себастьян Кеннет разложил мои бумаги в идеальном порядке.

А ведь вчера вечером они вместе сидели в саду на скамейке и беседовали как старые друзья. И он благодарил ее за то, что помогла Юнис. Обнимал ее, чтобы согреть. И при этом думал, как проникнуть на ее склад. Разве можно после этого доверять людям?

– Но почему, Джесс? – Питни смотрел на нее недоверчиво. – Спецслужбе нет нужды приходить под покровом ночи. Да еще в масках.

– Они ведут какую-то сложную игру. Британские спецслужбы разведки – против Уитби. – Джесс села в кресло с ручками в виде львиных голов; отец купил его в Милане специально для нее. – Кроме того, британские спецслужбы разведки – против военной разведки и против иностранного ведомства. Они любят игры.

Питни что-то пробурчал себе под нос, а Джесс добавила:

– И похоже, что мы проигрываем эту игру.

– Но они не могут…

– Они могут все, что захотят. Взгляни-ка… – Джесс указала на ящики своего письменного стола. – Они могли взломать их за несколько минут и все же потратили время, чтобы подобрать отмычки. Такое поведение пугает.

В ящиках все было в полном порядке. Ничего не пропало. А впрочем…

Нет, кое-что все-таки отсутствовало. Пропал кулек с лимонными леденцами, который она держала за кассой. Мерзавцы угостились. Вопиющая наглость!

В дальнем углу нижнего ящика лежал узел с темной одеждой, а рядом – черный джутовый мешок. Но теперь они лежали немного по-другому… Выходит, мерзавцы рассматривали ее старые воровские принадлежности. Ведь она давно уже не прикасалась к этим вещам…

– Вероятно, они хотели этим что-то сказать, – пробормотала Джесс. – Терпеть не могу, когда мне делают тонкие намеки. Я не настолько проницательна, чтобы их понять. К тому же у меня нет ни малейшего желания разгадывать подобные загадки.

А вся корреспонденция в среднем ящике была рассортирована по размеру.

– Проклятие, они читали письма из Франции! Значит, многие люди в опасности. Ах, мне следовало сжечь все сразу после прочтения.

– Но ты же не ожидала их прихода, – заметил Питни.

– Должна была ожидать. Многое следовало предусмотреть. Не бывает неудач. Бывают неверные решения. – Лазарус говорил ей это сотни раз. Но теперь поздно вспоминать об этом. Джесс принялась просматривать письма, откладывая те, от которых зависели человеческие жизни. – Брось это в печку, Питни. Ох, напрасно я их хранила… Возможно, из-за меня кто-то пострадает.

– Да, сейчас сожгу. – Питни снял сюртук и закатал рукава. Покосившись на девушку, проворчал: – А тебе, Джесс, пора покинуть Англию. Да-да, пора рубить концы и отчаливать.

Джесс тяжело вздохнула:

– Поздно, к сожалению.

Носильщик у парадной двери «Уитби трейдинг» предложил ему в провожатые мальчика-посыльного, но Себастьян покачал головой. Он и сам знал дорогу.

Поднявшись по главной лестнице, Себастьян зашагал по длинному коридору, и никто его не останавливал. Охраны нигде не было видно, а клерки сейчас, наверное, проверяли внизу реестры. Значит, кто угодно мог прийти сюда, завернуть Джесс в ковер – и преспокойно уйти. Да, очень плохо, что ее никто не охранял…

Джесс, как он и предполагал, находилась у себя в кабинете. Сидела за столом, мрачная как туча. Себастьян направился к ней и тут вдруг заметил, что за ней все-таки кто-то присматривал. Пожилой лысоватый толстяк, стоявший у печки, – это, конечно, и был тот самый Питни, о котором упоминал Эйдриан.

Но ни Джесс, ни ее управляющий не замечали Себастьяна, и он, остановившись неподалеку от двери, решил немного понаблюдать за ними.

На Джесс было скромное темно-зеленое платье. Волосы же, аккуратно зачесанные назад, были собраны на затылке, что делало ее лицо похожим на лик с византийской иконы. Но какой бы он ее ни видел – нагой или закутанной в одеяло, – она вызывала у него прилив сильнейшего желания. Вот и сейчас: стоило ему увидеть ее – и в паху тотчас же возникло напряжение, как у мальчишки, впервые пришедшего в бордель. Глупейшая реакция… Ужасно отвлекающая от дел.

– Я даже не знаю, что они искали. – Джесс со вздохом пожала плечами. – Мне казалось, у них вполне достаточно доказательств. Достаточно для того, чтобы повесить папу хоть десяток раз.

– Но Джосайя – очень богатый человек. – Питни приблизился к столу. – Я уверен, что он откупится. Они не…

– Им сейчас не нужен папа, – перебила Джесс. – Неужели ты не понимаешь, что теперь они охотятся за мной? Хотят, чтобы я заняла место рядом с ним.

– Джесси, ради Бога.

– Они хотят запугать меня. Хотят, чтобы в панике я наделала глупостей.

– Я могу увезти тебя с приливом. Переждешь в Амстердаме.

Джесс снова вздохнула и покачала головой:

– Они не отпустят меня. Они за мной следят, чтобы я не ускользнула из ловушки. – Она понизила голос, так что теперь Себастьян едва слышал ее слова. – В любом случае это не имеет значения. Я не оставлю папу. Они должны это знать. Хотя странно… Никогда бы не подумала, что англичанам так хочется отправить женщину на виселицу.

Себастьян стиснул зубы. Это был какой-то бред. О чем она говорила?..

– Никто не будет повешен, – возразил Питни. – Ни ты, ни Джосайя. Клянусь, Джесс.

– Возможно, ты прав. Но чего же в таком случае добивается Хокхерст? Зачем он устроил этот глупейший обыск? Неужели просто развлекается таким образом?

– Джесс, успокойся, пожалуйста. «Дева Севера» все еще ждет на Темзе прилива. Я выведу тебя отсюда незаметно. Только не собирай вещи, не возвращайся в гостиницу. Я думаю, что…