Рождение любви - Хауэлл Ханна - Страница 32

– Не может быть, чтобы вы предпочли сэру Хью дикаря шотландца, – уже не так уверенно проговорила Агнесса.

– Ты просто не видела Тэвиша Мак-Лагана. Высокий, стройный, сильный, с волосами цвета воронова крыла, в которые так и хочется зарыться руками, что я часто и делала в минуты блаженства. Плечи широкие и гладкие, в порыве страсти я впивалась в них ногтями. А его руки не только искусно владеют мечом, но умеют и еще кое-что, о чем я… стесняюсь тебе рассказать.

Шторм следила за лицом Агнессы, опасаясь, что может перестараться, описывая достоинства Тэвиша. Но служанка, похоже, верила каждому слову: ее поза становилась все менее угрожающей. Шторм хотелось поскорее покончить с этим. Она с огромным трудом держалась на ногах – а ведь нужно было еще и говорить без умолку. Тэвишу тоже хотелось, чтобы объяснение женщин побыстрее закончилось, ибо слова Шторм возбудили его до крайности. К тому же он явственно ощущал, что его компаньоны хоть и молчат, однако потешаются, слушая откровенные излияния девушки – излияния, которые в дальнейшем станут поводом для шуточек.

– Его глаза – как чистое летнее небо, один взгляд сражает наповал. Они то пылают полуденным зноем, то нежно ласкают, как свежее утро. Ни одна женщина не может устоять перед такими глазами. А какая у него фигура! Сэр Хью по сравнению с ним просто жалкий недоносок.

– Да ты влюбилась, как кошка! – презрительно фыркнула Агнесса, однако убрала свое оружие. – На свете нет мужчины краше сэра Хью. Ладно, ступай к своему шотландцу! Я вижу, ты дура и сэр Хью тебя не интересует.

Радость Агнессы была недолгой. Спустя всего несколько часов сэр Хью узнал о побеге Шторм и тотчас же выяснил, кто ей помог. Мужчина, которого служанка прочила себе в любовники и мужья, искалечил ее и оставил истекать кровью. Он сделал ее непригодной для мужчины, и мысль об этом помутила разум бедняжки. Изуродованная, она кое-как доползла до подоконника и выбросилась из окна, с высоты в несколько сот футов.

Шторм вконец обессилела. Она уже хотела сдаться и рухнуть на пол, но вдруг совсем рядом вспыхнул огонь. Девушку охватил ужас, но в следующее мгновение она разглядела стоявших перед ней людей. Шторм никогда не думала, что встреча с Мак-Лаганом вызовет в ее душе такой восторг. Но тут она сообразила, что он скорее всего слышал ее разговор с Агнессой. Самодовольная ухмылка Тэвиша подтвердила ее опасения – он слышал все, каждое ее слово! Девушка, насупившись, взглянула на своих спасителей, .

– Вы что же, не могли прийти мне на помощь? Ждали, когда я начну расписывать достоинства своего мужчины, точно какая-нибудь шлюха? – проворчала Шторм.

– Так-то ты встречаешь своих избавителей, девушка? – усмехнулся Ян.

Она окинула его уничтожающим взглядом – и вдруг сообразила, что Мак-Лаганы проникли в Хагалео, а сигнала тревоги не последовало. Они могли пробраться сюда только одним путем, и этот путь был известен Филану.

– Ох, Филан, что ты наделал! – воскликнула Шторм, предвидя неминуемую гибель Хагалео.

– Они поклялись честью, что не станут использовать этот подземный ход для набега, – заверил кузину мальчик.

Девушка облегченно вздохнула:

– Ладно, хорошо…

– И тебе достаточно нашего слова, девушка?: – удивился Шолто.

– А разве вам не было бы достаточно слова чести, данного Элдоном? – вопросом на вопрос ответила Шторм. – Вы пришли, чтобы снова меня похитить? – спросила она, едва заметно улыбнувшись.

Тэвиш вложил свой меч в ножны и взял девушку за руку. Почувствовав, как она дрожит, он нахмурился.

– Да. Мы еще не получили за тебя выкуп, и потом, я думаю, в Карайдленде тебе будет спокойнее. – Она опять задрожала, и он еще крепче сжал ее руку. – Сэр Хью тебя обижал, девочка?

– Не так, как ты предполагаешь, – ответила Шторм, пытаясь не думать о своем недолгом пребывании в стенах Хагалео. – Может, пойдем, Тэвиш? Надо уходить побыстрее. Тут совсем рядом жилые комнаты.

