Сказания Дарины. Книга вторая. - Маслова Галина Николаевна - Страница 2

* * *

Отчаянно скрипнув тормозами, допотопный автобус местных пригородных маршрутов остановился, подняв облако густой пыли. Натруженная рука водилы потянула рычаг, дверь с грохотом сложилась, пропуская пылюгу внутрь. Старушка с переднего сидения едва поднялась на затекшие ноги, опираясь на клюку, кряхтя подняла объемную плетеную корзину, прытко сползла со ступенек и мелкими шажками засеменила дальше по пыльной дороге, бережно придерживая корзину обеими руками, из которой с громким возмущенным гагаком высунулась голова гуся.

- А тебе чего, особое приглашение надо? - рыкнул водила выгибаясь из-за загородки - Давай, выметайся быстро, краля. Приехали. Загорное вон там, куда бабуля понеслась.

Я молча выпрыгнула из автобуса, подхватив плотно набитый туристический рюкзак, закинула его на спину, поерзала плечами размещая его удобно, чтобы не натер волдырей, двинулась следом за старушкой.

Догнать бабулю оказалось не так-то просто. Я шла довольно быстрым шагом, чуть наклонившись вперед, а расстояние никак не сокращалось. Когда взобралась на горку, увидела старушку внизу. Поспешила следом.

В лощине проселочная дорога закончилась резко, на следующую горку вела широкая, наезженая телегами, колея. Пока я спустилась, старушка была уже наверху. Оглянулась, поставила корзину на траву, оперлась на клюку, поджидая меня.

- А ты кто такая? Чего за мной идешь? - недовольно спросила она.

Я ожидала этот вопрос и тут же ответила:

- Да вот, хочу в вашей деревне домик снять, если найдется кто сдаст...

Острый, совсем не старушечий, взгляд пробуравил насквозь. Бабка покрутила головой, пошамкала губами, спросила:

- Надолго?

Я кивнула.

- Хм... тогда пошли...

Она подхватила корзину и пошла чуть вперед.

- Может Вам помочь? - робко предложила я.

Старушка остановилась, критически оглядела меня с рюкзаком, покачала головой:

- Ты свое-то дотащи, а я уж как-нибудь...

И с прежней скоростью двинулась дальше часто переставляя клюку, как старинный француз тростью. Я молча поплелась следом. На третьей горке коленки задрожали, а бабке хоть бы хны. Да уж, выносливость у деревенских жителей еще та. Нет слов...

* * *

Наконец мы дошли до хуторка из одной улицы, по обеим сторонам которой тесно жались друг к другу ветхие домишки, робко выглядывающие из-за густой листвы кустов сирени, жасмина и цветов. Наверное правильнее было бы называть хуторок не Загорное, а Цветное, потому что цветы здесь были повсюду. Плетущиеся розы увивали не только стены домов, но и калитки, деревья, заборы. Гирлянды цветов свисали с подвешенных горшочков, ящичков, росли на грядках во двориках и перед домами. В глазах пестрело от обилия красок, лепестков, видов, форм. В голове закружилось от непривычных запахов. Около некоторых домов цветов не было. Только буйная зелень укрывала их от людских глаз.

Старушка остановилась, строго глянула на меня.

- Жди здесь. - приказала безоговорочным тоном - Пойду баб соберу. Решим где тебя поселить.

Я молча кивнула и с трудом сняла тяжеленный рюкзак. Кинула его на травку у дороги, сверху села сама. Ждать так ждать.

Старушка юркнула в одну из калиток, вышла оттуда уже без корзины с гусем, быстро подошла к невысокому одинокому столбику, врытому у дороги, наклонилась, легко распрямилась с кувалдой в немощной руке, грохнула по столбику. Протяжный звон чистого металла плеснул далеко в стороны, поднялся вверх по склонам окружающих горушек и обрушился вниз. Я тут же зажала уши ладонями, но тщетно. Звон взорвался в моей голове дикой болью, пытаясь ее расколоть на мелкие части. Тошнота тут же подкатила к горлу, в глазах померкло.

