На острие клинка - Кашнер Эллен - Страница 46

— Как только вы заподозрили, что он что-то затевает, вам надо было немедленно прийти ко мне.

Боясь разочаровать герцогиню, молодой лорд не стал признаваться, что ни о чем и не подозревал.

— Бедный Аспер, — вздохнула Диана, — не отличается ни умом, ни проницательностью. Однажды он преследовал женщину, за которой ухаживал Тони… Кстати, лорд Майкл, вы убили Сент-Вира?

— Нет. Он убил моего учителя фехтования.

— Вот как.

— Мадам, вы слишком хорошего мнения о моих способностях.

— Зачем вы так? — Диана одарила его многозначительной очаровательной улыбкой.

— Мне никогда не удастся его одолеть, — с горечью ответил Майкл и, не удостоив красавицу взглядом, уставился на огонь. — Все это прекрасно знали. Эплторп просто мне потакал. — Еще один укол боли, еще одна ссадина в душе, оставленная поединком, о которой он забыл под бременем других ран. — Он знал, что из меня никогда не получится мечника.

— Такие мечники, как Сент-Вир, рождаются очень редко. Ваш наставник никогда не говорил, что из вас получится виртуоз. — Майкл, погруженный в собственные переживания, даже не ответил. Голос герцогини утратил былую беспечность. — При этом не надо забывать, что Сент-Вир великолепный мечник, только и всего. От жизни он хочет лишь сражений и, быть может, ничего, кроме них, и не получит. А вы желаете другого. Совсем другого.

Он поднял на герцогиню взгляд, но сосредоточиться не мог. Майклу показалось, что с него скальпелем сдирают кожу.

— То, что я желаю…

— Я могу вам дать, — мягко произнесла она.

Он услышал, как резко звякнул металл, и вдруг понял, что стоит на ногах, а мгновение назад запустил в стену высокую кружку. Герцогиня по-прежнему оставалось спокойной.

— Мадам, — промолвил Майкл, чувствуя, что напряжен до предела. — Вы решили вмешаться в мои дела. Надеюсь, это доставило вам удовольствие. Что же касается моих желаний, то, насколько я понимаю, с некоторого времени они уже перестали быть предметом нашего обсуждения.

Диана многозначительно усмехнулась. Майкл с ужасом поймал себя на том, что думает о клубнике со сливками.

— Ну вот, — проворковала она. — Интересно, вы, мужчины, имеете хотя бы отдаленное представление о том, сколь оскорбительно для нас, женщин, предположение, что мы ничего не можем вам дать, кроме собственных прелестей?

— Прошу меня простить. — Он поднял глаза и встретился с ней взглядом. — Предположение о том, что мы, мужчины, желаем только ваших прелестей, — не менее оскорбительно.

— Не извиняйтесь. Я сама виновата, что вы подумали об этом.

— Этой зимой вы заставили меня задуматься об очень многом.

— Это так, — кивнула Диана. — Мне попросить прощения?

— Не надо.

— Вот и хорошо. В таком случае, я вам подкину еще пищи для размышлений. Я знаю, чего вы хотите. Вы хотите власти. И я вам ее дам.

Майкл почувствовал, что оттаивает. Ему удалось одарить Диану своей знаменитой очаровательной улыбкой.

— И много это времени займет?

— Да, — ответила она, — но вы не заметите, как оно пролетит.

— Я хочу, чтобы мы стали любовниками.

— Хорошо, — ответила герцогиня и открыла обитую шелком дверь, которая вела в ее покои.

Перешагнув порог, Майкл замер.

— Лорд Феррис, — промолвил он.

— Ах, Феррис, — произнесла Диана низким голосом, от которого по спине Майкла пробежала дрожь, — так вот, лорду Феррису стоило предупредить меня о том, что Горн собирается вас убить.

Майклу казалось, что его подхватили воды бурной реки. Гордость, честь, страх — все кануло в небытие. Даже желание того, чтобы наслаждение длилось вечно, было поглощено блаженным настоящим. Он взлетал под небеса, парил над облаками и падал вниз, пока вселенная не взорвалась мириадами огней, отразившихся в бездонной реке.

— Майкл. — Диана дотронулась до его уха кончиком пальца, но Годвин в ответ лишь вздохнул. — Майкл, тебе придется на время уехать из города. Недели на две, может, на три. — Он перекатился и поцеловал ее в губы, которые все еще были мягкими, но вместо того, чтобы ответить, Диана отстранилась и продолжила: — Мне бы хотелось, чтобы ты оставил страну. Тебе не повредит кое-что увидеть. Жители Чертиля уважают всякого, кто умеет владеть мечом, особенно если этот «всякий» благородного происхождения. Ты поедешь?

— Поеду, — ответил он, не желая выпускать ее из объятий.

— Тогда тебе надо собираться, — промолвила герцогиня. — Корабль отплывает через три часа, на заре.

Майкл был потрясен, но ему удалось совладать с собой и не показать виду. Он нежно гладил Диану, наслаждаясь каждым мгновением, желая навечно сохранить его в памяти. Молодой лорд сдерживал себя, великолепно понимая, что, если страсть вспыхнет с новой силой, он никуда не уйдет.

Его одежда осталась в красной комнате. Диана, накинув на себя волочившиеся по полу шелка, проследовала за ним, раздавая распоряжения. Майкл понимал, что должен чувствовать усталость, но вместо этого тело приятно покалывало. Примерно то же самое он ощущал после уроков фехтования… И тут, словно обухом, в сознание ударили воспоминания о случившемся. Он наклонился, закрепил на поясе бесполезный меч и не сказал ни слова.

Герцогиня, улыбаясь, опустилась в кресло и, покачивая белоснежной ножкой, стала смотреть, как он одевается.

— У меня для тебя кое-что есть, — сказала она. Майкл подумал о розах, перчатках и платках. — Будешь это хранить ради меня, и никто не посмеет тебя этого отнять, разве что ты отдашь сам по доброй воле. Впрочем, я уверена, что ты не захочешь этим делиться. Я говорю о тайне. Моей тайне.

Полностью одевшись, Майкл чинно, точно так же, как во время первой встречи в особняке у леди Холлидей, поцеловал Диане руку.

Ахнув, герцогиня промолвила:

— Я не ошиблась в тебе тем утром, а ты не ошибся во мне. Правда, Майкл. Мечников, погибших на дуэли, — я говорю о Линче и Де Марисе, — нанял не герцог Карлейский. Линча наняла я, а Де Марис просто вмешался. Я хотела преподать герцогу уроки заставить его понять, что я весьма серьезно отношусь к одному делу, о котором, как он полагал, я шутила. Герцог никогда не воспринимал меня всерьез. Он нанял Сент-Вира, и его ставленник победил… Однако герцог знает, что ему, в конечном итоге, суждено проиграть, поскольку против него действую я. И если он воистину мудр, этой весной он в городе не покажется.

Больше она ничего не собиралась рассказывать Майклу, полагая, что остальное он узнает сам, однако молодой лорд вместо ликования скорее чувствовал волнение и некоторый испуг.

Герцогиня протянула руку и погладила его по шершавой щеке.

— До свидания, Майкл, — произнесла она. — Если все пройдет гладко, ты вскоре вернешься.

На этот раз молодой лорд покинул обитель Тремонтенов через потайную дверь. Особняк остался позади, Майкла ждала прогулка по весенней прохладе до дома, где ему предстояло отдать необходимые распоряжения, а потом — дальняя дорога. На поясе вновь висел меч: ноша тяжелая, но в темное время суток очень полезная.