Чудесные сны - Престон Фэйрин (Фей) - Страница 29

Стив безумно хотел ее. Кендалл ощущала это в каждом его прикосновении. Он целовал ее лицо, затем шею, а затем вновь вернулся к губам, запустив язык в глубину ее рта. Его руки блуждали по ее телу, нежно лаская грудь, спину, бедра, а затем снова грудь.

Стив был неистов и неукротим. Кендалл чувствовала, как он дрожит – так сильно было его влечение к ней.

Кендалл протянула руки к его брюкам и начала расстегивать ремень. Стив издал какой-то звериный вопль, подхватил Кендалл на руки и увлек в спальню.

Там он опустил ее на кровать и продолжил свои пылкие ласки. Вскоре вся одежда была сброшена на пол. Не в силах больше сдерживаться, он тут же вошел в нее. Кендалл громко стонала, ощущая неописуемое блаженство.

Стив шептал ей что-то ласковое, но смысл его слов не доходил до нее. Она вся горела, погрузившись в забытье, впадая в сладостный экстаз. Ничто не могло их оторвать друг от друга, несколько раз они достигли оргазма, пока последние силы не покинули их.

Кендалл заворочалась в кровати, постепенно просыпаясь. В спальне занавески были задвинуты, не позволяя солнечному свету пробиться в комнату. Она не имела представления, сколько спала и который был час. Не двигаясь с места, она глазами попыталась найти часы.

– Сейчас пятнадцать тридцать.

Кендалл не нужно было слышать голос Стива, чтобы ощутить, что он лежит в постели рядом с ней – она чувствовала тепло его тела.

– Нам пора одеваться, – нехотя сказала она.

– Да, надо привести себя в порядок, пока не пришли ребята.

Стив поднялся на локтях и легонько подтолкнул Кендалл, чтобы она повернулась на спину, и он смог взглянуть ей в глаза.

– Первым делом нам надо кое-что обговорить.

– Что? – осторожно спросила она.

– Прошлой ночью ты сказала, что любишь меня. Это правда?

Кендалл села, натянув на себя простыню, чтобы прикрыть наготу. Она так жаждала его, что позволила себе переспать с ним еще раз, последний раз, но теперь жалела об этом.

Эмоционально она чувствовала себя полностью опустошенной. Спорить ей тоже не хотелось.

– Не стоит вспоминать об этом. Мы просто еще раз переспали – вот и все. Мы оба – здравомыслящие, взрослые люди, и мы оба хотели этого.

Кендалл попыталась встать с постели, потянув за собой простыню. Ей не хотелось ходить по комнате голой.

Стив поймал ее за локоть.

– Ты снова злишься на меня, Кендалл? Почему?

– Ты хочешь, чтобы я дала тебе какое-то обещание, а мне этого совсем не хочется.

– Я просто задал вопрос. Ты сказала, что ты любишь меня. Ты говорила это от души?

– Я всегда говорю от души.

Намек был ясен – она не лжет, в отличие от него, но Кендалл так и не ответила на вопрос, заданный Стивом.

– Ладно, – нежно проговорил Стив, – давай на этом остановимся. Сделай глубокий вдох. Ты уходишь от вопроса.

– Кажется, я тебе ответила. Не понимаю, чего ты от меня добиваешься.

– Кендалл, я много делал не так, но я люблю тебя – и это чистая правда. И менно поэтому я и спрашивал, от души ли ты сказала, что любишь меня.

– Зачем тебе? Что ты будешь делать, если я скажу «нет»?

– Перестань, Кендалл. Я совершил много ошибок, но я не хочу, чтобы ты завтра уезжала. Прошу тебя – останься со мной.

Кендалл удивленно посмотрела на Стива. Наверное, она все еще любит его, потому что любовь так внезапно не проходит, в то же время она почему-то ее не чувствовала. Может быть, любовь все-таки умерла?

– Ты хорошо вживаешься в роль. Наверное, ты иногда сам не понимаешь, когда ты бываешь настоящим, а когда – нет.

Стив сел.

– Я не играю. Только не сейчас. Только не с тобой, – горячо сказал он.

– Чем данный момент отличается от любого другого времени?

– Дело Вартонов закончено. У меня больше нет причин тебя обманывать.

– Очевидно, ты уже не можешь удержаться. Ты не замечаешь, где заканчивается одно твое задание и начинается другое.

– Ты ошибаешься. Я не могу себе позволить не замечать. Если я что-то не замечу, это будет стоить мне жизни.

– Я тоже не могу позволить снова обмануть себя.

– Я не буду тебя обманывать. Тебя – никогда. Послушай меня – я люблю тебя!

Кендалл кивнула, но не смягчилась после его признания.

– Я не могу жить с мужчиной такой профессии, как у тебя. Я не смогу смотреть, как человек, которого я люблю, тонет во лжи. Может быть, именно поэтому Рид не сказал мне, чем он занимается. Он меня слишком хорошо знал.

– Я люблю тебя, Кендалл. Я не думал, что способен так кого-то полюбить.

Если бы он сказал это некоторое время назад, Кендалл была бы счастлива, но теперь…

– Я поторопилась, когда сказала, что люблю тебя. – Кендалл взвешивала каждое слово, которое говорила. – Все случилось слишком быстро. Я должна уехать от тебя хотя бы на некоторое время. Мне нужно время. Мне нужно спокойствие и нормальная жизнь. Мне необходимо все обдумать.

Стив взглядом искал ее глаза, а найдя их, увидел в них холодную решимость.

– Значит, у меня нет выбора? Мне придется отпустить тебя?

– Да, выбора у тебя нет.

11

Следующий день был пасмурным и туманным, идеальным для задержания преступников, как казалось Кендалл, стоящей напротив Алдена и Маркуса. Туман также обеспечивал хорошее прикрытие всем тайнам, обману и предательству, которые открылись ей.

Стивен стоял рядом с Кендалл, вооруженные агенты ФБР спрятались в соседней комнате. Кендалл позволила Стиву вести все переговоры. Так как Рид купил картину на деньги Вартонов, Стиву нужно было, чтобы Маркус и Алден признали, что картина принадлежит им.

Кендалл казалось, что она никак не связана с происходящим. Она почти не волновалась: все должно было закончиться хорошо, Кендалл не сомневалась в этом. Как только закончится этот маскарад, она уедет домой. Ее вещи уже лежали в машине, стоящей у дома – Кендалл не терпелось уехать.

Она старалась не смотреть на двух мужчин, стоящих перед ней – они ее просто не волновали. Все внимание Кендалл было сосредоточено на Стиве, который с большой осторожностью и предупредительностью говорил с Маркусом и его сыном. Кажется, Стив забыл, что женщина, которой он несколько часов назад клялся в любви, находится рядом с ним. Это устраивало Кендалл. Познакомившись с ним, она пережила такой спектр чувств, что, казалось, внутри все перегорело, она была опустошена и измучена.

– Ну что? – нетерпеливо проговорил Алден. – Мы пришли и хотим получить назад наши деньги!

– Не нервничай, – осадил Маркус своего сына. – Стив не пригласил бы нас сюда, не соберись он все вернуть нам добровольно. Во всем облике Маркуса читалось благородство – у него были седые волосы и римский профиль, он скорее был похож на президента правления банка, доброго семьянина, имеющего многочисленных внуков, навещавших его каждое воскресенье, чем на крестного отца преступного клана.

– Конечно, я все отдам, – сказал Стив. – Только, как Рид сказал вам, это уже не деньги. Он превратил их в нечто другое, стоимостью десять миллионов.

– Тогда отдай нам эту вещь, – воскликнул Алден, нервы которого были напряжены до предела.

– Не спеши, Алден. Сначала я хочу показать ее вам. Маркус, тебе это должно понравиться. – Стив достал холст из-за спины и развернул его. – Это Пикассо. Я навел кое-какие справки – эта картина была украдена из одного французского музея пять лет назад.

Маркус подошел поближе, чтобы рассмотреть полотно, его глаза заблестели от восторга.

– Господи, это произведение искусства!

Алден остался недоволен увиденным.

– А откуда ты знаешь, что это что-то стоящее? Картина может быть подделкой.

Маркус посмотрел на Алдена, но тут же вновь обратил взгляд на картину.

– Рид не выложил бы такую кучу денег за подделку. Он был осторожным человеком и наверняка навел все справки.

– Я говорю о Стиве, – объяснил Алден. – Он мог найти оригинал, а нам подсунуть копию.