Ты в моей власти - Гаскойн Джил - Страница 51

Она кивнула, взяла огромное меню. Глаза уже привыкли к освещению, и она видела сквозь подсвеченное стекло волны океана. Между гребнями белой пены скользили отражения посетителей ресторана.

– Как красиво, – сказала она. – Спасибо, Том.

Он улыбнулся.

– От Лос-Анджелеса можно спятить, но среди этого сумасшествия попадается настоящая красота. Только здесь нельзя быть бедным.

– В этом отношении все города одинаковы, – заметила Розмари.

– Да, но в Америке всего так много – даже нищеты. Личное богатство и общественное убожество… Но, как бы там ни было, нам несут омара. Ешьте и наслаждайтесь. Надеюсь, у вас уже разыгрался аппетит.

– Он просто прелесть, – говорила она Майклу на следующее утро. – Такой вежливый.

У Майкла поднялись брови, и он вдруг стал похож на Фрэнсис.

– Вежливый? Неужели это так возбуждает?

– Майкл, – терпеливо объяснила Розмари, – что мне сейчас меньше всего нужно, так это чтобы меня что-нибудь возбуждало.

– Будешь еще с ним встречаться?

– Не знаю. Он просто отвез меня в отель. Ничего особенного я не заметила, никаких искр. Ну, ладно, что мы делаем сегодня? Можно я просто посижу у бассейна? Устала.

Накануне отъезда, когда она собиралась идти вниз завтракать, в ее номере раздался телефонный звонок. Звонила Элла.

– Ма?

– Здравствуй, дорогая. Вот так сюрприз. Что-нибудь случилось?

– Я не знаю. Решила тебя на всякий случай предупредить. Если только Майкл уже не знает. Сколько у вас там сейчас времени?

– У нас завтрак. – Под тонкой хлопчатобумажной рубашкой сильно и часто забилось сердце. – Элла, девочка, скажи мне, что произошло.

– Ты попала во все бульварные газеты. Ты и Бен.

Розмари задержала дыхание.

– Ма, ты слушаешь?

– Да. Я не понимаю.

– Фотографии. Молодой любовник и вся эта куча дерьма.

– Фотографии? Откуда?

– Похоже на Испанию. Наверное, на съемках того фильма.

Розмари старалась быть спокойной.

– Много грязи? – наконец спросила она.

– Не особенно. Звонила бабушка и закатила мне истерику. И Бен звонил.

– Что он говорит? – Она вдруг охрипла и почувствовала, что у нее задрожали колени.

– Хотел узнать, когда ты приедешь.

– Он злится?

– Нет, говорил, как обычно. – Как только Розмари упомянула о Бене, Элла заскучала.

– Ты ему сказала?

– Я сказала, что не знаю точно, – ответила Элла. – Правильно? Но он все равно без труда может все узнать. Например, позвонит Майклу в офис. Он знаком с одной из его машинисток.

– Господи ты Боже мой, – только и сказала Розмари. Потом добавила: – Элла, я все это улажу, когда приеду домой. Сейчас мне надо увидеться с Майклом и рассказать ему, что случилось. Спасибо, что предупредила. Это мне очень поможет.

– Ма, да все это не стоит выеденного яйца. Просто хреновая фотография в «Сан».

– Спасибо, дорогая, – засмеялась Розмари. – Ты меня развеселила.

– Мне надо идти, – вдруг забеспокоилась Элла. – У меня прослушивание. Джоанна передает тебе привет. Ах да, чуть не забыла. Звонила какая-то девушка по имени Джил, хотела поговорить с Беном. Я дала ей номер из твоей телефонной книжки. Ничего?

– Это телефон его двоюродной сестры.

– Ну да. Джил сказала, что звонила туда, но его там нет.

После прощальных слов Розмари медленно положила трубку. Куда, черт побери, подевался Бен? И откуда Джил знает ее телефон? В последние десять дней Лондон был для нее – все равно что другая планета. Теперь он снова приблизился, угрожая клаустрофобией, после просторов Лос-Анджелеса. И тут же в дальнем уголке сердца ожила полузабытая тоска. Жизнь со зловещим терпением ждала, когда Розмари наконец к ней вернется, чтобы все пошло по-старому. А может быть, уверенность в себе, которую она ощутила в Америке, придет на помощь. Может быть, ей удастся подавить инстинкт, который заставляет ее закрывать глаза и ждать, чтобы все утряслось само собой.

