Слуги паука 1. Ночь Паука - Делез Морис - Страница 23

— Тихо, тихо вы. Успокойтесь. Я не сделаю вам ничего дурного.

В другой обстановке и в иное время их жалкое сопротивление вызвало бы лишь смех Конана, но сейчас он оставался серьезен. Наконец до них дошло, что это не Незримый закрыл им рты руками, чтобы не кричали, а скорее всего тот самый вор, которого они решили принести демону в жертву в качестве приманки.

Они затихли, и Конан осторожно отпустил их. Девушки смотрели на него не только с тревогой и надеждой, но и с интересом, хотя положение их было, прямо скажем, совершенно неподходящим для этого.

«Хвала Митре, сохранившему ему жизнь, — подумала Мелия, — было бы жаль, если б он умер». Она смотрела на Конана с явным облегчением и… восторгом!

«Хвала Затху, — думала Зита, — теперь у нас есть другой мужчина — настоящий, а значит, не все еще потеряно».

Две красавицы смотрели на молодого варвара, одна с восхищением, другая с непонятной радостью, но он нахмурился и беззлобно проворчал:

— После насмотритесь, клянусь Кромом, а сейчас лучше помогите мне. Нужно запереть эту проклятую дверь!

Мелия вспыхнула, сообразив, как глупо она выглядит со стороны — никогда еще она не позволяла себе так, не скрываясь, пялиться на мужчину! Что подумает сестра! Она обернулась и увидела, что Зита вряд ли видела ее «позор», поскольку сама выглядела ничуть не лучше.

Она рассмеялась и, быстро затворив дверь, повернула ключ, а Конан, навалившись на шкаф плечом, легко поставил его на новое место. Ему не понадобилась их помощь, но пристальное внимание двух красавиц, с каждой из которых он с удовольствием пообщался бы при иных обстоятельствах, сейчас, непонятно почему, досаждало ему.

Зита скептически посмотрела на результаты его усилий и покачала головой.

— Ты думаешь, это жалкое препятствие сможет удержать демона?

Она сильно волновалась, хотя и старалась не подавать вида. Только что за ними по пятам гнался Незримый, потом их кто-то схватил, и сердце ее едва не выпрыгнуло из груди, но — странное дело — едва она увидела перед собой этого огромного воина, вора, похожего на северного бога, как странное спокойствие охватило ее, а Мелия — она покосилась на сестру — даже сумела рассмеяться! Словно им и не грозило ничто! Это было удивительно!

Конан спокойно пожал могучими плечами.

— Не знаю, красавица, но до сих пор это поганое облако плавало по коридорам, а сквозь камень не пролезало.

Лишь только он сказал это, как снаружи раздался первый, мощный удар, сотрясший стену и поднявший тучу пыли. Девушки инстинктивно прижались к Конану, ища у него защиты. Даже Зита от страха забыла о том, что она колдунья. Они смотрели на продолжавшую раскачиваться преграду. Дверь треснула в нескольких местах, и даже девушкам стало ясно, что жить ей осталось недолго.

Тем временем Фабиан, все так же тупо глядя перед собой, продолжал чуть слышно скулить. В царившей в коридоре абсолютной темноте он вряд ли смог бы что-либо различить, но даже будь здесь светло, это ничего не дало бы — разум его еще не проснулся, он лишь готовился воспрять — что-то уже начало проникать внутрь сознания, и когда со страшным треском сломалась дверь, с грохотом обрушилась баррикада и с низким, грозным ревом Незримый ворвался внутрь, чтобы пожрать людей, сознание наконец вернулось к Фабиану, и он с истошным воплем бросился прочь.

Демон ворвался внутрь, но Конан загородил собой девушек, держа фонарь в вытянутой вперед руке. Незримый закружился вокруг него, но, отпугиваемый талисманом, к которому не смел приблизиться, ослепленный светом лампы, не мог причинить вреда людям. Девушки, памятуя о недавнем происшествии в зале, боялись поднять глаза, опасаясь встретиться взглядом с Незримым, но даже если бы и сумели преодолеть страх — это ни к чему бы не привело. В комнате царил полумрак, в котором они вряд ли сумели бы различить его черную душу.

Лишь Конану с его обостренным восприятием удавалось следить за демоном, не позволяя ему напасть сзади. Некоторое время продолжался нелепый танец трех людей и Незримого, пока киммериец не понял вдруг, что если потухнет единственная лампа в его руке то они, ослепнув, окажутся во власти монстра.

Видимо, та же мысль пришла в голову и Мелии, потому что в один из моментов, когда они оказались у двери, она вдруг выхватила факел из кольца в стене и, ткнув его в лампу Конана и дождавшись, когда он разгорится, быстро зажгла от него еще пару факелов, находившихся поблизости. Факелы разгорелись и постепенно комнату залили потоки яркого света.

Девушки увидели черное облако, с грязно-бордовым оттенком, затаившееся в углу. Свет не мог причинить вреда демону, но он напрочь потерял ориентацию, подобно сове, вылетевшей в полдень под ясное око Митры. И, что самое важное, не мог поймать взглядов людей!

— Что? Не по вкусу? — Конан довольно ухмыльнулся. — Это тебе не девушек в темноте пугать!

— Глупец! Ты не знаешь, с кем связался! — донеслось из недр облака, и людей обдало ледяным холодом.

— Выходи на свет, отрыжка Нергала! Хватит прятаться!

— Ты хочешь видеть? Что ж — смотри! — отозвалось чудовище утробным голосом.

Ответ показался им странным, и поначалу никто из троих не понял, что произошло и на что они должны смотреть, но потом Конан заметил, как то здесь, то там от отдельных скелетов отделяются кости и косточки, собираясь в какую-то непонятную конструкцию в центре комнаты.

Мелия вскрикнула и прикрыла рот рукой. Что бы это ни было, но это было лишь начало! Начало чего-то страшного, о чем они пока не имеют представления, чего-то такого, что должно их уничтожить, иначе Незримый не стал бы тратить ни сил, ни времени на подобные глупости. И самым страшным было то, что она не понимала, что происходит!

Зита нахмурилась — до нее начал доходить смысл происходящего.

Тем временем на полу собрался скелетик некоей твари, мелкой и злобной, но явно неспособной причинить человеку вреда. Тварь, покачавшись на задних лапках и окинув их злобным взглядом одинокой дырки во лбу, поплелась в угол, где затаилось грязно-бордовое облако, и вскоре скрылась в нем. Облако забурлило, запенилось, словно в недрах его происходил некий процесс.

Конан выхватил меч, предчувствуя недоброе, но в следующий миг замер, пораженный увиденным. Девушки, все еще прятавшиеся у него за спиной, сдавленно вскрикнули и замолкли, и киммериец почувствовал, как впились ему в плечо девичьи пальчики.

Облако поднялось вверх, обнажив перед взорами людей некое существо… Оно не было похоже на зверя, но не было похоже и на человека, хотя стояло вертикально. Оно могло быть похожим на огромную ящерицу без хвоста, решившую прогуляться на задних лапах, если бы не крысиная голова с одиноким глазом во лбу, но главное — оно уже не было той мелкой тварью, что собиралась на их глазах из косточек посреди зала. Теперь она была ростом с младшую из сестер.. — Это Эмерик… — в страхе прошептала Мелия.

Услышав свое имя, чудище дернулось неестественным для человека образом, застыло на полушаге и рывком уставилось на троих людей, замерших у двери. Крик ужаса застрял у Зиты в горле, Мелия сдавленно охнула, когда тварь прошлась по ним злобным взглядом единственного ока, но самым отвратительным было то, что у урода не было шкуры, лишь голые переплетения мышц и сухожилий, по которым редкими каплями стекала кровь, покрывали тело.

Периодически тварь начинала трястись всем телом, словно в жестоком ознобе, и тогда кровавые капли падали в пыль на пол. Одна из них пробежала по поверхности не прикрытого веком и оттого казавшегося непропорционально огромным глаза, оставив на нем кровавый след. Это словно бы навело тварь на некую мысль: урод рывком переместился на десяток локтей, вновь заставив девушек вскрикнуть от неожиданности, и, схватив чучело крокодила и одним быстрым движением вытряхнув из шкуры его содержимое, нырнул в облако, которое уже не было багровым, а вновь обратилось комком черноты небытия, неизвестно как попавшим в светлый мир Митры.

Едва тварь скрылась внутри, облако забурлило, но на сей раз все закончилось гораздо быстрее. Не успели девушки подумать о цели его действий, как урод выскочил наружу. Теперь тело монстра покрывала крокодилья шкура и оно уже не тряслось от озноба. Урод посмотрел на людей, пригнулся к полу, словно изготовившись к прыжку, и зашипел.