Форменное безобразие - 1 (СИ) - Могильнер Маша - Страница 21

— Чего сидишь? — накинулся на меня Гарик. — Пошевеливай задницей. У нас есть дела.

Я молча вылезла из машины, прикидывая как бы быстренько убить Гарика и закопать его здесь. А что? Место хорошее. Соответствующее. Он, конечно физически сильнее, но элемент неожиданности…

— У тебя все равно не получится, — эта сволочь читала мои мысли самым бессовестным образом, — во-первых ты не сможешь со мной справиться даже за счет фактора неожиданности, а во-вторых убийство противоречит твоей натуре.

— Знаешь, — пробурчала я, — люди меняются…

Тут мы вошли на территорию кладбища и я замолчала.

Да нет, все было тихо и спокойно. Гораздо спокойнее, чем днем. Ничего сверхъестественного мною замечено не было. Толпы мертвецов не шастали по аллеям друг к другу в гости. Упыри не вились над могилами. Все как обычно: крестики памятники, цветочки, но осмотреться более внимательно, у меня просто не было времени. Гарик, посматривая на часы, летел куда-то с неимоверной скоростью, я только успевала бежать за ним вприпрыжку, стараясь держаться к нему поближе. Спокойное кладбище- то спокойное, только все равно страшно. Все эта ситуация здорово напомнила мне мое детство, когда папа вел меня в детский сад, держа за руку, а я, почти бегом, семенила рядом, и называла ему столицы всех европейских государств. Почему то, тяжелее всего мне давалась столица Албании- Тирана, — но зато я все эти столицы до сих пор помню.

Тем временем, мы свернули куда-то с асфальтированных дорожек и начали продираться сквозь какие то непонятные кусты. Внезапно, мы вышли к довольно неухоженной части кладбища. Могилы были заброшены, заросли сорняком. Определенно идеальные декорации для какого-нибудь дешевого голливудского ужастничка с небольшим бюджетом и мною в главной роли, но прошли и эту часть, и в конце концов оказались в очень симпатичном местечке (если конечно так можно сказать о кладбище).

Вокруг росли березки. Могил было не так много, но все они были очень аккуратные и ухоженные. Никаких крестов, сплошные памятники. Местность, правда, была довольно холмистая. Как будто бы кто-то специально насыпал земли, насадил на получившиеся холмики травки, чтобы создать некий уютный уголок в этом, в общем то довольно мрачном по определению месте.

Гарик подошел к какой-то большой могильной плите, сел на нее, вытянув свои худые и длинные ноги и закурил. Я стояла рядом, не понимая, что происходит

— Чего стоишь? Садись, покури, — Гарик протянул мне сигарету.

— И что мы тут делаем? — спросила я… Правда, предварительно довольно удобно устроившись и пару раз затянувшись.

— Следим, чтобы в радиусе пяти метров не было никаких сатанистов со своими ритуалами.

— Потому, что мы их боимся? — я попыталась натолкнуть Гарика на дальнейшие объяснения.

— Во-первых, мы действительно их опасаемся. Опасный народ. Могущественный. К счастью для нас, их довольно мало. Понимаешь народ, который шатается по кладбищам ночью в странных рясах, с черными кошками под мышкой это в основном богатые мальчики и девочки в поисках адреналина и свободного секса. Сатанизм, как и любое другое учение- очень серьезная и трудная штука. Те кто действительно этим занимаются: читают книги на древних языках, а не эту беллетристическую ересь типа: тайны сатанизма, и подобную хрень. Они знают очень много, очень опасные люди, им подвластны силы, которые мне, например, не всегда понятны. И я бы не хотел с ними встретиться ни ночью в переулке, ни среди бела дня. К счастью, для нас, они, в целом, люди довольно тихие и как это не удивительно, особого вреда не причиняют. Вся их активность направлена на познание, а прочитать нужно столько, что на все остальное просто не хватает времени. А народ, который шастает здесь, режет кур и трахается… они слишком ленивы, чтобы что-то сделать, понимаешь? Могущество требует полной отдачи и огромной работы, а эти лоботрясы ни на что не годны.

— И чего тогда мы паримся? — удивилась я

— Того, — потянулся Гарик. — Их ритуалы вещь, конечно, безобидная. Однако, скопище народу на кладбище ни к чему хорошему не приводит. Тем более, если место не очень хорошее.

