Рождение любви - Хауэлл Ханна - Страница 23

Все обитатели Карайдленда придерживались того же мнения. Слухи о трагических событиях, произошедших в спальне милорда, разнеслись по округе с быстротой молнии, и даже те немногие, кто недолюбливал Шторм из-за ее происхождения, резко изменили свое отношение к девушке. Колина любили и почитали в Карайдленде, и теперь все испытывали только добрые чувства к молодой английской леди, которая спасла ему жизнь. Дженет же никто не оплакивал. Эта женщина не сделала ничего, чтобы заслужить расположение обитателей поместья. Каждый старался хоть чем-нибудь помочь Шторм – даже если мог помочь лишь тем, что включал девушку в свои ежедневные молитвы. И никто не думал о том, что молится за дочь врага.

Тэвиш отнес Шторм в ее комнату, раздел и уложил в постель. Он очень за нее беспокоился – девушка потеряла слишком много крови. Она была настолько маленькая и худенькая, что эта потеря могла оказаться невосполнимой. Когда появились Филан с Малькольмом, Тэвиш оставил Шторм на их попечение и спустился в зал, чтобы выпить и расслабиться. День выдался не из легких.

– Как она? – спросил Ян, подавая брату кружку пива.

– Трудно сказать. Еще не пришла в сознание. С ней сейчас Филан и Малькольм. – Тэвиш сделал большой глоток. – Шторм такая маленькая, а рана глубокая… Она потеряла много крови.

– Маленькая, но сильная, – заметил Шолто, когда Тэвиш уселся за стол.

– Не могу поверить, что Дженет пыталась убить Колина, – задумчиво проговорил Дональд. – Может, она была не в своем уме?

– Не иначе, – согласился Ян, покачивая головой. – Надо же такое вообразить! Решила, что Тэвиш на ней женится, когда отец умрет! Ей казалось, что только его присутствие удерживает Тэвиша. – Он вопросительно посмотрел на брата. – О какой ночи она говорила?

За столом сидели только те, кому Тэвиш мог доверять.

– Целых шесть месяцев я думал, что переспал с ней, – сказал он. – Я не находил себе места от стыда. Порой не мог смотреть отцу в глаза.

– И как же ты узнал, что ничего не было? – спросил Энгус.

– Благодаря Шторм я вспомнил события той ночи. Она растирала мне спину и шею. Я задремал… и сам рассказал почти все, – с удивлением проговорил Тэвиш. – Она научилась этому у одной испанки. Такое растирание снимает усталость, и в голове проясняется. Я вспомнил, как Алекс отвел меня спать. Он развеял мои последние сомнения, сказал, что в ту ночь я не мог бы заниматься любовью. – Тэвиш покачал головой. – Мне кажется, Дженет сама поверила в свою ложь. Она была близка к. помешательству.

– Да, запутался ты со своими женщинами, парень, – вздохнул Энгус.

Его замечание вызвало дружный смех. За последние три дня в Карайдленде смеялись впервые.

Остаток дня Тэвиш провел на ногах – то бежал проведать Шторм, то поспешал к отцу, чтобы сообщить о состоянии раненой. Когда Шторм полегчало, Тэвиш немного успокоился. Он осторожно улегся в постель, стараясь нe потревожить девушку. Но когда повернулся к ней, увидел, что глаза ее открыты.

– Дженет хотела убить меня? – спросила она шепотом, морщась от боли.

– Да, малышка.

Тэвиш осторожно убрал волосы с ее лица. Коснувшись ее лба, он с облегчением отметил, что жар спал.

– Господи, как больно… – простонала Шторм. – Рана опасная?

– Могло быть гораздо хуже, милая. Эта тварь метила в спину. Такой удар был бы смертельным.

– Я сама виновата. Нельзя было поворачиваться спиной к убийце, надо было предвидеть опасность.

– По-моему, ты и так слишком многое предвидела. – Заметив тревогу, промелькнувшую в ее взгляде, Тэвиш добавил: – Я не сержусь на тебя за то, что ты держала свой план в секрете, малышка. Ты поступила правильно. Мы не лицедеи и могли бы плохо сыграть свои роли. Ты спасла отца от смерти. Спасибо тебе за это. – Тэвиш усмехнулся, увидев, как Шторм покраснела и в смущении отвела глаза. – Сколько же можно спасать своих врагов?

Она едва заметно улыбнулась.

– Я не могла спокойно смотреть, как он умирает. Думаю, моему отцу это тоже не понравилось бы. Колин воин, он должен умереть в честном бою, а не сохнуть от яда, которым его травила злодейка-жена.

