Индиана Джонс и Великий потоп - МакГрегор Роб - Страница 42

Инди пошарил по стене ладонями, надеясь наткнуться на рычаг или хотя бы стык, указывающий, что тут есть дверь. Но чем дольше он искал, тем сильнее убеждался, что это самая заурядная стена, что она вовсе не исчезнет как по мановению волшебной палочки, открыв путь на свободу.

– Нет, тут просто чертов тупик, – бросил он. – Придется возвращаться.

– О, нет, – простонала Катя. – Далеко ли нам еще спускаться?

– На пять ярусов, если мы собираемся держаться главной дороги, – сообщил Омар. – Но можно попробовать и окольные.

– Может, нам разбиться на пары? – предложил Ахмет.

– Это слишком упростит задачу большевикам, – покачал головой Инди. – Они переловят нас поодиночке. Но они не настолько глупы, чтобы нападать на такой большой отряд.

– Держу пари, старина Хасан сидит себе спокойненько, дожидаясь, когда мы подымем лапки кверху, – сказал Шеннон, с тоской глядя на стоящую рядом Катю.

– Янычары просто играют с нами, – откликнулась она. – Для них это просто-напросто игра. Они хотят посмотреть, что предпримут близнецы.

– У меня идея! – подал голос Заболоцкий. – Катюша, я достану Ковчегово дерево. Я хочу, чтобы ты попросила Господа наставить нас.

– Аминь, – подхватил Шеннон. – Наставления нам нужны, но при чем тут деревяшка?

– Сами узнаете, – лаконично парировал Заболоцкий.

Припомнив, что Катя рассказывала о Ковчеговом дереве и его воздействии на себя, Инди подумал, что нельзя брезговать никакими возможностями.

Катя села на пол и осторожно развернула обломок. Шеннон беспокойно озирался.

– Если кто-нибудь сюда забредет, то мы тут заперты, как в мышеловке.

– Укрепитесь в вере, – осадил его Заболоцкий. – Я вижу, вы стали христианином совсем недавно.

Шеннон нахмурился и уже собирался было затеять спор, когда Инди отвел его в сторонку и вполголоса поинтересовался, что с ними случилось в Стамбуле. Шеннон рассказал об убийствах и собственном бегстве.

– Теперь-то я понял, что убили их не янычары, а русские, – завершил он рассказ.

– Бедная девочка, – проронил Инди.

– Тсс! – поднял ладонь Заболоцкий. – Пожалуйста, помолчите.

Закрыв глаза, Катя прижимала Ковчегово дерево к груди.

Она узрела окруженную сиянием женщину. Поначалу черт ее лица разобрать было невозможно, но еще до того, как они прояснились, Катя поняла, что это мама. И в то же мгновение сияние стало ярче. Мама улыбнулась Кате, и сияние снизошло на нее, окружив со всех сторон. Катя думала, что ослепнет от света, но вместо того ее охватило удивительное чувство мира и покоя.

Она увидела, как возносится вверх по световому лучу сквозь тоннель, к ночному небу над головой. И вот она снова стоит посреди белой долины со странными домами, но на сей раз зная, где находится. Пейзаж, окружающий подземный город – отнюдь не порождение фантазии, он вполне реален. Еще Катя поняла, почему здесь светло и темно одновременно: солнце давно закатилось, но долину заливает яркий свет полной луны.

Затем долина исчезла. Катя по-прежнему видела свет, но теперь, преграждая ему дорогу, темной громадой высился у нее на пути силуэт близнеца. Свет угас, и Катя обнаружила, что сидит на каменном полу коридора, а остальные смотрят на нее.

– Ты видела дорогу отсюда? – с места в карьер поинтересовался отец. Не услышав немедленного ответа, он повторил: – Господь указал тебе путь?

Катя не хотела говорить, что видела маму. Это повлекло бы лишнюю путаницу.

– По-моему, видела, вот только не знаю, где он.

– Надо идти, – с нетерпением сказал Инди; он явно ожидал большего. Катя повертела дерево в руках, чувствуя гнев на собственное бессилие.

– На самом деле, я знаю, где путь наверх.

Все молча ждали продолжения, но Катя тянула с ответом. Быть может, она просто видела собственную смерть. Быть может, таков единственный путь к полному освобождению. Впрочем…

– Ну? – не утерпел отец.

– Мы отыщем его, когда найдем близнецов.

ГЛАВА 18. КОЛОДЕЦ

– Ты знаешь, что уже почти два часа ночи? – проговорил Шеннон, шагая по коридору. – Неудивительно, что я выжат как лимон.

Для Инди, давно обретавшегося здесь, ни дня, ни ночи уже не существовало – лишь тусклый, дымный свет мерцающих факелов да пляска теней.

– Ага, я бы не отказался от чашечки кофе – вот только вряд ли нам встретится кофейня по пути.

– Да как вы можете шутить?! – вспылил Заболоцкий, спускаясь по лестнице.

Инди остановился у ступеней. Он был уже сыт по горло и Заболоцким, и его мрачным настроем, и как раз собирался сообщить об этом, когда Шеннон вдруг вынул пистолет.

– Что тут?

– Где? – огляделся Инди.

– Вон там, в углу. Какой-то звук.

– Не стреляйте! – раздался голос из тени. Не успела просьба отзвучать, как сверху на Шеннона кто-то обрушился, сбив его с ног. Пистолет выпал из руки, улетев во тьму.

Инди поднял саблю, но затаившийся в углу зверем наскочил на него, схватил за горло и швырнул о стену. Потом вцепился Инди в запястье и резким движением вывернул ему руку; сабля со звоном упала на камень. Их окружали крики и стоны, мельтешение рук и тел. Один из нападающих, схватив Омара и Ахмета за шеи, душил их. Перед глазами Инди мелькнула лысая голова; он лягнулся обеими ногами и сбил того наземь. Второй близнец медвежьей хваткой сжимал в объятьях Шеннона и Заболоцкого, яростно молотивших его куда попало.

Инди нащупал кнут, но сбитый с ног близнец перекатился, навалившись на него всем весом, вырвал кнут и накинул Инди на шею, затянув с такой силой, что едва не сломал ее. Инди уже терял сознание, когда Катя ткнула факелом нападающему в лицо. Тот вскочил и с ревом заметался по сторонам, как раненный буйвол. Кнут ослаб.

Инди приподнялся вовремя, чтобы увидеть, как Катя сунула факел второму близнецу сзади за пояс брюк. Тот отпустил Шеннона с Заболоцким и заорал благим матом, пытаясь вытащить факел.

Когда Инди встал, близнецы уже скрылись во тьме, а спасительный факел дымился на полу. Инди еще покачивало, но он сумел помочь туркам подняться на ноги. Заболоцкий на четвереньках ползал по полу, бормоча что-то о Ковчеговом дереве, а Шеннон обнимал Катю.

– Обними ее и за меня, – попросил Инди. – Обними ее за всех нас. Этот фокус с факелом избавил нас от верной смерти.

Тут Инди заметил Ковчегово дерево, озаренное неизвестно откуда взявшимся бледным серебристым сиянием.

– Владимир, здесь. Вон оно!

Заболоцкий схватил дерево, а Инди поднял голову, взглядом отыскивая источник света. Им оказалась дыра высоко в стене.

– Свет, лунный свет! – оживилась Катя. – Там сидел близнец, загораживая свет. Вот он, наш путь на волю!

Шеннон подсадил Инди, и тот вполз в отверстие, оказавшись в тесной комнатке размером чуть побольше шкафа. Футах в пяти от него была вторая стена точно с таким же отверстием, зато потолка над головой не было. Инди стоял на дне тесной шахты, напоминающей лифтовый колодец, а висящая почти в самом зените полная луна наполняла шахту своим сиянием.

– Это вентиляционный колодец, – сообщил Инди. – Не меньше сотни футов в глубину.

– Может, нам удастся подняться по нему? – предположила Катя.

Инди провел ладонью по гладкой стене. Никаких скоб. Уцепиться совершенно не за что. Наклонившись обратно, он увидел, что Катя и Шеннон уже втиснулись к нему. Шеннон прихватил с собой саблю и теперь ковырял ею стену.

– Интересно, долго ли они вырубали этот колодец?

Слова Шеннона навели Инди на мысль.

– Джек, у тебя есть нож?

– Ага, но я не успел его выхватить. Русские обрушились на нас как снег на голову.

Инди сел и повернул каблук ботинка, все еще хлюпавшего после купания в озере и путешествия по канализации. Потом вытащил лезвие.

– Теперь он тебе пригодится. Нам предстоит потрудиться.