— Как это так? — не поняла я

— Понимаешь, насколько бы не были бессмысленными их ритуалы, очевидно, что приходят они сюда не с добрыми мыслями, кур и кошек режут, не ради мира во всем мире, определенный посыл отрицательной энергии от них исходит. А тут еще и толпа. Плюс секс. Столько энергии выплескивается без всяких заклинаний. Знали бы они, как ей воспользоваться… Но не знают. К счастью для всех. А здесь, есть, как бы тебе сказать, не очень благоприятные могилы. Понимаешь, не то, чтобы там какие-нибудь живые мертвецы, Просто в силу разных причин там огромное количество отрицательной энергии. Ну, например, какой- то подонок был похоронен. Остаточный слепок энергетического тела все равно в этом месте присутствует. Ладно бы, рядом церковь, там положительная энергия отрицательную нейтрализует. А тут видишь, нет. У нас такие могилы все на счету. Потому, что если к ним подберется толпа, вот таких вот веселых ребят, хорошего будет мало. А уж если они в крови вымажутся и перетрахаются все…В первую очередь, пострадают эти ребята. Во- вторую, никто не знает, куда этот энергетический вихрь ломанется. А нам потом его ловить, нейтрализовать последствия. Спасибо, не надо. Поэтому, лучшее лечение это профилактика. Вот мы с тобой и просидим здесь до утра — последим, чтобы все было нормально. И пойдем домой. Спатеньки.

— А если вдруг что-то пойдет не по плану? Тогда что?

— Тогда, тогда с ними Мартын поговорит. Его все всегда слушают.

— А кто такой Мартын?

— Мартын- это я барышня, — сзади раздался надреснутый голос. — Я рад приветствовать вас в своей скромной обители.

От неожиданности, я подпрыгнула, но обернувшись никого не увидела.

— Да не крутись, ты так, — раздраженно сказал Гарик, — сейчас он появится.

— Кто?

— Я, барышня, — передо мною возник серебристый сгусток.

— Привет, Мартын, — Гарик даже не привстал.

А вот я присела, если не сказать прилегла.

Я понимаю, что когда пару дней назад вас чуть не скормили вампиру (из гуманистических соображений конечно, но все же) вы должны быть более толерантны к другим сверхъестественным проявлениям. Но это для меня было чересчур. Я начала медленно оседать, пока моя пятая точка не ударилась обо что-то жесткое и прохладное

Я потерла виски, уши, потом глаза, потом прикинула, что еще можно сделать в такой ситуации и решила взглянуть на божий свет. Нет, все осталось по-прежнему.

Гарик с любопытством наблюдал за моими манипуляциями и судя по его комментариям, ему было очень весело.

— Ну, как, почесалась? — участливо спросил мой сволочной напарник, и мне захотелось запустить в него чем-нибудь тяжелым. Мог бы ведь, и предупредить, гад. Однако отрицательные эмоции, вернули меня к жизни, и я попыталась сфокусироваться. Серебристый сгусток начал приобретать форму и в конце концов он стал напоминать мужчину лет 35–40, одетого довольно старомодно. Самое удивительное было, что на носу у него сидело пенсне. Зачем привидениям пенсне?

Я не замедлила задать этот вопрос.

Вместо ответа, привидение померкло и исчезло на несколько секунд.

— Зря ты его спросила? Мартын очень обидчивый. Знаешь, рафинированный интеллигент, очень не любит, когда ему напоминают что он привидение.

— Безумно рада, что хоть кто-то здесь интеллигент. Мартын, извините меня, пожалуйста, я не хотела вас обидеть. Просто я… еще никогда не встречала… таких как вы, — тактично закончила я.

— Я понимаю, сударыня, — Мартын возник рядом с моими левым плечом. Надо сказать, что могильного холода я не чувствовала, но было прохладно. Правда я не решила, списывать ли это на призрака рядом со мной или на летнюю ночь.

— Так, хорошо, — я вздохнула, — с действующими лицами и исполнителями сегодняшнего вечера, мы разобрались. Давайте теперь решим, что же делать мне?

— Сидеть и молчать. А также исполнять все, что я скажу