– Да, забыл сказать… Дженет мертва, малышка. Малькольм уложил ее кочергой.

Шторм какое-то время молчала, наконец сказала:

– Не понимаю, как она могла выйти замуж за Колина, если совсем не любила этого человека. Ее же никто не принуждал.

– Конечно, нет. Дженет окрутила его и женила на себе в Стерлинге. Она была бесприданницей, из бедной семьи. Отец дал ей богатство и положение. Он слишком поздно понял, как она коварна. Думаю, ему льстило, что такая молодая и красивая женщина находит его привлекательным. Обычная уловка, но он попался…

Шторм уловила горечь в его голосе.

– Ты ошибаешься, – возразила девушка. – Конечно, Дженет поступила подло, но, полагаю, найдется немало порядочных женщин, которые с радостью согласятся выйти за него замуж и каждый день будут благодарить Господа за такого чудесного мужчину. В милых и честных вдовушках нет недостатка. А Колину нужна жена. Он не такой распущенный негодяй, как ты, – с улыбкой добавила Шторм.

– Да, согласен. Он еще может найти себе хорошую женщину, которая скрасит его старость.

– Что-то не очень уверенно ты это говоришь…

– Верно, не очень. Ведь я и сам еще не нашел такую достойную женщину.

– Твое счастье, что я слишком слаба. А то бы ты сполна заплатил за свои слова, Тэвиш!

– Хвала Господу – хоть в чем-то он мне помогает, – усмехнулся Тэвиш. – Ладно, давай спать, малышка. Тебе нужен отдых, чтобы быстрее поправиться.

Шторм не стала спорить. Она очень устала и хотела спать, несмотря на боль. Этот короткий разговор отнял у нее последние силы. Тэвиш осторожно обнимал ее, обнимал, стараясь не причинить боль и в то же время дать почувствовать успокоительную близость своего крепкого тела. Девушка решила не думать о причинах такого заботливого к себе отношения, но все же была благодарна Тэвишу.

Ей хотелось вернуться домой, к отцу, хотелось вышвырнуть из Хагалео леди Мэри и сэра Хью. Здесь, в Карайдленде, им с Филаном жилось совсем неплохо. Но Шторм считала, что Тэвиш представляет для нее опасность. С каждым днем она все больше влюблялась в этого мужчину и теперь, засыпая, думала о том, что нынешняя ее боль – ничто по сравнению с теми страданиями, которые ждут ее в будущем из-за любви к Тэвишу Мак-Лагану.

Ночь казалась бесконечной. Шторм никак не удавалось уснуть из-за сильной боли в плече. Она ворочалась с боку на бок и стонала. Тэвиш часто просыпался, успокаивал ее, проверял повязку, а один раз заставил выпить снадобье, заглушавшее боль. К утру раненой полегчало – лоб стал прохладным, а рана, к счастью, не воспалилась.

Тэвиш накинул халат и задержался у кровати, прежде чем выйти из комнаты. Во сне Шторм казалась совсем ребенком. Длинные изогнутые ресницы трепетали на нежных щечках, полные губы были чуть приоткрыты. Тэвиш не переставал удивляться: как эта крохотная хрупкая женщина могла выказывать такую неистовую страсть в его объятиях? Воистину она просто чудо.

Он поцеловал ее в лоб и поспешно вышел, немного устыдившись своего порыва. Тэвиш чувствовал, что боится этой женщины. Она пробуждала в его душе чувства, которые он всегда подавлял. А вот сейчас не мог удержаться: какая-то неумолимая и неведомая сила влекла его в объятия Шторм.

Глава 10

Шторм попыталась причесаться – и скривилась от боли. Впрочем, рана заживала хорошо, и можно было не опасаться, что она откроется. Несмотря на болезненные ощущения, девушка решила во что бы то ни стало спуститься к обеду. Невыносимой казалась сама мысль о том, что, возможно, придется проваляться еще один вечер в постели, проваляться, глядя в потолок и гадая, чем занимаются все остальные.

Конечно, ее навещали. Заходил Колин, который играл с ней в шахматы. Много времени Шторм проводила, обучая Энгуса карточным играм. Шолто и Ян развлекали ее своей болтовней, хотя Тэвишу это явно не нравилось. Сам Тэвиш сидел у нее сколько мог. И Филан старался заходить как можно чаще. Но все-таки Шторм скучала. Ее угнетало заточение в комнате, и она решила положить этому конец.