Форменное безобразие - 1 (СИ) - Могильнер Маша - Страница 52

Ну да, ну психанула я, ну, несла всякую ересь. Я бы на вас посмотрела, если бы вам сначала было нужно себя взрезать, а потом позволить вампиру присосаться. Хотя при воспоминании о моем первом опыте, сердечко сладко екнуло.

Хватит, тянуть дальше было некуда, и я решительным жестом и с немым криком «банзай», полоснула ножом по руке. Боли я не почувствовала совсем, настолько острым был нож, а вот кровь заструилась сразу. Пришлось проявить находчивость, так как Эдмунд на запах и вид крови не реагировал. Я капнула несколько капель в рот, вампиру и только тогда он машинально облизал губы и открыл глаза.

Увидев неподдельное удивление, я поняла, что, пожалуй, могу получить удовольствие от всего происходящего. Эдмунд попытался что-то сказать, но я молча сунула свою кисть поближе, и он, ухватившись за нее обеими руками, без слов впился в нее.

Это было…Скажем так, когда у вас пьют кровь из шеи, это намного приятнее.

— Все, — он упал обратно на подушки через три минуты, которые показались мне вечностью, — достаточно. Мне достаточно, — слабым голосом произнес он. — И тебе хватит.

— Эдмунд, дорогой, что-то не похоже, чтобы тебе стало лучше. Я знаю, что происходит с вампирами, когда им достаточно. Да и Лина сказала, что тебе нужно не меньше десяти минут меня пить. Давай будем считать, что с кистью покончено, и попробуем шейку, — я разговаривала с ним как с маленьким ребенком, но он на провокацию не поддался.

— Я не могу, это строго запрещено, — выдохнул он.

— Послушай меня, — я чуть не вспылила. Какие все правильные, подумать только! — Все, я взрезала вену, ты уже выпил. Давай все-таки доведем дело до конца. Я знаю, что это такое, — я посмотрела прямо ему в глаза, — и не боюсь. Давай. Там может, еще след остался, тебе будет легче. Я, правда не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Хорошо?

Он послушно кивнул. Какие они сговорчивые, когда слабые.

— Мне нужно подняться, — прошептал он, — чтобы достать до шеи.

— Я нагнусь, мне не сложно.

— Нет, — он попытался помотать головой.

— Ладно, — я пожала плечами и помогла ему приподняться. Наши лица оказались очень близко, и я почувствовала странное возбуждение. Только не это. Опять!

— Послушай, Эдмунд, — я чуточку притормозила его, уже готового впиться мне в шею, — давай постараемся без поцелуев страсти на этот раз, хорошо?

Он с трудом кивнул. Как во сне, я увидела, как обнажая клыки, приподнимается его верхняя губа, он медленно наклоняется ко мне. Знакомая резкая боль, и на меня вновь навалилось чувство абсолютной расслабленности, полного равнодушия к происходящему и чего уж скрывать, волна медленного возбуждения. Я больше не думала о том, что ко мне присосался вампир, я чувствовала, что рядом со мной невероятно привлекательный мужчина, с серыми глазами, чьи бицепсы я ощущаю правой рукой, придерживаясь за него. Теоретически, я понимала, что все это происходит потому, что вампиры обладают особой привлекательностью…бла бла бла бла бла…все это понятно. Но практически, мне было глубоко по фигу. Наконец Эдмунд оторвался от моей шеи, и я решила, что пришла пора заняться более насущными для меня проблемами. Я чуточку откинулась назад, но ослабев, не рассчитала сил и потеряла равновесие. Короче, вместо страстного поцелуя, я тупо грохнулась на пол с кровати. Правда, после этого последовало две новости: одна хорошая, другая еще лучше. Хорошая- то, что я увлекла за собой Эдмунда, еще лучше то, что он упал на меня. И я признаюсь честно, у меня не было ни сил, ни желания подняться. Зато появились другие, гм, желания.

А чтобы вы почувствовали на моем месте. Лежишь на полу, вся такая расслабленная. Сил, чтобы обрести вертикальное положение, нет совершенно. Твоей щеки касается гладко выбритая щека настоящего мужчины. Ты слышишь его прерывистое дыхание, чувствуешь его запах. И ты думаешь, что то, что ты не довела с одним вампиром до конца, ты вполне бы могла закончить с другим, не менее привлекательным вампиром, скажем прямо. Но потом оно, тело, устремляется куда-то вверх, и ты пытаешься протестовать. А все что получается, это почти неслышное тихое "Эй?! Ты куда?". И вместо того, чтобы в конце концов дать девушке то, что она хочет, этот привлекательный мужчина начинает суетиться вокруг тебя, постоянно повторяя "ты как?" "с тобой все в порядке?", что тоже довольно приятно. Но тебе совершенно не хочется ему отвечать. Потому что, в принципе, тебе хорошо. Хотя, если бы он лежал рядом и согревал тебя теплом, то было бы еще лучше. А потом ты понимаешь, что этот товарищ собирается взять тебя на руки, чтобы положить на кровать и пытаешься очень резво подняться самостоятельно, так как…ну, не следует привлекательному мужчине брать тебя на руки. Зачем ему знать, что ты удачно скрываешь лишний вес с помощью одежды.

И он очень удивлен твоей внезапной прыткостью, хотя, в общем-то, ты движешься не быстрее черепахи. Он укладывает тебя на кровать, где только что лежал сам, осторожно прикасается губами ко лбу и чуточку покачиваясь, выходит из комнаты. А затем появляется с красивой девушкой.

— Нет, красивая девушка, тут совсем не нужна. Ну, то есть категорически. Зачем нам кузнец? — думаю я.

В руках у девушки шприц, и она что-то говорит, но что, ты понимаешь очень плохо. И улавливаешь лишь некоторые слова, типа…поможет восстановиться…, усилит иммунитет…, спать… и все такое. И тебе делают укол. А тебе это не нравится, но ты куда-то проваливаешься, и мужчина пропадает.

И ты вот так вот лежишь, лежишь и не понимаешь, бодрствуешь ты или спишь. Ты, то выныриваешь из реальности, то вновь засыпаешь. И вот тебе снится, а может быть это происходит на самом деле, что рядом с тобой кто-то садится, и тебя обнимают чьи-то сильные руки. И приподнимают и прислоняют к себе. Ты не знаешь кто это. Ты не можешь рассмотреть лица человека рядом с тобой. А он гладит тебя по голове и бормочет что-то очень нежное и успокаивающее. Хотя тебе совсем не важно, что он говорит.

Ты чувствуешь себя в безопасности. И ты утыкаешься лицом в грудь и чувствуешь как от него вкусно пахнет табаком, дорогим парфюмом и поверх этого, тонкий аромат мужского пота- невероятно уютный, и очень знакомый запах. И ты чувствуешь шершавый подбородок, который царапает твою щеку. А потом, твоих губ все-таки касаются чужие губы. И ты понимаешь, что они сухие, мягкие и немного обветренные. Сначала, это даже не поцелуй. Он довольно нерешительный, как человек, который стоит на пороге и не знает, стоит ли ему заходить в комнату или нет.

А потом тебя все-таки целуют. И, это самый умиротворяющий поцелуй в твоей жизни. Он тебя успокаивает и баюкает. Ты понимаешь, что пока этот человек рядом, с тобой не случится ничего плохого. Он всегда защитит тебя и поможет. И ты закрываешь глаза и окончательно засыпаешь…

.

Я проснулась следующим утром, в прекрасном настроении. Знаете, такое бывает, когда вам приснится сон, который определяет ваше самочувствие на весь следующий день. Отдохнувшая и посвежевшая, я слезла с кровати и завернувшись в покрывало пошла исследовать окрестности. Всюду было пусто, ничто не напоминало о многолюдности вчерашнего дня.

Наконец в комнате, которая была приспособлена под кухню, я увидела Лину. Она сидела на высоком табурете и пила чай. Проглотив первую мысль: "Они что, совсем с катушек съехали, барные стойки в деревянных домах посреди Сибири?", я поздоровалась.

— Привет, как ты себя чувствуешь, — Эвелина поспешила слезть с табуретки и подойти ко мне.

— Все прекрасно. Как Эдмунд?

— Ему гораздо лучше. Нужно еще немножко полежать, но так, он в норме.

— Я могу его навестить? — спросила я, подбирая волочащееся за мной покрывало.

— Конечно, пойдем, — я поплелась за своей провожатой, по дороге осматривая дом, котором толком не рассмотрела вчера. В принципе, оказалось, что барный табурет очень даже вписывался в общую картину. Домик был, что надо. Такой небольшой трехэтажный деревянный коттеджик, в котором бы неплохо проводил время какой-нибудь олигархик. Кругом ковры, деревянные статуэтки, вообще пахло роскошью. Я бы даже сказала, воняло.