Тэвиш кивнул, и они зашагали по подземному коридору, все дальше удаляясь от замка. В тусклом свете факелов он все же разглядел синяки на лице девушки, но решил, что она обо что-то ударилась. В остальном же Шторм выглядела совершенно здоровой. Ее не изнасиловали – и то слава Богу. Ему еще представится возможность отплатить сэру Хью за то, что тот посмел ее увезти. Молодой рыцарь думал о том, что теперь Шторм идет в Карайдленд, можно сказать, добровольно, а он, Тэвиш, из похитителя превратился в защитника.

Шторм шла, стиснув зубы от боли. Она не хотела показывать, как жестоко ее избили, опасаясь, что это приведет к неприятностям. Когда Тэвиш спросил, не обидели ли ее, по его тону она поняла, что он готов прямо сейчас броситься обратно в Хагалео, чтобы отомстить сэру Хью. Но столь настойчивое стремление Тэвиша защитить ее вовсе не являлось, по мнению Шторм, свидетельством каких-то глубоких чувств к ней. Она оказала Колину неоценимую услугу, поэтому Мак-Лаганы за нее и заступались. Ей очень хотелось как следует проучить сэра Хью, но она понимала: главное сейчас – скрыться побыстрее.

Тэвиш усадил девушку на свою лошадь, сам сел сзади, и они поскакали в сторону Карайдленда. Езда верхом оказалась для Шторм настоящей пыткой. Мужчины нещадно подстегивали лошадей, опасаясь погони. В какой-то момент Шторм почувствовала, что все тело ее онемело. Боль, однако, при этом усилилась, и девушке казалось, что она вот-вот лишится чувств. От тряски ей стало совсем худо, и Шторм кусала губы, чтобы не закричать. С первыми лучами солнца они наконец въехали на внутренний двор замка Мак-Лаганов.

Их тотчас же окружили люди. Тэвиш снял Шторм с седла и передал ее Шолто. Девушка почувствовала, что ноги не держат ее. Перед ней словно в тумане промелькнуло лицо Шолто, и она поняла, что теряет сознание. Шторм пыталась взять себя в руки, однако силы оставили, ее.

– Прошу прощения… – пробормотала она. – Но боюсь… сейчас я грохнусь в обморок. Извините меня, пожалуйста.

Шторм повисла на руках Шолто. Молодой человек покрепче обнял ее и, случайно коснувшись спины девушки, почувствовал, что ладонь его стала влажной. Тэвиш соскочил с лошади, и в этот момент Шолто поднес ладонь к глазам. Даже в сером рассветном свете было видно, что пальцы Шолто в крови.

Не теряя времени, Тэвиш откинул волосы Шторм и разорвал на ней тунику. Из груди его вырвался леденящий душу рев, а руки воинов потянулись к мечам. Когда мужчины увидели исполосованную спину девушки, многие из них тут же поклялись, что впредь не поднимут руку на женщину. Все они привыкли к насилию и полагали, что избить женщину – дело самое обычное, но это зрелище – хрупкая девушка, избитая негодяем, – никого не оставило равнодушным. То, что она была из рода Элдонов, не имело значения. Ни один мужчина не смел так обращаться с женщиной.

– Я убью его, – прохрипел Тэвиш, уставясь на окровавленную спину Шторм.

Ян страдальчески морщился, осматривая несчастную.

– Кровоточит открывшаяся рана, – сказал он. – А остальное – просто ссадины. Даже шрамов не останется.

Тэвиш подхватил обмякшее тело девушки и не оборачиваясь понес ее к двери. Остальные последовали за ним. Колин увидел в окно, что Шторм несут на руках, и выскочил из комнаты, велев своей горничной сходить за лекаршей. Тэвиш уложил девушку на кровать и с помощью Яна осторожно раздел ее. Шолто суетился, собирая необходимые снадобья и мази.

– Пресвятая Дева Мария! – пробормотал Колин, подходя к кровати и кладя руку на плечо бледного, молча всхлипывавшего Филана.

На теле Шторм не было живого места. Колин читал по отметинам как по книге. Сначала девушку били кулаками, потом перешли на кнут. Оставалось только радоваться, что эти синяки и царапины в конце концов заживут, серьезных шрамов не будет.

– Я не представляю, как она выдержала дорогу, – пробормотал Ян, отмывая тело девушки от запекшейся крови. – В пути она не проронила ни единого слова. Можно лишь догадываться, какие муки она терпела – сущая пытка. Кто же так избил малышку?