Очнулась от внезапного холода. Старушка внимательно всматривалась в мое лицо, нагнувшись, с деревянным ведром наперевес, из которого все еще капали остатки воды. Сказать, что меня просто окатили ледяной водой, ничего не сказать. Я была мокрая с головы до ног и лежала рядом с совершенно сухим рюкзаком в здоровенной луже.

Бабы стояли кругом в одинаковых позах, скрестив руки на груди, все в платках, длинных одеждах, внимательно рассматривали меня, ожидали, пока встану. Встала, вытерла мокрое лицо ладонями, а ладони о мокрые штаны. Огляделась. Хмурых лиц или взглядов не было. Скорее интерес и участие. Знакомица тоже огляделась, как бы призывая к вниманию.

В общем-то данное собрание назвать просто бабами язык бы не повернулся. Это были опрятно одетые, ухоженные женщины старше пятидесяти. Под аккуратно завязанными платками угадывались модельные, хоть и старомодные, прически. Неброский макияж подчеркивал вкусы, настроения и характеры. Кухонные фартушки с рюшечками, кармашками и ручной вышивкой, у каждой на свой манер, чистенькие, будто только из-под утюга. Самая молодая из них спокойно расправляла прихваченное впопыхах полотенце. Видимо гонг оторвал от дел. Подозрительно покосилась в сторону торчащего из земли столбика. Да уж, гонг...

- Это Дарина, - представила меня присутствующим попутчица - Она из города. Хочет поселиться у нас на хуторе. Говорит надолго. Что скажете, бабоньки?

Женщины зашевелились, начали переглядываться, согласно кивать.

- Ну, коль решила пожить среди нас, пусть. Дело хорошее - громко сказала одна - Меня зовут Ольга.

Остальные загомонили, соглашаясь с ней. По очереди представились. Я старалась запомнить имена, но это было не просто. Последней назвала свое имя моя попутчица.

- Бабкой Марфой меня кличут. Я тут вроде как за старосту. Мужа своего покойного замещаю. Так что, все вопросы ко мне - обернулась в остальным - Где разместим ее, бабоньки?

- В доме Авдея и Матрены можно. Там удобно, да и в центре улицы. Будет на виду - подала голос Ольга.

- Нет, у Авдея крыша трухлявая - возразила та, что представилась Мариной - решали же, что подправить надо, а руки так и не дошли у мужиков-то. Осень не за горами, зарядят дожди, точно потечет. А что девка молодая, да еще и городская с этим сделает?...

- Да, у Авдея не стоит. Пусть селится в доме Матвея и Параськи. Там и горница светлая и комнат целых три...

- Тоже не особо. На отшибе же. Да и осыпь там пол-огорода завалила.

- Дом Настасьи и Ивана ей подойдет - решила бабка Марфа - Так и постановим. Пусть там и живет. Дети их уже лет пяток не показываются на хуторе. Видно и думать забыли про нашу глушь. Вот там пусть и селится.

Женщины согласно закивали, потянулись по дворам, на ходу переговариваясь о верном выборе старостихи.

- Пошли, Дарина, покажу где жить будешь - кивнула мне бабка Марфа, наклоняясь к моему рюкзаку.

- Ой, я сама! - спохватилась я - Он тяжелый!

Но было поздно. Бабка подхватила рюкзак подмышку, как недавно корзину с гусем и, также опираясь на клюку быстро засеменила по улице. Челюсть моя упала - бабка даже не заметила тяжести рюкзака. Я растерянно закрыла рот, пару раз хлопнула глазами, не скрывая удивления, послушно потопала следом.

* * *

Домик оказался неожиданно маленьким, аккуратненьким, ухоженным. Цветов все же не было. Плющ, кусты сирени и жасмина, плакучая ива у калитки. Терновник, смородина и малина вдоль заборчика усеяны поздними ягодами. Огромная айва, несколько яблонь, вишен и черешен за домом. Уютная маленькая беседка, заплетенная виноградом, с прозрачными бубушками на кистях. Странный, как не к месту, мангал внутри.

Марфа достала из кармана пять ключей. Одним открыла входную дверь. Жестом пригласила войти первой. Потоптавшись в нерешительности, я все же сначала буркнула ритуальную для такого случая фразу, которой обучена была с младенчества: