Индиана Джонс и Заклятие единорога - МакГрегор Роб - Страница 30

Он пулей выскочил из дома, а я пошла в свою комнату укладывать вещи, решив в тот же день уехать в Рим, хотя прежде намеревалась погостить еще недельку. Быть может, это несправедливое сравнение, но мне кажется, что даже Муссолини разумнее и сострадательнее, чем мой собственный отец.

– Ну и ну, черт меня побери! – пробормотал Смитти. – Сравнить меня с каким-то поганым диктаторишкой! Пожалуй, надобно было сказать Мейре, чего я с ним сделал, да только она загнала меня в угол, вот и меня заколодило.

– Послушайте дальше, – Инди вернулся к чтению:

И вот тогда ко мне постучалась Рози. Она поведала, что Смитти заложил жезл в ломбард, а она знает, кто его купил. Смитти она об этом не говорила, даже когда он начал расспрашивать – боялась, что он отыщет жезл, и все опять покатится под уклон.

Смитти с проклятьем пнул камень.

– Прям-таки не верится! И это моя собственная жена! Она спервоначала знала про это, а мне ни гу-гу. Кто купил его у Недди? Она не пишет?

Инди быстро просмотрел текст.

– Ага, пишет. Агуила. Он самый.

– Нет, ты только подумай! Пошли обратно, потолкуем с этим краснокожим. Ему, видите ли, вздумалось в игры с нами играть!

Инди хотелось продолжить чтение хроники, но он понял, что Смитти прав. Агуила – не только единственная ниточка, ведущая к жезлу, но и ниточка, протянувшаяся к Мейре, а это куда важнее.

– Недди, по-моему, нам надо еще попрактиковаться в паре, прежде чем выходить вместе на сцену, – заметил Шеннон, укладывая саксофон в футляр.

– В каком это смысле? Глядите, у нас уже есть аудитория, – морщинистый негр указал на дюжину человек, по большей части индейцев-навахо, глазевших на них, будто на животных в зверинце. Винить их не за что. Сочетание волынки и саксофона дает звук, который можно принять то ли за клич пары распаленных зверей, то ли за рев взбесившейся диковинной твари, то ли за все сразу.

– Ну, им не приходится платить за билеты на концерт, – возразил Джек. – С другой стороны, нам тоже не приходится расплачиваться за подобный концерт.

– Вот это достойный настрой, молодой человек! Итак, вы готовы сыграть еще разок?

– На сегодня хватит, Недди, – Шеннон пришел в торговый пост еще два часа назад, чтобы порасспросить об Агуиле. Но если Недди и остальные знают его, то предпочли это скрыть.

– Джеки, с чего такая спешка?

– Надо похлопотать об обеде. Рози обещала приготовить что-то специфическое.

– Наверно, навахо-пиццу – это ее фирменное блюдо. Смахивает на пиццу, сделанную из жареного индейского хлеба.

– Звучит недурно. Приятное разнообразие после неизменной бараньей похлебки Смитти.

Уже у самого постоялого двора Шеннон заметил перед домом запыленный «Паккард». Когда он уходил, машины здесь не было. Наверное, приехал новый постоялец. Подходя к задней двери, Джек ощутил аромат пирогов, просачивающийся сквозь сетку двери.

– Давайте угадаю, – воскликнул он, ступая в кухню, – навахо…

Рози сидела за кухонным столом, а ее косу намотал на руку мужчина, целивший из револьвера Шеннону в грудь.

– пицца… – растерянно проговорил Джек. – Что это значит?!

Этот тип с густыми бровями и приплюснутым носом – один из тех, кто сопровождал его в поездке с Песчаного острова. Но внимание Джека тотчас же переключилось на человека, вышедшего из гостиной.

– А на что похоже, на дерьмовый пикник, что ли?

Ясно, Уолкотт. Левая рука на перевязи, к нижней губе приклеилась сигарета.

– Что вы тут делаете?

– А как по-твоему, Шеннон?

– Не знаю, но сыт этим по горло.

– Сядь! – Уолкотт указал в сторону стола, поморщившись, когда больная рука качнулась на перевязи. Шеннон поглядел сперва на бандита, потом перевел взгляд на револьвер и сделал, как велено.

– Что вам от нас надо?

– Где твой дружок Джонс?

– Уехал.

– Это нам уже известно. Он ищет Мейру. Куда он поехал?

– Не знаю.

– А по-моему, знаешь. Вот мы и подождем, пока ты скажешь.

– Может, выколотить сведения из него? – предложил головорез.

– Поступим по-моему, Джимбо, – откликнулся Уолкотт. – Я ждал много лет, подожду еще пару минут.

– Прямо не верится, что вы мотаетесь по пустыне, отыскивая призрачный рог единорога, – свысока бросил Шеннон.

В ответ Уолкотт с ухмылкой кивнул на Библию, оставленную Джеком на углу стола.

– Раз уж ты веришь в Библию, то должен верить и в единорогов.

– Может, они когда-то и были, но давным-давно пропали, – парировал Шеннон. Уолкотт выпустил дым в его сторону. Англичанин совсем взмок, его слегка лихорадило.

– Пропали, да не все. Один легендарный рог единорога уцелел, и будет моим.

– А на кой он тебе?

– Можно сказать, он давненько оказался в сфере моих интересов, а учитывая мое прежнее знакомство с Мейрой и твоим дружком Джонсом, ты поймешь, почему я решил не отступать от задуманного и добыть эту безделицу.

– А откуда она взялась? – поинтересовался Шеннон.

– Сперва скажи, где мне искать Джонса, и я изложу тебе детали.

– Он не знает, где рог, – огрызнулся Шеннон.

– Но он знает, где Мейра, не так ли? А она знает, где рог.

– Я же вам сказала, – подала голос Рози, – она знает про рог не больше, чем профессор Джонс. Оставьте их в покое, и нас оставьте в покое.

– С чего это ты так уверена, что она не знает? – Уолкотт пристроил раненную руку поудобнее.

И вдруг Шеннон сообразил, как отделаться от этих типов.

– А может, вам стоит напрямую спросить у индейца по имени Агуила? Наверно, он знает, где жезл. Это он его выкупил.

– Нет! – крикнула Рози. – Это мой дедушка!

– Вот теперь мы сдвинулись с мертвой точки. – Бросив окурок на пол, Уолкотт раздавил его подошвой.

– Развязывай язык, сквоу! – Джимбо резко толкнул голову Рози к столу. – Где искать твоего дедулю?

– Полегче, Джимбо, полегче, – осадил его Уолкотт.

– Вы не сможете его найти, – тяжело дыша, отозвалась Рози, когда рука бандита ослабила хватку.

– Или ты сейчас же отведешь нас к нему, или вы оба умрете, – по ледяному, беспощадному тону Уолкотта было ясно, что он намерен привести угрозу в исполнение. – Итак, что ты выберешь?

– Не трогайте моего дедушку. Я отведу вас туда, где спрятан рог. Я знаю место.

– Итак, правда наконец выходит наружу! – возликовал Уолкотт. – Где это?

– В Ховенуипе.

– А, запрятан в руинах анасаси? Умно. Ты знала об этом с самого начала и даже словом не обмолвилась старине Смитти.

Шеннона насторожило то, что Уолкотт говорит о Смитти, как о приятеле. Впрочем, в поведении Уолкотта все настораживает.

– Ладно, теперь вы все знаете, – бросил Джек, – так оставьте нас в покое.

– Пока не можем, Шеннон. Нынче ночью нам предстоят археологические раскопки, и вы с Джимбо будете моими землекопами.