Мой милый шпион - Борн Джоанна - Страница 33

– Это ты, Бастьян? В чем дело?

– Джесс что-то ищет. Я о ней позабочусь.

– Мисс Уитби? Джесс?

– Квент, иди спать, – сказал Себастьян.

Он не часто приказывал Квентину. Никогда не напоминал, в чьем доме тот живет и кто здесь хозяин. Квентину и без того было трудно жить на содержании у родственника. Но сейчас Себастьяна не волновали чувства кузена. Семья привыкнет видеть Джесс в его спальне. Когда она сама будет к этому готова. Когда захочет, чтобы они об этом знали. Но пока это время еще не настало.

– Нет, Себастьян, так не пойдет. Уверен, что все вполне невинно, но со стороны выглядит неприлично. Должен сказать, что это не… – Квентин на мгновение умолк, потом добавил: – Полагаю, что это крайне неразумно. Я очень рекомендую разбудить Юнис. Она – глас мудрости. Не надеюсь, что ты воспользуешься моим советом, но, возможно…

– Не стоит беспокоиться, – пробормотала Джесс. – Я вовсе не хотела никого будить. В самом деле не хотела.

– Боюсь, я должен настоять… – заявил Квентин. – Ваше положение здесь и без того достаточно деликатное, не говоря уже…

Хорек перестал фыркать и издавать какие-либо звуки. Он вдруг опустился на все четыре лапы и ринулся по коридору в сторону Квентина. Тот едва успел захлопнуть дверь.

– Зря он это сделал, – сказала Джесс.

Она отстранила от себя руки Себастьяна и тотчас ощутила холод.

А Квентин, вероятно, стоял за дверью, прижавшись к ней ухом, и слушал.

– Я отведу тебя в постель. Нет-нет, придержи язык. А хочешь, можешь кричать. Тогда разбудишь Юнис, и мы все вместе обсудим твой визит в мой кабинет.

Он толкал ее по коридору впереди себя. Хорек не отставал, держась ближе к стене.

– Нет, не хочу, – прошептала Джесс.

– А мне плевать, чего ты хочешь сейчас. Иди быстрее.

Он следовал за ней, глядя, как мелькают, высовываясь из-под длинной рубашки, ее голые пятки. Сквозь просвечивающий хлопок он видел очертания ног. Когда она обернулась к нему, ее груди образовали красивые колышущиеся тени с нежно-розовыми сосками. Да, как изящные круглые морские ракушки, впечатанные в вышивку лифа…

Наверное, эта женщина даже тогда будет вызывать у него желание, когда превратится в сморщенную старуху. Он будет желать ее везде и всегда, в любой ситуации. А сегодня своим видом она совершенно ошеломила его.

Пробежав по лестнице половину расстояния, хорек повернул обратно и засеменил рядом с хозяйкой.

Когда они достигли ее двери, Джесс остановилась и с вызовом посмотрела на него. Казалось, она не собиралась уходить, пока не обсудит с ним что-то очень важное.

– Видишь ли, я…

– Помолчи. – Он прижал палец к ее губам. – Думаю, ты все же научишься верить. Научишься вопреки всем тем доказательствам, которые якобы обнаружила. Вопреки собственным глазам. – Он открыл дверь и подтолкнул ее: – Заходи и закройся на задвижку. Я не уйду, пока не услышу, как она щелкнула. Бога ради, поспи хоть немного.

Но она не спала. Лежала, уставившись на гипсовый потолок, пока не запомнила его до мельчайших подробностей. Потом решила, что не уснет, и, взяв карандаш и бумагу, переместилась на ковер перед камином.

Настало время произвести подсчеты.

Последнее, что она украла, были фигурки из жадеита. Их было двенадцать. Зеленые, гладкие, блестящие, слишком тяжелые для своего размера. Они были с ней, когда она упала. И насколько знала, все еще валялись под завалом на том старом складе.

Джесс записала: «Двенадцать фигурок из жадеита. Белый дом на Слайт-стрит». То были восточные поделки из камня. Сколько эти вещицы могут стоить, она не представляла и дописала: «Спросить Кеннета, сколько стоит». Надо послать Дойла выяснить, кто жил тогда в том доме.

«Я не должна верить какому-то проклятому письму. Тем более письму от этого червяка Реджо».

За три дня до жадеита она стащила кое-какие деньги и золотые монеты на Мерсер-стрит, на другом конце города. Поэтому записала: «Банкноты и гинеи на Мерсер-стрит».