Она пошла к Майклу. Он должен знать, что делать.

– Я уже все знаю, – прокричал Майкл, как только она вошла, – он был в ванной. – Я разговариваю с Фрэнсис. Возьми другую трубку.

– Дорогая моя, – голос Фрэнсис долетел до нее через тысячи миль и обдал теплом. – Майкл доложил мне, что ты прекрасно проводишь время.

– Проводила. Ты видела газеты?

– Сплошное расстройство, ангел мой.

В разговор вмешался Майкл:

– Розмари, никакой трагедии не произошло.

Фрэнсис сказала:

– Она больше всего беспокоится о том, как прореагирует Бен.

Розмари заметила:

– Я все еще здесь, милые мои. Она все еще здесь.

Фрэнсис захохотала.

– Послушай, детка, Бен мне звонил. Хотел узнать, когда прилетает самолет. Я ответила, что будет очень глупо, если он отправится тебя встречать.

– Ты ему сказала? Я имею в виду время.

– Сказала, что не знаю.

– Правильно, – проговорил Майкл.

– Кто это там распоряжается моей жизнью? – спросила Розмари.

Снова заговорила Фрэнсис:

– Жду не дождусь, когда тебя увижу. Вас обоих.

– Спасибо, – радостно откликнулся Майкл.

Розмари сказала:

– Я кладу трубку, Фрэнни. Позвоню, как только приду в себя после перелета.

Она повесила трубку, села на диван и стала ждать, пока освободится Майкл. Ему позвонили рано утром из офиса и сообщили о фотографиях и заметках в газетах.

– Это кто-то из съемочной группы, – предположила Розмари. – В Барселоне. Ладно, ничего не поделаешь. Я только надеюсь, что Бен не слишком разозлился.

– С чего бы ему злиться?

– Ты его не знаешь.

Ее импресарио принялся планировать последний день пребывания в Лос-Анджелесе.

Розмари отправилась по магазинам покупать подарки. Они только что позавтракали с Гленом. И Глен, и Майкл, казалось, были очень довольны результатами поездки. Глен считал, что ей надо приехать и пожить в Лос-Анджелесе, а Розмари подумала, что вряд ли это то место, где она могла бы жить.

– Я подумаю, – ответила она Глену, но знала, что говорит это просто из вежливости. Всю дорогу в отель перед ней маячили образы ее матери, Эллы и Бена. «Как зловещие призраки», – подумала она.

Вечером Розмари собрала вещи. Обедали они вдвоем с Майклом – Глен должен был проводить их в аэропорт. Утром перед отъездом нужно было успеть поплавать.

– И привести в порядок голову, – с улыбкой сказала она Майклу. – На случай если нас явится встречать весь Лондон.

Розмари постаралась как следует выспаться, зная, как трудно ей бывает сомкнуть глаза в самолете.

Марлен тоже решила их проводить. Все четверо встретились в вестибюле отеля.

Розмари услышала голос портье.

– Мисс Дауни?

Она обернулась и, улыбаясь, кивнула.

– Вам просили передать, – сказал портье и протянул ей огромный букет желтых и белых роз в целлофановой упаковке.

– Какая прелесть, – просияла Розмари. – Спасибо. – Она стала искать карточку, но Марлен нашла ее раньше, открепила и протянула Розмари.

– Розмари, у вас завелся поклонник. Скажите, кто это, иначе я умру от любопытства.

Розмари прочитала: «Уверен, что снова вас увижу. Счастливого пути» – и сказала:

– Это от Тома. Тома Вудза. Как мило с его стороны. Я позвоню ему из дома.

– А я поняла, что он клюнул, – по-приятельски шепнула ей Марлен по дороге в аэропорт. Розмари держала цветы. – Обычно все, с кем я его знакомлю, ему не нравятся. А он такой отличный парень. Я ужасно рада и сознаю свою ответственность.

Розмари протестующе воскликнула:

– Поменьше энтузиазма, Марлен. Может быть, я никогда с ним больше не встречусь. – Пока Майкл сдавал вещи в багаж, а они втроем пили кофе, она то и дело поглядывала на цветы. – Какой большой букет. Что мне с ним делать в самолете?

– Цветы поставят в воду, – сказал вернувшийся Майкл. – Ты не хочешь сходить в «Дьюти-Фри», Розмари? Магазинчики выглядят очень заманчиво.