Форсаж - Харрисон Колин - Страница 97

– Да.

– Зачеркни его.

Чарли взглянул на лист бумаги.

– Зачем?

– Делай, как я говорю.

– Хорошо, – он зачеркнул номер.

– Ты помнишь имя? – спросила она.

– Какой-то Боб.

– Теперь Тони не сможет через него меня достать, – сказала она.

– О, – ответил Чарли, едва ли следуя за ходом ее рассуждений. – Что мне теперь делать?

– Назови мне имя своего банкира.

– Тед Фулман. «Сити-банк».

– Позвони, – сказала Кристина, – и скажи, что я сообщу ему детали. Это трехсторонняя сделка. Они предъявят мне сертификат об отгрузке, который содержит описание груза, в котором указан номер контейнера. Сертификат можно переоформлять на различных владельцев. Иногда такие документы подделывают, но у этого парня хорошая репутация. Я не утверждаю, что фотоаппараты не краденые, только говорю, что они находятся в контейнере. Деньги переводятся из банка агенту, тот выдает мне сертификат об отгрузке, и я отдаю его Тони. Потом он может ехать и забирать контейнер с фотоаппаратами.

– Похоже, теперь я понимаю.

– Так что позвони своему банкиру, Чарли, скажи, что меня зовут Салли.

– Хорошо.

Он был слишком измотан, чтобы все это понять. Когда она повесила трубку, он перезвонил Теду.

– Ты получил деньги от моего брокера?

– Да, – сказал Тед. – Дальше что?

– Мой представитель по имени Салли позвонит тебе и скажет, куда отсылать кредитное письмо. Извини за всю эту неразбериху, Тед.

– Так что за сделку ты затеял, Чарли?

– Черт возьми, Тед, ты подумаешь, что я с ума сошел. – Он пытался придать голосу оживленность. – У меня есть возможность купить дешево партию… икры. Причем сделку нужно оформить очень быстро. Доход от продажи должен быть большим, и я уже нашел покупателя.

Тед хмыкнул.

– Ты всегда был игроком, Чарли. Мы доставим письмо и вышлем бонды, как только нам позвонят.

– Супер, – выдохнул Чарли, уже едва способный говорить. – Спасибо, Тед, большущее спасибо. Она – Салли, я хочу сказать, – она позвонит. Спасибо.

Тони покачал головой.

– Не верю я, что эта девчонка появится здесь с сертификатом об отгрузке стоимостью в пять миллионов долларов. Ей нужно, чтобы они вписали ее имя, и все, товар у нее в руках, она может продать его кому угодно. Уж я-то бывал на этих портовых складах. Там творятся удивительные вещи.

– Итак? – спросил Моррис.

– Итак, нам нужно узнать у Чарльза, что она ему только что сказала, где она, установим наблюдение и возьмем тепленькой.

Зазвонил телефон Чарли, тубку взял Тони.

– Да, дорогуша, он все еще здесь. Он в порядке. Когда получишь сертификат об отгрузке, звони вот по этому номеру, – он продиктовал цифры. – А потом мы обсудим, как забрать груз. И даже не пытайся разыграть какую-нибудь из своих штучек. – Он повесил трубку. – После звонка по этому номеру ребята Пека узнают, где она находится, меньше чем за десять секунд, даже если она звонит по мобильному. Мы тут же выезжаем, а они стараются держать ее на линии. – Он наклонился и положил руку на капельницу. – Это наш запасной вариант, если Чарльз не окажет содействия.

Моррис повернулся к Чарли.

– Так ты нам скажешь?

– Что?

– Имя того парня, который продает камеры.

– Оно мне неизвестно.

Они хотят узнать, где офис Боба, понял он.

– Она дала мне только телефонный номер.

– Тогда – какой же номер?

Чарли бросил взгляд на исписанный лист бумаги и застыл.

– Она сказала мне зачеркнуть его.

Тони и Моррис молча посмотрели друг на друга. Потом Моррис с отвращением покачал головой.

– Ну и хитрющая же эта девка.

Теперь меня можно пускать в расход, осознал Чарли. Они могут прикончить меня прямо сейчас и ничего от этого не потеряют.

– При всем моем уважении, Тони, – сказал Моррис, – но твой запасной вариант не сработает, если она не позвонит по номеру, который ты ей дал.

– Она позвонит, – сказал Тони, – если хочет, чтобы ее мать была…

– Обожди, – сказал Моррис.

– Что такое? – спросил Тони.

– А ведь он помнит этот чертов номер, – сказал Моррис, входя в раж. Он указал на Чарли. – Только посмотри на него!

Он не помнил номера – ни за что на свете не вспомнил бы. Но если притвориться, что хитрит с ними, тогда они будут его пытать. То есть поддерживать жизнь. Может быть, он еще выберется из ловушки и доберется до Элли, чтобы поцеловать ее.

– Он знает номер! – заорал Моррис, губы у него были мокрыми. – Я вижу по его глазам!

– Он ее оберегает, – сказал Томми.

– Не делай этого, – предупредил Моррис.

– А почему бы и нет? – удивился Чарли.

– Так это твой ответ? – завопил Моррис. – Все, что ты можешь сказать?

Чарли сделал глубокий вдох. Что они могут с ним сделать за несколько часов? Он продержался три месяца в плену у северных вьетнамцев.

– Так ты нам скажешь? – Нет.

Моррис, не веря своим ушам, посмотрел на остальных, словно беря их в свидетели того, что его оскорбили, а затем перевел взгляд на Чарли.

– Ты понимаешь, что я обнажил твой спинной нерв?

– Я это понимаю, – ответил Чарли. – Я понимаю всю ситуацию.

Тони медленно поднялся со стула и сделал шаг вперед. Взгляд его был озабоченным.

– Сообщите нам телефонный номер, мистер Равич. Вы знаете, так будет лучше.

– Не могу, – сказал Чарли.

– То есть нам придется вырывать его из вас силой?

Каждая минута, пока я жив, подумал Чарли, дает мне шанс на следующую. Он повернул голову, насколько мог, и посмотрел Моррису в глаза. Во взгляде его была ненависть.

– Именно это я имею в виду, да. Моррис холодно кивнул.

– Тогда начинаем представление, – сказал он. Он выдернул иглу из спины. Чарли ничего не почувствовал. Все молчали. Моррис взглянул на часы – скоро вы взвоете белугой, мистер Чарли.

Спина превращалась в раскаляющуюся жаровню. От обжигающей боли Чарли извивался и вопил, словно раненое животное.

Они прижали его к столу, Моррис вынул плоскогубцы из ящика с инструментами. Он что-то выдрал у Чарли из позвоночника. От боли начались галлюцинации – ледяные червяки закопошились в одной из ног, анус начал сокращаться.

– Господи! – взвыл он. – Господи, помоги! Кто-то схватил его за руку. Он открыл глаза.

Моррис, улыбаясь чему-то, вложил в дрожащую ладонь Чарли окровавленный болт.

– У тебя начиналась костная атрофия, – объяснил он. – Вот болт и расшатался.

– О, пожалуйста, – прохрипел Чарли, – дайте только позвонить жене. – Он выпустил болт и распростерся на столе, боль пронзала его насквозь. – Только дайте мне телефон… и позвольте мне… – Но боль накатила снова. Он попытался нырнуть в себя. Я сумею продержаться, подумал он, знаю, что сумею. Он заметил, как Моррис рассматривает стальной кровоостанавливающий зажим. Я сильнее их, Элли, не беспокойся. Я и не с такими могу совладать. Его спина задергалась в конвульсиях, будто нервы и мускулы оказались в полном замешательстве, перед глазами поплыли красные огни. Они не смогут убить меня, милая, я обещаю. Он собирался держаться. Не терять сознания. Все будет в порядке, Элли! Скажи об этом Джулии. Скажи Бену.

«Бруклин-Квинс Экспрессвэй» Бруклин

Если бы он был трусом, то вернулся бы в Ориент-Пойнт, руля и переключая передачи правой рукой, пользуясь правой полосой. Не так уж это и трудно. А там, подпрыгивая на кочках, покатил бы себе мимо ферм и лотков, с которых продают тыквы, мимо кафе, бензоколонок и общественных пляжей до затерянного проселка, где его хижина. Он вылезет из грузовика и одной рукой терпеливо перережет дубок, которым перегородил дорогу перед своим отъездом. Потом припаркует грузовик у самого дома. Осмотрит помидоры, кукурузу. Глянет на лиловую жимолость, что растет вдоль ближней стороны амбара. Как же хорошо! Трава высокая и мокрая. Он найдет ключ под устричной раковиной, займется домашними делами, а когда проголодается, отправится в харчевню, рядом с которой стоит школьный автобус, набитый дровами. Войдет, трус трусом, присядет, и, конечно, все уставятся на его культю и спросят, что случилось (а может, не спросят). В общем, ему на все наплевать. Просто дайте мне цыпленка, пожалуйста. Через пару дней любопытство поутихнет. Он будет сидеть у окна хижины и смотреть, как над океаном зарождается новый день, уступая место ночи. Но придет момент, и, как свойственно всем трусам, он спросит себя: «Почему ты не довел дело до конца? Не по зубам?…»