«Даже если солгу Римсу и получу от него список, то все равно на этом дело не закончится»

Тридцать золотых гиней. А также банкноты. Она взяла в зубы кончик карандаша. Сто фунтов? Не могла же она на самом деле постучать к ним в дверь и спросить?

«И почему я такая трусиха?»

Пусть лучше будет для верности сто пятьдесят. Стоит добавить проценты, не правда ли? В конце концов, она больше не ворует. В бухгалтерии все должно сходиться. И по долгам нужно платить. Как хорошо, что у «Уитби» много денег.

Глава 17

Гарнет-стрит

Себастьян нашел ее в грузовом порту. Она, мрачная, наблюдала за вереницей ирландцев и чернокожих с деревянными коробами на спинах, с постромками на плечах и на лбу. Они переносили мешки с рисом со склада на повозки. По улицам гулял холодный ветер, но грузчики разделись до рубах, повесив куртки и жакеты на ограду.

Джесс со списком не сверялась, а безучастно смотрела куда-то в пространство, и людям приходилось ее обходить. Не один Себастьян наблюдал за ней, гадая, что она здесь делает. Ее управляющий, следивший за погрузкой, время от времени устремлял на нее взгляд.

Цвет ее лица значительно улучшился, и синяк под глазом практически исчез. Она поправилась бы еще быстрее, если бы не шлялась ночами по его дому и не взламывала замки кабинетов. Это из-за него встала она с первым проблеском зари и тут же ушла. Ушла, чтобы избежать встречи с ним.

– Ты пропустила завтрак, – сказал Себастьян.

– Я купила в лавке горячую булочку с маком. – Джесс вела себя так, словно все утро ждала его появления. – Знаешь, я скупила здесь все булки. Одну – для себя и десяток – для охранников. И отправила мальчика-дежурного принести всем кофе. Благодаря тебе, спецслужбе и Питии я могу скомплектовать свою маленькую армию. Булочки с изюмом входят в список трат под строкой: «Военные поставки».

Он молча смотрел на нее.

«О чем ты думаешь, Джесс? Что ты нашла вчера ночью в моем кабинете? Что заставило тебя сбежать на рассвете из моего дома?»

– Интересный груз? – спросил он наконец.

Она посмотрела на рис, как будто впервые его увидела.

– Не особенно. Тридцать тонн «Каролинского золота» из Чарлстона. В контракте черным по белому написано «июнь», но для некоторых почему-то это оказалось полным сюрпризом. Уже прошла неделя. Покупатель – «Беннет бразерс».

– Доверчивая же ты.

– Не совсем. Их рис – у меня. И я начисляю пени и плату за хранение. Выходит чистый доход. Иногда я думаю, зачем Господь создал столько идиотов? Правда-правда.

– А аккредитив?

– От «Беннет бразерс»? Шутите, капитан. С господами Беннет расчеты исключительно в фунтах. Сегодня утром забрала остаток платы за простой. А теперь вывожу их рис из своего склада, пока меня не атаковали крысы. Ненавижу хранить продукты питания.

Ее склад был чище, чем его кухня. Может, поставить женщину заведовать складом?

– А ты чистюля, Джесс.

– Нет смысла быть неряхой. У меня целый список товаров, которые не стану хранить у себя на складе.

Из-за ящиков вышли двое мужчин с тяжелым сундуком. Джесс прижалась к стене, освобождая им проход. На него она ни разу не взглянула.

– Мы снимаем пеньковые мешки на погрузочной платформе и вытряхиваем паразитов. Ты не представляешь, что приходит с чаем и шелками.

– Я подглядывал за тобой вчера, когда ты разговаривала с отцом. Там, рядом с кабинетом, есть конура для прослушивания.

– Знаю. Знаю, что они следят за нами. Не все актеры из «Друри-лейн» привлекают столько зрителей.

Мимо прошло еще несколько рабочих с рисом.

Джесс тихо вздохнула, потом сказала:

– Давай пройдемся. Я нервирую Маклиша, когда наблюдаю за погрузкой.

Они прошли вдоль ящиков, затем остановились.

– Знаешь, однажды у нас одного из парней укусила кобра. – Джесс приподняла грифельную доску с обозначением названия корабля и даты отправки, затем опустила ее. – Кобра выползла из тюка с индийским ситцем. И мужчины забили ее до смерти. Прямо здесь, на погрузочной платформе.